Маруяма Куганэ – Заклинатель разрушения (страница 64)

— Возьмите Его Величество и уходите. Верните его домой ценой своих жизней.

Эти приказы были прошептаны — почти как молитва — его подчиненным, которые были не здесь. Сильнейшие солдаты Королевства остались защитить своего короля позади. Однако, даже если они останутся там, их сил недостаточно, чтобы стать щитом короля против этих монстров. Рискни они своей жизнью, им хватит только принять единственный удар на себя, прежде чем их сметут.

Тем не менее, этого было достаточно.

Враг убьёт их первым же ударом, но приняв на себя этот удар, они смогут продлить жизнь Короля, пусть лишь на мгновение. Возможно, если восемьдесят человек послужат ему щитами, всё и получится — надеялся Газеф.

— Простите меня.

Он извинился перед своими подчинёнными, в то время как монстр с невообразимой скоростью приближался, взметая кровавые фонтаны и разметая плоть. Он понимал, что извиняется перед отсутствующими товарищами лишь для успокоения собственной совести. И всё же, он не желал умирать, не произнеся этих слов.

Чувствуя, как под ногами трясётся земля, Газеф с силой выдохнул.

Он крепко стиснул меч и поднял его.

Его оружие казалось таким бесполезным перед тушей, растаптывающей людей в кровавую кашу.

Будь это упряжка понёсших лошадей, он с лёгкостью бы справился с ними. Напади на него тигр, он мог бы уклониться от первого удара и снести ему голову.

Но перед Тёмным Дитя его шансы на выживание виделись невероятно ничтожными.

— Хуууу…

Когда Газеф выдохнул, в окружающем его людском потоке произошло резкое изменение. До сих пор люди бежали во всех направлениях, но теперь они, похоже, бежали от Газефа. Это выглядело так, словно они освобождают проход между Газефом и Тёмным Дитя.

Монстр приближался, с каждым шагом топча людей под копытами.

Подняв меч, Газеф осмотрел его тело. В какую точку будет лучше всего ударить?

Он активировал боевые искусство — «Чувство Слабости».

Однако…

— У него нет слабостей.

Действительно ли враг не обладал слабостями, или они просто не видны из-за подавляющей разницы в силе, Газеф не знал.

И всё же он не отчаивался. В конце концов, он был готов к такому результату.

Он активировал другое боевое искусство.

Этот секретный приём, действительно заслуживающий такого названия, представлял из себя технику, усиливающую его экстрасенсорное восприятие, «Чувство Вероятности».

При астрономической разнице в физических возможностях, усиление собственных способностей лишь сократит пропасть в несколько миль на пару дюймов. Поэтому он решил положиться на нечто другое — шестое чувство может оказаться эффективнее.

— Иди сюда, зверь.

Тёмное Дитя, похоже, слышало вызов, и направилось прямо к Газефу. Расстояние между ними быстро сокращалось.

По правде говоря…

Газеф боялся.

Он хотел бы иметь возможность бежать, подобно солдатам вокруг него.

Даже активировав «Чувство Вероятности» он ничего не ощутил. Его словно окутала стена непроницаемой тьмы.

По мере того, как Тёмное Дитя приближалось, Газеф всё подробнее изучал его.

Судя по тому, что копыта остались неповреждёными, вряд ли обычные мечи способны нанести им хоть какой-то урон. По глубоким отпечаткам, которые его конечности оставляли в земле, было видно что вес монстра моментально убьёт каждого, на кого он наступит.

Чем больше он узнавал о звере, тем сильнее боялся.

Газеф чувствовал гораздо больший страх чем солдаты, беспорядочно мечущиеся вокруг.

Но он не мог бежать.

Сильнейший воин Королевства не должен бежать. Он отменил «Чувство Вероятности» и успокоил дыхание.

Темное Дитя подступало.

Оно было уже так близко, что разбрасываемые копытами комья грязи долетали до Газефа.

Игнорируя солдат вокруг, словно они были не более чем ползающими по земле червями, оно направлялось прямо к Газефу.

Или нет.

Темное Дитя повернулось, словно налетев на стену, и пронеслось мимо Газефа. Из-за резкого поворота оно сбилось с шага, и, не обладая меньшим количеством ног, потеряло бы равновесие.

Враг бежал прочь. Это было невозможно, даже Газеф это понимал.

Должно быть, монстр просто счёл что здесь он найдёт слишком мало добычи, и отправился туда, где сможет растоптать больше людей покрытыми запёкшейся кровью копытами.

Темное Дитя миновало Газефа, и словно весь мир сотрясся под его поступью.

Потому что расстояние между ними было где то метр или около того, земля под ногами тряслась, так как будто происходило землетрясение. Любой бы упал, но Газеф выстоял.

Он целился в гигантское копыто мчащегося мимо Тёмного Дитя…

— Хаах!

Газеф взмахнул мечом. Он намеревался обратить скорость врага в оружие против него, заставив монстра на полном ходу напороться на лезвие клинка.

Как только копыто соприкоснулось с мечом, мощный удар сотряс оружие и держащие его руки Газефа. Ему показалось, что у него вывернуты кисти.

Его ноги, прочно упирающиеся в землю, пробороздили две траншеи в земле, его протащило назад.

— Гуааааргх!

Каким-то образом ему удалось удержать меч, но всё его тело пронзила боль. Будь то мускулы или сухожилия, каждая часть его кричала от нестерпимой боли.

Газеф тяжело дышал, и уставился на миновавшего его гиганта.

Неподалёку от Газефа Тёмное Дитя наконец остановилось, прервав свой бешеный бег.

Очертания одного из щупальцев вдруг расплылись.

Не связанная с температурой тела дрожь пронзила всё тело Газефа. Он вскинул меч.

В тот же момент, меч принял на себя загадочный удар, и тело Газефа оторвалось от земли.

Он ничего не видел, но предположил, что, вероятно, получил удар щупальцем. Его тело было подброшено вверх, в бескрайнее небо раскинувшееся над головой.

После неожиданно долгого полёта Газеф наконец упал на землю. Он катился и катился, и катился, но это не было безвольным кувырканьем трупа. Это было осмысленное движение человека, пытающегося погасить инерцию.

Газеф медленно поднялся, понукая своё избитое тело. Он уставился на Тёмное Дитя вдалеке.

Один удар.

Рука на которую пришёлся удар оказалась сломана. Меч уцелел лишь по чистой удаче.

С лица Газефа исчезли все эмоции.

Почему, почему он уцелел? Почему оно не погналось за ним?

Вероятно, потому что не сочло его достойным противником. Это выглядело наиболее подходящим объяснением.

Нельзя было даже назвать это полным поражением. Чтобы испытать поражение надо вступить в бой, а он и близко не приблизился к тому чтобы оказать сопротивление.