Марцин Подлевский – Бесконечность (страница 41)
Прибыль от КР потекла широкой рекой — достаточно большой, чтобы снова возродить забытую экспериментальную планетарную станцию возле сверхгиганта HD 179821 в Рукаве Креста.
Осиротевшая планета Сократ, бомбардируемая вредным светом сверхгиганта, вынуждающим персональ проводить автоматическую генетическую адаптацию, была одной из самых тщательно скрываемых тайн Клана. Именно на ней был создан Лазарет — крупнейшая ксенотюрьма для инопланетных существ с разрешением на проведение инвазивных экспериментов. Туда были направлены самые большие кредитные ресурсы. Таким образом, такие вопросы, как исчезновение призрачной структуры B612, потеряли свое значение, тем более что, казалось бы, там уже нечего было открывать.
Конечно, до тех пор, пока не заметили поглощающую сверхгигант Стрелец-9 глубинную дыру.
Единицы Клана, стоящие в системе, начали строить теории о ее происхождении. Не указывало ли ее существование на связь дыр с сверхгигантами? Не была ли каждая дыра когда-то звездой? Не противоречило ли это спорной теории о том, что глубинные дыры были искусственного происхождения? И могло ли излучение зарождающегося перехода повлиять на — уже давние, хотя и зафиксированные в регистрах — непонятные программные повреждения кораблей Клана? Эти и другие теории начали мучить клановцев, тем более что зонды и корабли, отправленные в дыру, не возвращались и не присылали никакой информации, даже с помощью глубинных излучателей.
Нервная суматоха вокруг системы продолжалась до тех пор, пока в системе не начали возникать самопроизвольные артефакты Выгорания.
То, что Выгорание может однажды проявиться, было предсказуемо. Исторические альманахи Научного Клана предполагали, что тайна сектора Трех Планет может быть связана с использованием древнего Оружия Машин. Якобы Единство победило тогда таинственную Напасть, используя прототип этой опустошающей Галактику силы. Теперь эта теория начала подтверждаться.
Выгорание, которое раньше было разрывом реальности и наложением призрачных структур, начало проявляться в своей самой простой форме. Корабли Клана сначала заметили гравитационные колебания, потом — появляющиеся осколки черных дыр, а в конце концов увидели пульсирующие, еще тонкие полосы Опустошения.
Весь этот процесс длился как минимум несколько лет.
Война Натиска медленно вступала в решающую фазу, а силы Клана начали тихо отступать из проигранного сражения. Подозревали, что планета B612 будет поглощена Выгоранием в течение следующих ста двадцати лазурных лет.
Однако, помня о причине возникновения Трех Планет, Единство не беспокоилось об исследованиях людей. Его интересовало только то, помешают ли силы Клана ему пройти и достичь цели. Цели, которую оно, к своему удивлению, заметило сразу после выхода из дыры Немезиды.
Через сектор B612 плыл Бледный Отряд.
Это не было его самым многочисленным собранием, но сенсоры Стигмата обнаружили как минимум трех гримов, не считая скоплений эребов и Призраков. Размер двух первых можно было оценить, но третий превышал как минимум шестьдесят километров, так что внутренний ИИ Стигмата квалифицировал его как не титана, а как мифического гаргантюа. Края этого монстра исчезали в темноте, теряя свою материальность и погружаясь в призрачные структуры; чем бы ни было это огромное существо, в нормальном пространстве проявлялась лишь его часть.
Единство замерло. Экстраполяция, рассчитанная им на трансгрессивном уровне, застыла в этой конкретной точке — все вычисления и планы впали в стазис. Можно было сделать только одно — то, что оно решило еще в своем безопасном Святилище, анализируя все возможности.
Стигмат погасил свои ядра и огни. Летящий машинный город превратился в мертвый, беззащитный валун. Трансгрессивная Машинная Сущность передала только одно сообщение — единственную трансляцию, направленную на превосходящие силы врага.
— Слава Бледному Королю, — сказало Единство. Теперь оно ждало: бледного, разрушающего света или отсрочки приговора. Но гримы молчали. — Слава Бледному Королю, — повторило оно, чувствуя, что его начинает охватывать совершенно не машинный страх.
Это длилось очень долго. До тех пор, пока в сердце Стигмата не появился шарик микроглубины с едва различимой тенью Проклятого.
— Данные, — сказал призрак. Вестник Бледного Короля, видимо, решил, что его физическое присутствие не нужно. — Местоположения. Экстраполяции.
— Отправляю, — глухо согласилось Единство. А затем через Стигмат пронесся небольшой импульс, передающий всю информацию о расположенной в космосе Армаде Машин.
11
Бунт
Я был там, когда его выводили. Я увидел его мельком. Он не был таким, как его описывали СМИ. Не героем, а скорее парнем, который забыл побриться и встал не с той ноги. Красивый, это да, но какой-то… не знаю, помятый? Хотя в нем было что-то такое. Даже Панцерники Пустоты это почувствовали. Они боялись его тронуть…
Конец наступил совершенно неожиданно. И, как и любой конец, оказался совсем не таким, как ожидалось.
Это был такой же момент, как и все остальные. Погруженный в апатию и ожидание выхода из ловушки. Ловушки, которая захлопнулась так сильно и так плотно, что лишила жертву любой возможности маневра. И с каждой секундой отнимала у нее драгоценный воздух.
С такой ловушкой адмирал Фанилл Хест не мог смириться. Его можно было победить в честном бою. Его можно было уничтожить. Но уж точно нельзя было загнать его в угол и отобрать у него флотилию. Флотилию, которую за его спиной уже называли Флотилией Грюнвальда.
Это было даже не возмутительно, решил он. Это было недопустимо. Поэтому, когда наступил конец, он с нарастающим отвращением смотрел на гигантское голо в огромной каюте капитана «Славы». Голопроекция показывала в значительном уменьшении ситуацию в секторе. Но для Фанилла это не было обычным расположением сил. Все эти погасшие, ожидающие корабли — некоторые с частично стазированным экипажем — казались ему нескрываемым бунтом против военной структуры командования. Бунт, который жёг его изнутри и заставлял адмирала балансировать на грани отвращения.
Его заблокировали. Проклятая Напасть! Его руки связали, как и всех присутствующих в секторе чиновников Галактических Вооруженных Сил! Его корабль угнали и посадили в какую-то галактическую дыру! Ему не дали выполнять военные обязанности! И все это во имя чего? Какого-то трансгрессивного сумасброда и его чокнутых адептов?!
Это должно было закончиться! Пора положить конец этой паранойе, этому незаконному шантажу! Стратегические решения принимал ГВС, а не банда преступников! Не говоря уже о том, что произошло объединение сил, которые никогда не должны были сотрудничать друг с другом — даже перед лицом войны с Консенсусом. Вся эта Костлявая Банда… это же заклятые преступники!
Абсурд! Он мог бы терпеть этих ненормальных Стрипсов, чья делегация, кстати, прибыла на «Славу», заявляя о полной поддержке «дела Грюнвальда, который с помощью импринта достиг необходимой чистоты в управлении программой». Он мог бы выдержать предательскую Жатву, несколько кораблей которой с самого начала заявили о «доверии к Миртону Грюнвальду, первому исполнителю воли Поверенного». Он мог даже принять этих ненормальных Деспектумов или как там они сейчас называются, с их «потребностью достичь грустнорадости контакта с транскриптом прыгуна-матери». Он мог понять такое, а не иное решение похищенных Пограничников — вероятно, напуганных и поэтому подчиненных «Ленте». Но уж поддержка Грюнвальда со стороны старого правительства в лице Мистери Артез?! И всей этой преступной шпаны?! С этим, как его там… Кровавым Носом во главе? Это было даже не неприятно. Это было абсурдно! И должно было закончиться как можно скорее!
Проблема была в том, что он понятия не имел, как это сделать.
Как Первый Командующий, он много раз обсуждал этот вопрос с адмиралом Хармонией Данвич и этим скользким засранцем, адмиралом Валтири Вентом. Конечно, в ограниченном кругу. Некоторые вещи должны были идти по официальному каналу через этот проклятый автоконтроль «Славы», вероятно, контролируемый Грюнвальдом. Отсюда и необходимость официальных голографических собраний под присмотром Миртона и сопровождающих их приукрашенных формулировок, цель которых — убедить его лично явиться на суперкрейсер.
Грюнвальд… если бы только он мог добраться до него… Но он не мог придумать, как это организовать. Сначала хотел использовать для этой цели нашу наивную политическую деятельницу — Артез. Но Мистери оказалась слишком тупа, а ее мышление было сильно ограничено — наверное, из-за травмы, связанной с похищением. Что ж, он мог понять её срыв. Не каждый ум способен выдержать военные реалии. Однако если бы удалось переманить её на свою сторону и заставить привести Грюнвальда на «Славу», дело было бы сделано.
К сожалению, Артез оказалась глупее, чем он думал. Она согласилась на неясный план и решила подождать, пока прибудут последние похищенные «Лентой» бойцы. Конечно, ждать казалось логичным… но разве никто не видел, что благодаря этому Грюнвальд только укрепляет свои позиции? Поэтому нужно было взять ситуацию под контроль — и быстро. Даже ценой этих нескольких потерянных единиц!