Марушка Белая – Сын вождя и невеста для троих. (Цикл «Секреты кимерийцев») 3 (страница 10)

Я встревожилась. Верхом я не умела, а ехать вместе с Маркусом не хотела. И так Велизар подозрительно поглядывает на нас, а Саманта высказывает неприятные намеки. Может, получится не ехать? Пока девушки решали, что надевать, и расходились по комнатам, я подошла к Велине.

– Позвольте не ехать со всеми, я, кажется, плохо себя чувствую, – скорбным голосом сказала я и на всякий случай положила ладонь на живот.

Велина обеспокоенно спросила:

– Тебе, должно быть, не подошла местная еда? Бедненькая! Конечно, у вас в доме наверняка подают не такие острые блюда! Конечно, конечно! Отдыхай!

Я кивала, чувствуя себя очень виноватой из-за обмана:

– Спасибо.

– Может, отправить к тебе Алтею? Она из семьи шаманов, а еще и училась в Городе на целителя. Она вмиг подберет для тебя лекарство! – предложила добрая женщина.

– Нет, нет! Мне просто нужно полежать, а верхом и на лодках меня укачает сильнее, – я  постаралась уверить ее, чтобы не отправляла ко мне никаких  целителей. Они же раскусят мое притворство!

– Ладно! Отдыхай! – ответила Велина и начала глазами искать, наверное, Маркуса, чтобы отправить меня с ним.

Пришлось и тут успокоить ее, убедив, что я доберусь сама, ведь  даже дорогу я, кажется, уже запомнила. К счастью, ей предстояло организовать прогулку и некогда было решать мои проблемы, поэтому она отпустила меня одну.

Я тихонько покинула столовую, затем поляну, а уже по улицам чуть ли не вприпрыжку помчалась домой  к Айварасу. Впервые оказалась одна среди улиц деревни. Людей не было видно, наверняка они где-то на работах либо у себя в саду. Дел в начале лета невпроворот. Милые домики, утопающие в цветущих деревьях, нравились мне гораздо больше безликих зданий в городе. Воздух здесь пьянил свободой и если бы не нависшая надо мной угроза, можно было бы почувствовать себя самой счастливой! Какие же здесь бескорыстные люди! «Одна я воровка и обманщица!» – вспомнила вдруг и дотронулась рукой до груди, там, где под слоем одежды висел злополучный кулон. С того дня я так и носила его не снимая. А золотую цепочку скрывала одежда. Я и платье выбрала с учетом этого.

Когда вернулась, увидела, что Айварас подстригает  живую изгородь. Он собрал свои каштановые волосы в хвост, чтобы не мешались и увлеченно подравнивал торчащие в разные стороны ветки. Кустарники разрослись и буйно цвели незнакомыми красными цветками. Часть этих цветков тоже подверглась срезке.

– Что это за растение? – спросила я.

– Айва! – ответил мой домовладелец и с улыбкой взглянул. – Вы рано вернулись сегодня, я рад!

– Вы же обещали на ужин рыбу! – ответила я. – Да и на озеро мне не хотелось ехать.

– Сегодня прогулка на озеро? Там красиво! – произнес Айварас. – Но рыба запекается и совсем скоро будет готова.

Он опять ласково улыбнулся, смущая меня. Никто из мужчин так на меня не смотрел. Я присела и стала собирать срезанные цветки в букет.

– Можно, я поставлю их в чашку с водой? – спросила я поднимаясь.

– Конечно, вы можете чувствовать здесь себя как дома, – произнес мужчина, перестав работать. Он смотрел мне прямо в глаза и уже не улыбался.

– Айва, созвучно с вашим именем «Айварас», – вдруг подумала я и сказала это вслух.

– Так и есть, это мои любимые цветы, – сказал он вдруг слегка охрипшим голосом, потом взял один из отрезанных цветков и украсил мою прическу, воткнув в волосы, как шпильку.

– Спасибо.

– Вам идет! Очень сочетается с рыжим цветом ваших волос! – восхищенно сказал этот удивительный мужчина.

Я поглядела на букет. Красные бутоны такие нежные, но при этом крепкие восхищали приятным ароматом и яркой окраской.

– Кажется, теперь это и мои любимые цветы, – сказала я и подняла на Айвараса глаза.  Он смотрел, не мигая. Внезапно стало очень тихо, и даже было слышно наше дыхание. А мое сердце вдруг застучало громче.  Он подался вперед:

– Леди Виолетта, вы сами как цветок!

У меня ухнуло в груди, я запаниковала. Айварас был так близко, и мне бы хотелось рассказать ему, кто я на самом деле. А еще я вдруг поняла, что хотела бы остаться с ним навсегда. Но…

– Называйте меня просто Виолетта, – попросила я, горестно вздохнув. – Сегодняшнее состязание как раз было об этом. Остались лишь те, кто согласился на время забыть про титулы.

Он отпрянул чересчур резко и отвел взгляд:

– Простите, вы же приехали на отбор к принцу, простите… Я принесу емкость с водой для цветов.

Он ушел, а я расстроилась. Как же так? Обиделся? Рассердился? Я повела себя неправильно?

Вскоре я уже ставила букет из срезанных веточек айвы в чашку с водой. Поместив эту красоту у себя в комнате, я спустилась на кухню. Айварас уже доставал из печи рыбу, и божественный аромат незнакомых специй распространялся вокруг.

– Айварас, не могли бы вы поставить защелку на двери в моих комнатах? – попросила я.

Он чуть не уронил противень, его брови взметнулись вверх, он испуганно взглянул на меня:

– Вы разозлились, что я заходил к вам, пока вы спали?

Вот тут уже я удивилась:

– Вы заходили ко мне, пока я спала?

Глава 13. Попалась.

– Да, простите. Вчера днем… – признался он, опуская свои глаза. – Я заметил, что створки ставен скрипят, и зашел их смазать маслом. Вы уже спали, наверное, сильно устали с дороги, и я не стал вас будить. Просто смазал петли на ставнях и все. Простите.

Я улыбнулась:

– Да, ерунда, это же ваш дом. А защелку я прошу, чтобы Маркус не заходил. А то опять примчится с утра и напугает меня, – пояснила я.

– Правда? Это из-за него? – чересчур сильно обрадовался Айварас. – Конечно, я поставлю защелки!

Он вмиг повеселел и стал разделывать рыбу на аккуратные куски, убирая кости. Вскоре я уже наслаждалась неземного вкуса блюдом, чуть ли не мурлыкая от удовольствия. Глядя на Айвараса, можно было подумать, что ему доставляет удовольствие смотреть, как я ем. Сам же едва съел кусочек. Зато подкладывал мне самые нежные ломтики.

После ужина он спросил, чем я займусь. Я пожала плечами, честно говоря мои планы распространялись только на рыбу.

– Можете отдохнуть у себя, – предложил он.

– А вы чем займетесь? – спросила я. – И предлагаю перейти на ты.

– С удовольствием, Виолетта. Мне нужно продолжить копать котлован для водоема в саду.

– Отлично! Можно, я тоже посижу в саду и развлеку вас, то есть тебя,  разговорами?

– Буду рад! – искренне ответил он.

Вскоре мы перебрались в сад. Я разместилась на небольшой лавке, а он продолжил свою работу. Спустившись в наполовину вырытый котлован, он стал копать, а я любовалась, как на тренированном мужском теле  ходуном ходили мышцы.

– Значит, все мужчины кимерийцы умеют готовить и делать другие женские дела? – задала я так мучивший меня вопрос.

– Да. Возможно, в Городе и считают готовку женским делом, но у нас это не так. Мужчины стараются сделать все дела по хозяйству, а женщине остается рукоделие.

– И все? –удивилась я, – А если она не любит шить или вышивать?

– Не страшно. Мастериц много, у нас есть швейная мастерская. Даже некоторые мужчины умеют шить и вышивать.

– И что в таком случае делает женщина?

– То, что ей нравится. Может цветы выращивать, ходить за ягодами, изучать целительство  или другие науки. Если она замужем, ее мужчины позаботятся, чтобы она была счастлива! А когда появятся дети, тем более. Ведь мать всегда устает больше,– пояснил Айварас.

– Ого! – искренне удивилась я. – В Городе  не так, женщинам достается и готовка, и рукоделие, и за детьми следить , еще и работать по возможности .

Он пожал плечами, потом провел рукой по лбу, поправляя волосы:

– В каждом государстве свои традиции, я не видел другой жизни и мне сложно их понять. Впрочем, как и тебе? – он печально улыбнулся. – Тоже считаешь, что мы неправильно живем?

– Что ты!  Я бы хотела, чтобы обо мне так заботились! – сказала я, вздыхая и жмурясь, представляя в мыслях, как жила бы тут в долине.

– Но ты из аристократической семьи, о тебе и так заботятся слуги! – возразил Айварас. – А если пройдешь отбор, то мы уже не сможем так близко общаться!

А вот тут я расстроилась. Ведь никаких слуг у меня в помине не было. Что меня ждет впереди? Через месяц я исчезну и, скорее всего, буду вынуждена бежать в другие земли. Есть, конечно, вероятность, что смогу вернуться в Город и обо мне забудет полиция, но в таком случае придется жить в бедности и опять едва сводить концы с концами.  Или продать злосчастный кулон? Сколько он будет стоить? Вернуть не вариант, меня посадят в тюрьму. Сказать, что нашла? Надо было раньше об  этом думать! Я незаметно дотронулась до груди, там под платьем находился красный камень на золотой цепочке. И продолжила свои горькие думы.

Стать победительницей отбора все равно не смогу, да и незачем. Что я скажу в таком случае принцу? Может, он и принял бы сиротку и не графиню, но воровку вряд ли!

Я потрясла головой, так не хотелось погружаться в свое беспросветное будущее. Гораздо интереснее и приятнее смотреть на мужчину, который сейчас трудится в котловане, красиво отбрасывая длинные пряди в сторону и кидая на меня заинтересованные взгляды. О чем он думает?

Жаль, что Айварас был в рубашке, жара стояла уже почти летняя.  «А ведь он из-за меня мучается», – подумала я и предложила ему снять ее.