Мартиша Риш – Мне его подарили! Дом-портал 2 (страница 29)

- И так каждый день?

- Ага, - просто отвечает парень и плюхается на мягкий диван. Я сажусь рядом. Мир проносится по ту сторону стекла, пугающий, черный, покрытый узором корней. Скрипящий голос объявляет станции.

- Чтобы получить образование, нужно спуститься в преисподнюю.

- В точку. Нам на Невском выходить. Я посплю, пожалуй, устал.

- Да, конечно.

Юноша, словно ребенок, смежил веки и доверчиво привалился к моему плечу. Мне кажется, на нас смотрят, осуждают Дениса за недостойное аристократа поведение. Но я не смею его разбудить. Если уж тем уснул в таком мрачном месте, значит, он очень устал.

Наконец голос объявляет нужную станцию. Тем мгновенно вскакивает со своего места, мы оба бросаемся к дверям, едва успеваем выйти. Я с ужасом думаю, что бы было, если б я чуть замешкался и остался в демоническом экипаже.

Этот зал куда богаче прежнего, да и людей здесь гораздо больше. Коридор, самодвижущаяся лестница и наконец чистое небо, особняки, солнце, ветер. Какое же это чудо – подняться из преисподней на Невский проспект. Только самой станции я не вижу. Нет ни почтовых лошадей, ни коновязи

- Идем, купим одежду. Альер, не тормозите, мы опоздаем! И тогда директор меня точно съест.

- Я не дам ему этого сделать, вы сын Диинаэ и необыкновенно дороги ей.

- Мне бы вашу уверенность!

Я слепо шел за юношей сквозь толпу. Кругом расстилалось целое море людей, мир пестрел красками. Мы вошли под своды торгового дома, и я окончательно растерялся. Свет всюду, яркие краски, музыка льется с потолка, нарядные девушки в неимоверно коротких юбках улыбаются нам. Под ногами потоки грязи растеклись по мраморному полу. Ее несут сюда люди с улицы, и уборщицы не знают покоя. Швабры мельтешат под ногами. На мне нет лица, из зеркал на меня круглыми глазами таращится селянин, который впервые попал на городскую площадь. Я едва смог взять себя в руки...

- Нам сюда! Альер, быстрее!

Просторный зал, в котором развешаны дорогие, но при том готовые наряды. Девушки подбежали, чтобы узнать, чего я хочу. А я не знаю, что и ответить!

- Джинсы, рубашку белую. Да, давайте белую. И побыстрее! Мы очень опаздываем! И куртку оверсайз.

Тем затолкал меня за шторку. Девушки несут одежду, дроу меня раздевает чуть ли не у них на глазах.

- Мне стыдно.

- Как говорит моя мать: "Ой, да кто на тебя смотрит!"

- Ах! - красотка успела увидеть мой обнажённый торс. Благо оделся я достаточно быстро. И одежда села как раз по размеру.

- А костюмчик мы выбросим. Страшный он и без лейбла. Засмеют еще в лицее. Мне это ни к чему. И пальтишко тоже. Ни к чему они Серёженьке на Северном полюсе. Или в Антарктиде? Я еще не решил. В Мурманске, говорят, хорошо – море, освежающий ветер, солнце только летом. Красота! И олени. Чудесная компания, они будут близки по духу папе.

Сюртук и штаны улетели в мусорное ведро. Немыслимая расточительность. Тем Денис расправил ворот моей рубашки, одернул куртку, посмотрел с явным одобрением.

- Носите аккуратно, дырок не наделайте. Я потом это всё себе заберу, ок?

- Ваша воля, тем.

- И то верно. Оверсайз – сейчас это модно.

Юноша расплатился, если я правильно понял. Мы рванули, как выразился тем, дальше. Только бы не отстать и не потеряться в этой сумасшедшей толпе! Я чувствую себя идиотом, деревенщиной, кем угодно, но только не гувернером юного тем, не учителем и, конечно, не аристократом. Только чудесная мышечная форма позволяет мне лавировать на скользком, растекающемся в лужи льду.

Город отсвечивает шпилями, куполами, храмы повсюду, словно они призваны разогнать серый морок, тьму, которые хлещут наружу из гранита. Весь город скован камнем, самое сердце его словно в броне этого монолита.

Наконец мы остановились перед вывеской, я с трудом смог разобрать слово лицей. Денис одернул куртку, улыбнулся мне, подмигнул.

- Пасиб, что согласились. Не тушуйся, авось не съедят!

- Мгм.

- Ты – друг моей мамы, мой почти отчим. Запомнил?

- Да?

- И живём мы все вместе, ну это, если спросят. Кстати, я в девятом классе, мне четырнадцать лет, родился двенадцатого июля. Ну, мало ли, какая анкета. Запомнил, па?

- Уху! - произнес я на манер совы.

- Ничего, что я на «ты»? Мы ж почти семья, верно?

- Счастлив, да.

Я оказался полностью сбит с толку. Мы вошли в холл. Здесь нас уже ждали. Высокий статный мужчина внимательно на меня посмотрел. Я придал лицу самое достойное выражение из возможных.

- Это? - мужчина свёл брови вместе и одним подбородком указал на меня.

- Альер, он – друг мамы. Мы живем все вместе. Он мне как папа. А это - директор нашего лицея!

- Рад знакомству. Пройдемте, - коротко бросил мне директор.

Мы пошли по коридору в небольшой кабинет. Здесь расположился простолюдин, быть может, нищий. На лице сияет фингал, одежда скомканная, куртка плотно облепила плечи, явно снята с чужого плеча.

- Денис! - рыкнул мужчина. Я тут же заслонил юного тем своею спиной.

- Присаживайтесь, - директор указал на два стула.

Мне пришлось сесть рядом с бродягой, чтоб юноша оказался подальше от него. Через секунду дверь кабинета открылась. Сияющий дроу возник на пороге. Высокий, стройный, одет очень достойно, белое пальто облегает фигуру.

- Вы кто? - директор еще не успел сесть.

- Эстон Райт, отчим тем Дениса Галицкого, - с величайшим достоинством ответил мужчина.

Мое сердце ухнуло и провалилось в желудок. Выходит, эльтем замужем? У Диинаэ есть другой?

- А остальные тогда кто?! - поинтересовался директор.

- Я – отец Дениса, - взревел бродяга. Неужели отец тем выглядит так?!

- Тоже мне, отец, - меланхолично ответил тем Денис, - Я тебя четырнадцать лет не видел.

- У меня бумага есть! - бродяга продолжил настаивать на своем.

- Так, с этим ясно, - кивнул директор, он забрал из рук отца юного тем бумагу с вензелями.

- А остальные?

- Свидетельство о браке с прекрасной эльтем Диинаэ Галицкой подойдет, я полагаю? Мы заключили брак этим утром, - Эстон Рейт вложил в руки директора другую бумагу с вензелем.

- Допустим, - смягчился директор, - В такой день и вы – в лицее. Похвально.

- Все ради моего пасынка.

Денис чуть заерзал.

- А это? - директор указал на меня. Я не знал, что ответить. Язык не поворачивался назвать себя наложником эльтем. Он словно примерз к небу.

- Это? - муж эльтем окинул взглядом мою шею, чуть улыбнулся, - У моей жены могут быть капризы.

- Кхм. То есть у Дениса три отца, я правильно понимаю?

- Только один! - взревел бродяга, - Остальным здесь не место. Я буду сопровождать сына на экскурсию!

- Нас трое, - глаза взрослого тем опасно сверкнули, - Я, Сергей и...

- Альер, - подсказал я.

- Повезло. У кого-то и одного нет, а тут! Будете возводить укрепления на берегу реки Бурной.

- Что, простите? Я ослышался? - тень пробежала по лицу дроу.

- Патриотическое воспитание, слышали о таком? Сегодня все копают! И вы, и директор завода, и владелец банка, и адвокат, прокурор с нами тоже, ещё основатель модельного агентства. Все копают рвы, возводят укрепления, готовятся к обороне. Лопаты уже погрузили, флаг я вам дам. За образец возьмете Улицкий шанец. Водителей, охранников и прочую челядь запрещается привлекать.