Маруяма Куганэ – Заклинатель разрушения (страница 21)

Слова графа Риттона были поддержаны ироничным смехом всей массы знати.

— Однако…

Граф повернул свои лисьи глаза, наполненные презрением, к Газефу.

— Я полагаю, что мы прежде уже слышали об этом безумном Короле-Заклинателе, не так ли, Воин-Капитан Строноф?

— Действительно, он был заклинателем, который помог мне на окраинах Э-Рантэла.

Граф Риттон выступил со своей холодной издёвкой и раздражающим смехом.

— Понятно, должно быть он подумал что это были его собственные крестьяне и из-за этого и помог вам.

Пренебрежительный смех дворян могли слышать все вокруг, пока никто не остановил его, потому что Газефа, который родился простолюдином, ненавидели многие члены фракции аристократов.

Если бы он был членом Королевской фракции, король бы вмешался, но так как граф Риттон принадлежал к оппозиции, король мог только хмурить брови.

— Похоже, это Империя сжигала деревни в окрестностях Э-Рантел, вы не думаете? Воин-капитан сказал что-то о Слейновской теократии, а затем получил помощь от какого-то парня в платье, верно?

Разве он не связан с империей? И не кто-то другой, а Вы также сказали, что засада, которая чуть не убила Воина-капитана исчезла без следа?

В памяти Газефа всплыл вид мощных членов Шести Писаний, а также могучий силуэт Айнз Оал Гоуна.

— Несмотря на то, что тела исчезли, как граф Риттон и сказал, я не чувствую, что Империя была вовлечена. Когда я был в деревне Карн, рыцари, что напали на нас, были намного сильнее, чем в Империи. Они использовали ангелов, и нет никаких сомнений, что они были из Слейновской теократии.

— И зачем Теократии делать такое?

«А мне-то откуда знать?»

На самом деле, если бы Газеф мог дать подобный «ответ», он чувствовал бы себя намного лучше.

Когда королевский двор был готов погрузиться в склоки из-за молчания Газефа, голос помощи раздался со стороны Риттона.

— Этот сумасшедший заклинатель не имеет значения! То, что мы должны, так это принять решение о том, как реагировать на ложное обвинение Императора, не так ли, Ваше Величество?

— Как и сказал маркиз Боулроб. Мы должны решить, каким будет ответ Королевства.

— Прошу Вашего разрешения высказаться, — произнёс маркиз Песпея, шагнув вперёд. — Принять условия Императора будет очень сложно. Нашим единственным выходом является война.

Упоминание о войне вызвало активность среди сомкнутых рядов знати.

— Ах-ах, самое время разгромить их раз и навсегда, и затем дать битву на границах Империи.

— Вы абсолютно правы, мне надоели постоянные вторжения Империи.

— Пришло время дать дуракам Империи узнать с кем они имеют дело.

— Точно, все как сказал Маркиз.

Эти слова, зажатые редкими смешками повторялись по всей толпе дворян, раздражая уши Газефа.

Последние несколько лет, они встречали Империю на поле боя в месте под названием равнины Каз.

По большей части, они просто вставали вдоль линии фронта и противостояли друг другу, или обменивались кратковременными вооружёнными нападениями с минимальными потерями для Королевства. В этом году, вероятно, будет иначе, а дворяне сотрясали воздух, представляя себе, что те же самые старые события повторятся снова.

Однако, Газеф высказался, побуждаемый криком его воинских инстинктов.

— Не думайте, что эта битва завершится в маленьком сражении как это обычно бывает!

Дворяне выглядели так, как будто на них вылили таз с холодной водой, и обратили свои недовольные взгляды на него.

— Понимаю. Вот как в действительности считает наш Воин-Капитан. Не могли бы вы обьяснить нам причины такого мнения?

— Да, Ваше Величество, это…

Образ конкретного человека стал звонком тревоги в его сердце.

— Можно сказать, это из-за того великого заклинателя, Аинза Оал Гоуна.

— В таком случае, только один из нас в действительности встречался с ним лицом к лицу и это были вы, Воин-Капитан. А это означет, что мы должны считаться с вашими словами. Не могли бы вы рассказать нам, что заставило вас говорить так?

Газеф не знал как ответить. Он не знал как объяснить это, но его воинские инстинкты говорили ему, что делать такие выводы об этой войне может быть крайне опасно.

— Ваше Величество, вы не могли бы передать окраины Э-Рантэл Империи, нет, этому заклинателю?

После нескольких мгновений тишины, полетел град криков.

— Ты малодушный трус! Насколько бесстыдным ты можешь быть, ты, цеплячье сердце?!

Эти крики пришли от дворян Королевской фракции.

— После того как его Величество показал тебе свою доброту, ты обернулся и попросил отдать его владения посторонним? Когда ты начал служить Императору? Не говоря уже о том, что ты не ответил на вопрос его Величества!

В условиях такого заслуженного бичевания, Газеф не мог ответить. Если бы он был на их месте, он мог бы сказать то же самое.

— Довольно.

Только один протянул руку помощи Газефу, когда он так нуждался в ней, и она принадлежала его любимому Королю.

— Но, ваше Высочество!

— Я глубоко благодарен, что мои подданные будут так пекутся о моих интересах. Именно поэтому я прошу вас помнить, что Воин-Капитан никогда не предаст меня. Ради меня, он бесстрашно кидался в опасности бесчисленное количество раз. Такой как он никогда не сделает ничего, что может повредить мне.

Дворяне которые накричали на Газефа, поклонились королю. Когда он признал этот факт, он продолжил говорить Газефу.

— Воин-Капитан, ты тот кому я доверяю как своей правой руке. Даже если ты тот, кто выдвигает это предложение, я не могу пойти на него. Правитель не должен отказываться от земель которыми он владеет без боя. Ради людей, которые живут на этой земле, так нельзя поступать.

Передать земли, переместив всех жителей оттуда не причиняя им вреда, было не более, чем сказкой. Даже если бы это было возможно, не было бы никакого способа, чтобы перемещенные жители жили, как раньше. В конце концов их качество жизни однозначно ухудшилось бы.

— Это безусловно так, ваше Величество, я надеюсь, вы простите мне мои глупые слова.

Газеф опустил голову перед своим королём, для которого величайшим сокровищем были его любимые люди. Если бы он был просто дворянином, который видел в своих людях лишь средство получения прибыли, король не сказал бы то, что он сказал. Именно из-за сострадания короля Газеф был готов отдать свою жизнь за него.

Он вспомнил слова, сказанные им своему вице-капитану полгода назад.

«Когда вам нужна помощь, те кто придут на помощь — дворяне. Сильный поможет»[4].

«Это те, кто придут на помощь слабым, несмотря на опасности.»

Газеф, до участия в большой военном турнире, никогда бы не сказал, такие вещи. Подобно его вице-капитану, он бы подумал, что не было дворян, которые рискнули бы собой ради простолюдинов.

Однако, после того как он начал служить Королю, Газеф впервые понял, что существовали такие дворяне. К сожалению, этим дворянам не хватало власти.

Было много жизней, которые он не смог спасти и столь же много случаев, когда бессмысленная гордыня дворян заставляла их вставлять ему палки в колёса.

Тем не менее, человек, которому он служил не сдался. Он продолжал работать ради создания королевства, где его народ сможет жить лучше изо дня в день.

Газеф гордился своим королем, Ранпосса III. Если бы это было не так, то он бы давно перешел на сторону Империи когда Император самолично пытался переманить его.

Но именно потому, что он был таким человеком, нехорошее предчувствие тяжелым грузом легло на сердце.

То, что король говорил, было правдой, и у него было верное понимание происходившего. Король всегда был полон сострадания, но Газеф знал причину, почему слова короля звучали столь резко.

После демонического вторжения, баланс сил между двумя фракциями значительно изменился.

В течение долгого времени, Королевство было разделено на две фракции, между которыми вплоть до недавнего времени соблюдался баланс, но теперь Королевская фракция выросла, в то время как фракция аристократов сократилась.

Потому что король смело противостоял перед угрозой Ялдабаофа и сражался в первых рядах, он был замечен людьми, как сильный правитель, и значительное число дворян поддержали короля. Таким образом, король не мог позволить себе показать слабость здесь. Тем не менее, говоря это будет означать…