Марцин Гузек – Граница Империи (страница 14)

– Приветствую. – Магнус поклонился в пояс.

– Не нужно церемоний. – Лисандер встал и весело подал Серому Стражнику руку. Пожатие его было совсем слабым. – Вот за это я и люблю иногда сбежать из столицы. А теперь присаживайся, Нат о тебе много рассказал, и я уже с нетерпением жду нашего совместного путешествия.

– Путешествия? – Магнус не сдержал изумления.

– Ах, извини, я забегаю вперед. У меня тайны никогда не держались…

– Давайте по порядку, – вмешался Натаниэль. – Садись, Магнус. Как ты уже наверняка услышал от нашего квартирмейстера, принц Лисандер прибыл к нам из Драконьего Логова.

– Да, Эдвин говорил об этом, – ответил Номад, усаживаясь на стоящий у стола табурет. – Но не сказал, какое я имею к этому отношение.

– Видишь ли, Магнус, нас прислал мой дядя, Император, – сказал Лисандер, причем по его тону было заметно, что не видит в этой фразе ничего необычного. – Наше задание – оценить ситуацию на Границе. За последние годы до столицы доходили беспокоящие доклады о нарастающей агрессивности дикарей, и наконец было принято решение тщательно разобраться с этим вопросом. До сих пор мы оценивали ситуацию по рапортам наших легатов, но теперь хотелось бы чего-то более… Как бы это сказать, Гайюс?

– Честного. – Голос легионера был тверд и четок. – Посланники двора в этой части света – это в основном неудачники, которых отправили сюда за разного рода провинности. И как таковым им не слишком много веры; чаще всего они даже не пробуют осознать окружающую их действительность. А те немногие, что настолько умны, чтобы это сделать, предпочитают приукрашивать свои доклады, рассчитывая на возвращение в столицу. Поэтому нам нужен кто-то, кто понимал бы это место и его проблемы.

– Отлично сказано, – похвалил Лисандер. – Вот именно это нам и нужно.

– Понимаю, но тем не менее, – Магнус поколебался, – со всем уважением, мне кажется, что лучше всего для этого подошел бы сам Натаниэль. Он превосходно ориентируется в проблемах Границы, а как уроженцу Центральных Территорий ему будет проще объяснить их доступным для вас способом.

– Тут есть проблема, – сказал Натаниэль. – Да, я разбираюсь в здешних делах, но я все же человек снаружи, и мой взгляд искажается долгим проживанием за стенами дворца. Ты же вырос среди этих проблем, жил с ними. И вдобавок за годы скитаний тут в качестве Номада ты узнал о Границе больше, чем любой из моих людей.

Магнус поразмыслил над словами друга. Не нравилось ему это все, не чувствовал он, что может выступать от имени всей Границы перед посланником самого Императора.

– Что бы вы хотели узнать? – спросил он наконец.

– Начнем с дикарей, – сказал Лисандер. – Я так понимаю, что они всегда представляли проблему, но в последнее время до нас доходят все более тревожные вести об их вылазках.

– Так и есть, – ответил Магнус. – Когда я был ребенком, дикари были чем-то вроде урагана или наводнения. Их набеги просто случались раз в несколько лет. Обычно в таких случаях мы прятались в лесу и ждали, пока они свалят восвояси. Иногда откупались от них, если было чем. Сражались с ними немногие поселения, но это всегда был риск. Если победишь, то они бегут, но если проиграешь… то за сопротивление дикари обычно убивали всех, на страх остальным. И так оно испокон веку и было, еще дед мне рассказывал, что его ребенком родители пугали дикарями. «Будешь себя плохо вести, дикари тебя заберут». И его деда так же пугали, еще до Чумы. Разве что у самой границы Великой Чащи у людей были с ними проблемы посерьезнее, но даже и там нападения были не особенно частыми. Дикари ведь понимали, что если они слишком часто будут в гости заходить, то им просто красть станет нечего. И так оно столетиями и тянулось. Вот только лет десять тому назад все поменялось. Нападения стали повсеместными, более жестокими. И речь уже шла не о грабеже, как обычно, а о территории. Ни с того ни с сего дикари начали занимать земли за Великой Чащей. И поэтому они доходят набегами все дальше. Это уже не грабежи, это медленное вторжение.

– Но вы ведь отразили его, – перебил Лисандер. – Мы в столице слышали о Союзе Пяти и победе.

Магнус с трудом удержался, чтобы не расхохотаться.

– Да, знаменитая легенда о Союзе Пяти и их славной победе. Это чушь. Огромное недоразумение.

– Но ведь битва была.

– Была, – признал Магнус. – Два года назад склавянский воин по имени Белбог смог собрать несколько племен под своим началом. Вскружил им голову рассказами о богатых городах на западе. О грабительском набеге, на котором дикари неслыханно разбогатеют. Почти пять тысяч вышло из Чащи. Уже через неделю половина рассеялась по Приграничью, выбрав синицу в руках, добычу поменьше, но вернее, чем долгий поход в неизвестность. Тем временем рейд Белбога поднял страшный шум, все на Границе решили, что вот оно, великое вторжение, которое всех нас снесет. В панике никто даже не заметил, что склавяне не занимают территорию, не оставляют гарнизонов, обходят крупные узлы сопротивления – просто идут вперед, грабя все на своем пути. С другой стороны, для тех, кому не повезло оказаться на их маршруте, это не имело большого значения. Беженцы исчислялись тысячами, они разносили ужасающие истории, заставляя бежать и других. Некоторые бежали даже на Центральные Территории, донесли известие о страшной войне. Тем временем силы Белбога добрались до запада Приграничья и начали угрожать уже более сильным магнатам. Пятеро из них решили временно приостановить свои войны и объединиться против общего врага, угрожающего их землям и богатствам. Суммарно они выставили почти шесть тысяч воинов, но никак не могли определиться, кому командовать. В конце концов дело все же дошло до настоящей битвы, которая, однако, вопреки легенде не определила явного победителя. Тем не менее какой-то шальной стрелой удалось убить самого Белбога, а без него склавяне разделились, решили, что добычи достаточно, и вернулись домой. Союз Пяти же раструбил везде о великой победе. Был дан пир, на котором один из пятерых скончался, как видно, от отравления, – а остальные уже на следующий день возобновили междоусобные войны как ни в чем не бывало. Вот правдивая история всего этого Союза Пяти.

– Так откуда же взялась эта легенда? – удивился Лисандер. – Все, с кем мы разговаривали, уверяли, что дело кончилось решительной победой.

– Да, потому что большинство так и думает. Вам нужно понять, что люди на Границе не понимают склавян. Мы столетиями жили рядом с ними, а общались только при помощи стрел и мечей. Еще десять лет назад мало кто знал даже, что они называются склавянами. Называли их просто дикарями или дьяволами из Чащи. Я был в их деревнях, какое-то время провел в Великой Пуще, ну и способен хотя бы немного объясняться на их языке. Оттуда и знаю историю Белбога, но для всех остальных на Границе это было великое вторжение, которое мы отразили. К счастью для нас, это работает в обе стороны. Белбог был уверен, что прямо за горизонтом его ждут легендарные города из мрамора и золота. Да и большинство его людей тоже. Те же, кто вернулся из набега, говорили о могучей армии врага, чтобы лучше выглядеть. О десятках тысяч легионеров, что защищают проходы в страну, текущую молоком и медом. И вот примерно на этом уровне они и понимают Империю. Богатая плодородная страна, захваченная драконоубийцами и богоубийцами.

– Драконоубийцами и богоубийцами? – удивился Лисандер.

– По верованиям большинства склавян, Первый Император убил Первого Дракона и завладел его силой, – объяснил Натаниэль. – А церковь Господа убивает сейчас очередных богов, чтобы перенять их силу и в конечном счете воцариться над миром.

– Это просто смешно, – возмущенно заявил аристократ.

– Это совсем не смешно для пойманных дикарями священников, – с каменным лицом ответил Магнус. – Склавяне очень серьезно относятся к богоубийству.

– Что же изменилось? – спокойным тоном вступил в беседу Гайюс. – Ты говорил, что склавяне нападали на вас веками, отчего же сейчас сменили грабежи захватами?

– Потому что их стало больше. Не знаю почему, но в приграничные края на той стороне стали стекаться племена из стран, расположенных далеко на востоке. Эти люди даже не говорят на том же языке, что местные склавяне. Не один год сразу за границей Великой Чащи длилась кровавая война, о которой мы и представления не имели. Но в конце концов нашелся какой-то умник, который понял, что нет смысла убивать друг друга, если по ту сторону границы огромное количество отличной земли. И тогда они начали захватывать поселения на нашей стороне. Организации в этом нет никакой, просто приходит новое племя и либо выталкивает кого-то наружу, либо его выталкивают на нашу территорию. Но с каждым годом их приходит все больше. К счастью, они организованы еще хуже нашего, но с такими темпами через несколько лет это уже не будет иметь значения. Просто захватят нас, кусок за куском, деревню за деревней. Без всякой большой армии, без регулярных сражений. А когда наши власти заметят, что происходит, уже будет поздно. Склавян будет здесь так много, что это будут уже их земли.

– Да уж, пессимистический прогноз, – оценил Лисандер.

– Нет, – откликнулся Магнус. – Это прогноз оптимистический. А пессимистический такой: в конце концов среди них найдется кто-то сильный, объединит племена. Не на один грабительский набег, а насовсем. И тогда не будет на Границе силы, чтобы им противостоять. С одного удара займут весь регион. И мы отлично знаем, что их следующей целью будут не замерзшие пустыни Севера и не нагорья Спорных Земель. Следующей целью будут Центральные Территории и их вожделенные мраморные города.