Марушка Белая – Строптивый пленник (страница 4)

Глава 5.

– Стой! – выставив вперед руки, я попыталась перегородить дорогу начальнику стражи. – Его нельзя убивать!

– Почему это? – Эдвард хотел бы отодвинуть меня, но не смел. Надо же, пока что боится. Пользуясь этим, я рассерженно воскликнула:

– Это же пленник, и я еще не закончила допрос!

Он глумливо усмехнулся:

– Допрос? Это так вы называете развлечения с раздетым остроухим? И что? Многое смогли узнать?

– Да, – горделиво ответила я. – Он здесь один и о его местоположении никто не знает!

– Этого не может быть, – не поверил Эдвард.

– А разве вы нашли хоть какие-то следы? – прищурилась я.

– Нет, – вынужденно согласился тот.

– Даже с орфами? У них безошибочно острый нюх!

– Даже с орфами, – вздохнул Эдвард, бросая злобные взгляды на пленника.

– Видишь? Значит, он и правда один здесь! А еще  я выпытала, что его зовут Каспиан. И он бы мне многое поведал, но ты своими методами все испортил!

Начальник стражи проворчал:

– Зато ваши «методы» рабочие, как я погляжу. Позволите остаться? На всякий случай?

– Нет! – рявкнула я. – Убирайся! И для начала собери мне сведения обо всех эльфах по имени Каспиан. Только осторожно, ладно?

Эдвард все еще недовольно щурился. Я спросила:

– Или мне подождать отца и сказать, что ты не справился с таким пустяком?

–Будет сделано, – наконец повиновался Эдвард и развернулся, чтобы покинуть комнату. На выходе он посмотрел на меня с беспокойством. – Не позволяйте ему задурить вам голову, госпожа Равена! И не развязывайте его!

– Кстати, – вспомнила я. – В первый раз ты специально его оставил с развязанными руками? Хотел, чтобы он напугал меня, и я отказалась от своей затеи?

– Пленник был развязан? – испуганно переспросил начальник стражи. – Этого не может быть!

– Видишь, твои люди даже связать его не могут, как полагается!

Выдворив из своих покоев озадаченного и виноватого Эдварда, я вновь заперлась и вернулась к эльфу.

– Какой колоритный у тебя помощник, – хмыкнул тот, поглядывая на дверь. – Не доверяй ему, он замыслил недоброе.

Я фыркнула от смеха:

– Ну ты и сказал. Кто тут что-то замыслил, так это ты. Продолжим «допрос»?

Нервно облизнув губы, эльф возразил:

– Это правда. Хоть я и не умею читать мысли, но по взгляду понятно, что твой помощник не относится к тебе с уважением. Для него ты не госпожа, хоть он и называет тебя так.

– Это я знаю, – отмахнулась  и вновь пододвинулась к пленнику. – А ты, « удивительное создание» не отвлекайся и отвечай на мои вопросы.  Что значит «вернуть утраченное?»

– У вас не принято кормить пленников? Или хотя бы поить? – невинно спросил эльф.

Я тяжело вздохнула. Вот подозревала, что при допросах вряд ли такое бывает, но, может, он станет более покладистым? Кликнув слуг, я велела принести воды и нарезанные фрукты. Про эльфов мы знали немного, но кровь у них такого же цвета как у нас, значит, едят и пьют они то же, что и мы.

Однако пленник специально тянул время. Пил он вполне спокойно, медленными глотками, будто и не испытывал жажду. Я даже устала держать чашу возле его рта. На фрукты посмотрел с легким презрением. Хотел пожаловаться на связанные руки, но увидев строгое выражение моего лица, заявил:

– Тогда сама меня накорми. И из всего этого я предпочитаю красную грушу и инжир. Остальное можешь даже не предлагать.

Я оторопела от такой наглости:

– Разве ваш народ не голодает? Чтобы даже цвет фруктов выбирать?

Пленник покачал головой:

– Нет еды, нет ответов.

– Знаешь, что? – я с громким стуком поставила тарелку на столик и начала надвигаться на эльфа. – Сейчас я вот этими вот руками продолжу гладить все твои интимные места, пока на твои стоны не сбежится вся крепость.

– Вот еще, меня это не напугает, – уверенно ответил эльф.

– Ладно, – лукаво улыбнулась я и вновь положила ладони на его бедра. Обе враз. Медленно поглаживая дорогую ткань его бриджей, я постепенно продвигалась от колен к его мужскому органу, пока пленник не дернулся и не сказал, сдерживая шипение:

– Прекрати…

– Сам сказал, что тебя это не напугает, – напомнила я.

– Ох, Великие Боги, я же шучу, – саркастично усмехнулся Каспиан и посмотрел на меня честными глазами. – Что еще тебя интересует, «чудное создание?»

– Так-то лучше! Что означают твои слова о возвращении утраченного?

– Вы должны вернуть то, что отняли у нас.

Я отрицательно покачала головой:

– Мы не вернем вам крепость, и вряд ли ты один без оружия надеялся заставить нас это сделать?

– Нет же, крепость – это неважно. Она очень старая, но это не то, что нам нужно.

– А что вам нужно?

– Нечто более ценное и древнее, но что именно я точно не знаю.

– Вот как? Ищешь то, сам не зная что?

– Я лишь знаю, что это источник нашего могущества.

Услышав это, я замерла. Недоверчиво глядя на пленника, задумалась. Вряд ли так легко расстаются с большими секретами, но что-то в этом было. Как будто кусок мозаики. Вот только других кусочков не наблюдалось. Моя интуиция подсказывала, что слова Каспиана искренни, хотя вопросов теперь появилось еще больше.

– О как! И ты так легко мне об этом рассказываешь?

– Уверен, ты сама это узнаешь, если поищешь!

– Что? – непонимающе переспросила я.

– Двадцать лет назад вы отняли это у нас и именно поэтому смогли завоевать крепость. Если бы не это, ничего бы не вышло.

– Ты лжешь! Просто наши воины сильнее ваших!

Каспиан устало улыбнулся:

– Можешь не верить. Грушей угостишь?

Все еще думая о его словах, я потянулась к фруктам. Подхватив пальцами красный ломтик, поднесла мужчине. Не отводя взгляда, он очень осторожно взял губами кусочек груши. А я как завороженная наблюдала за красивым лицом эльфа, за его четко очерченной линией скул и вздрогнула, когда губы мужчины сомкнулись вокруг моих пальцев. Между нами будто вспыхнула и тут же погасла искра. Отдернув руку, я ощутила влагу, и меня буквально повело.

Не удержавшись, я прильнула ко рту мужчины и поцеловала его, чувствуя грушевый сок во рту и нежнейшую кожу на  его губах.

– М-м-м-м, – застонала я, а Каспиан ошарашенно смотрел на меня своими бирюзовыми глазами.

– Что ты сделал? – отпрянув от мужчины, я  с ужасом осознала то, что только что натворила сама.

Похоже, эльф удивился еще больше. Вот только он оказался умнее и уже понял, что я собой не владела.