Марцин Гузек – Застава на окраине Империи. Командория 54 (страница 15)

– Так и есть. Может, нам пора вернуться в командорию и подумать о каком-нибудь достойном завершении вечера?

– Что ты имеешь в виду, мой Князь? – спросила она невинно.

– Уверен, мы найдем способ приятно провести время перед сном.

– Будем рассказывать друг другу истории?

– Ты не поверишь, насколько удивительные истории можно рассказать вот этими губами. – Он наклонился над столом в ее сторону.

– Дорогой Натаниэль, это прозвучало почти неприлично. – Она повторила его движение, заодно как бы невзначай выделив свое декольте.

– Щас сблюю, – заявила сидящая рядом Матильда.

Кассандра шикнула на нее:

– Хочу увидеть, как это закончится.

– Да ясно, как оно закончится, непонятно только, на черта столько разговоров ни о чем.

– Очевидно, дорогая Матильда, ты не понимаешь идеи флирта, – сказала Клара. – Натаниэль, прошу тебя, продолжай. Что случилось? Разве ты не выступал успешно перед публикой?

– Уверяю тебя, моя госпожа, что выступаю успешно в любых обстоятельствах.

– Господи! Идите уже куда-нибудь в кусты или еще куда!

– Что-то я не вижу, чтоб ты отбивалась от мужиков. Интересно почему? – раздраженно спросил Князь Матильду.

Матильда встала и огляделась. Наконец подошла к большой группе молодых сельчан. Какое-то время приглядывалась к Манфрею, крепко сбитому командиру сельской милиции.

– Снимай штаны, – приказала ему наконец.

– Что?

– Кота в мешке покупать не буду. Трусы тоже снимай.

– Но в чем…

– Трусы снял! – Что-то в голосе Матильды заставило мужчину тут же капитулировать. Матильда внимательно присмотрелась. – Сойдет, – наконец заявила она. – Пошли трахаться.

– Но… Ну ладно. – Подтягивая штаны, Манфрей двинулся за ней в темноту.

Остальные собравшиеся смотрели на это, остолбенев.

– Ну ладно, я достаточно мужественен, чтобы признавать свои ошибки, – заявил наконец Натаниэль. – Может, мне тоже попробовать столь непосредственный метод?

– Только если хочешь получить пощечину, – предупредила с улыбкой Клара. – А теперь, дорогой Натаниэль, пожалуй, тебе пора проводить даму на отдых, как подобает благородному рыцарю.

– Разумеется. Хотя боюсь, что сперва нам придется благородно вытянуть нашего командира из-под какого-нибудь стола.

Дункан отхлебнул очередной глоток самогона, наблюдая, как Натаниэль, Клара и Кассандра направляются к Каменному Залу. Слова Олафа до сих пор звучали у него в голове. Алкоголь, против ожиданий, не помогал. Глядя на Клару, невольно вспомнил девушку, с которой встречался на последнем месте службы его отца, в Командории 34, где-то далеко на севере. Было там ужасно холодно, но это и помогло убедить ее, чтоб грела его собственным телом. Когда он уезжал, то обещал ей вернуться. Интересно, ждет ли она еще? Она… и все остальные.

– Эй ты! – из-за хат вышел Йоков. Шаг его был нетвердым, а речь невнятной, но нож в руке прямо свидетельствовал о недружелюбных намерениях. – Ты мне жизнь сломал.

– Ты все сделал себе сам, – ответил спокойно Серый Стражник.

– Из-за тебя я должен жениться на этой суке!

– Думать надо было заранее, пока не переспал с ней.

– Пошел ты, это не мой ублюдок. Ее пол-округи имело. – Парень подошел на вытянутую руку.

– Но женишься на ней ты. А сейчас уходи, пока худого не случилось.

Йоков заорал и бросился на Дункана. Командир рекрутов без труда ушел от удара. Поймал руку нападающего и выкрутил ее, одновременно умелым движением сбивая противника с ног и пригвождая к земле.

– А сейчас слушай меня внимательно, сукин сын. Надо бы тебе руку сломать за то, что поднял ее на меня, но не хочу, чтоб твоя будущая жена жила с калекой. Зато, если когда-нибудь ее ударишь, обидишь, что угодно – ждет тебя продолжение этого. – Прижал тому руку коленом, парень взвизгнул от боли.

Чуть помолчав, Дункан добавил:

– Для Полины ты должен быть как святой, понял?

Отпустил его.

– А теперь иди, проспись и протрезвей. А в следующий раз помни, что я всю жизнь тренировался людей убивать, а ты репу – сажать. Понял?

Парень не ответил. Поднялся с трудом, прижимая больную руку. Его взгляд лишь на мгновение задержался на лежащем на земле ноже. Дункану этого хватило. Сильный пинок попал прямо в нос, с громким треском сломав его. Йоков рухнул на спину, хватаясь за лицо руками. Сперва вскрикнул, потом начал тихо просить пощады, а кровь текла с лица на землю. Жалкое, невыразимо жалкое зрелище. Его противник, уже как бы нехотя, добавил ему несколько пинков в корпус.

– Лежать, пес! И больше никогда не поднимай руку на лучших, чем ты!

Ответом послужил только неясный стон. Дункан сплюнул и пошел в сторону Каменного Зала.

Когда вошел внутрь, в помещении было почти пусто. Огонь все еще горел в очаге, освещая немногих трезвых выживших, и несколько жертв спиртного под лавками. Касс ходила по одному из столов, Клара пробовала убедить ее, что дамы так себя не ведут. Натаниэль сидел на скамейке у входа, допивая вино из какого-то кубка.

– Наш бесстрашный вождь! Очень кстати, – обрадовался он. – Кто-то должен вытащить Олафа из-под стола…

Адресат его слов молча подошел ближе и пинком выбил из-под него скамью. Князь полетел назад, не особо грациозно взмахнув руками. Упал спиной на пол, но подняться не успел – Дункан поставил ему ногу на грудь.

– Я командир рекрутов, конец на этом. В следующий раз, когда попытаешься уронить мой авторитет, прикажу тебя публично выпороть. И поверь, никто не будет против. В основном потому, что тебя тут никто не любит. А теперь вытащи Олафа из-под стола и вперед, на коня. Остальные могут остаться, но у тебя с утра патруль.

Сперва казалось, что аристократ что-то ответит на это, но в итоге он счел за лучшее промолчать. Дункан победно улыбнулся. И именно в этот момент снаружи раздались крики.

Люциус медленно шел меж костров. Он видел, как Натаниэль, Клара и Кассандра уходят в сторону Каменного Зала. Минуту раздумывал, не податься ли за ними, но выиграла в нем та часть, которая требовала поделиться с Эдвином рассказом о встрече с Амелией. Так что он подошел ближе к тому месту, где сидели стражники. Магнус сидел на столе с двумя девушками на коленях. Одну Люциус не знал, второй была какая-то из Нолановых внучек. Бард сидел рядом, наигрывая на лютне. Ульгар, крепко пьяный, лежал на земле, щерясь проходящим мимо девкам.

– А вот и наш призовой жеребец, – засмеялся Норд при виде Люциуса.

Монах только сейчас припомнил свое фиаско. Рефлекторно оглянулся и увидел Бриану в объятиях какого-то мужчины чуть поодаль. Девушка не удостоила его взглядом.

– Не слушай Ульгара, с каждым могло случиться, – сказал Эдвин, жестом приглашая его присесть рядом.

– И с вами тоже? – спросил юноша с надеждой.

– Нет.

– Никогда.

Лежащий викинг попросту заржал.

– Ну все равно никто из нас не признал бы этого публично, – заметил Шутник. Люциус склонил голову в преувеличенно драматичном жесте отчаяния. Он уже расхотел рассказывать о таинственной Амелии, которая пахла вином и цветами и знала значение слова «сарказм».

– Есть, – внезапно объявил Ульгар и с некоторым трудом поднялся на ноги. – Теперь смотрите, как это надо делать!

После чего громко крикнул и двинулся в направлении пары, которая как раз входила в круг света, явно после интимной встречи во мраке.

– Это должно быть забавно, – заметил Эдвин.

– Он такой пьяный, что если б даже захотел, не сможет ничего показать, – с иронией отозвался Магнус.

– Эй ты… девка. – Ульгар загородил дорогу паре. – Мальяна, да? Это твой счастливый день… ночь…

– Нет, спасибо, – ответила девушка, пытаясь его обойти.

– Ну ты чего… Я поспорил. – Он неуклюже схватил ее за руку.

– Пусти!

– Эй, отпусти ее! – отреагировал ее кавалер.

– Ты не лезь…