Мартиша Риш – Его дети. Хозяйка дома на границе миров (страница 5)

Я поставила на скатерть стопочку расписной посуды. Изображения котов и мышей принялись играть в догонялки по кромкам тарелок. Специально для детей, когда они подросли, я заказывала в лавке посуду с изображением героев их любимых мультфильмов. Мастер так сердился на меня, до сих пор помню его голос, все уговаривал передумать. Говорил, что большеухих мышей не бывает, и пасть у кота должна быть много меньше. Так зачем же я показываю детям таких уродливых животных? Чему хочу их научить? Еле уговорила рисовать магическими красками то, что нужно. Правда, кот вышел у него всё-таки не таким когтистым, как в мультике, зато бегает очень быстро, а ещё умеет понарошку нырять в миску ненавистного детьми супа. Они так хорошо едят, лишь бы увидеть на донышке тарелки обожаемого кота. Причем все трое начинают есть с аппетитом, даже малышка Лили.

Посуда разбежалась по столу на фарфоровых ножках. Каждая тарелочка устроилась напротив детского креслица. И только мои тарелочки, самые ленивые, без изображения кота и мыша, все никак не дойдут. Переваливаются с боку на бок, позвякивают друг о друга.

Как бы я ни сердилась на своих детей, а без обеда в наказание их не оставишь. Я выложила на стол салфетки, приборы и пошла в сад искать малышей. Если Джим выкинул такой номер, интересно, ему не стыдно? Мы дружим уже много лет, со времен учебы в академии Волшебства. Всегда помогали друг другу.

Джим — ловец магических животных, много где бывает, привозит малышам подарки, охотно возится с ними. Хоть я и сопротивляюсь для вида, все-таки мне неудобно, что он приносит так много, но, благодаря Джиму, у малышей есть действительно всё.

Выходит, что друг остался без брака. И теперь он не сможет перемещаться не то, что по мирам, а даже по нашей стране. Он останется без своего дела, не сможет поддерживать родовой замок в надлежащем состоянии, вот в чем ужас. Если так дело пойдёт, Джиму придется или распродать всё, или заключить новый брак. Только почему именно со мной? Чем я перед ним настолько провинилась?

Я окинула взглядом цветущие заросли. Кусты орешника немного шевелятся, хорошо слышен шёпот моих сыновей. Они, кажется, опять поймали фею и теперь угощают ее леденцами. Для феечек это самое желанное лакомство, вот только после пары карамелек крылатая бедолага совершенно разучиться летать. По крайней мере, до вечера. Лили даже не видно. Куда она подевалась?

— Робин, Седрик, Лили! Идите обедать, — куст орешника притих, ветки больше не шевелятся, слышно только довольное урчание маленькой феи.

— Мама, ты больше не сердишься на нас? — вынырнула светленькая головка моей дочки из пустой кадки. Всю весну собираюсь посадить в эту кадку деревце мирта, но, как обычно, не успеваю даже заехать за ростком.

— Ты поступила очень неправильно, Лили. Ведьма всегда несет ответственность за себя и за последствия своих решений.

— Но Джим же хороший, я бы так хотела иметь такого папу! И мальчики тоже. Мы все решили, я готова ответить за это.

— Лили, так нельзя. Я должна была сама подумать. Джим мой друг, но не жених.

— Ты говорила, что муж и жена обязательно дружат между собой.

— Это так. Пожалуйста, не принимай за меня взрослых решений. Ты не права в этом.

— Вы поженитесь, и ты сошьёшь себе красивое платье, мам? — Робин показался из густых кустов и смотрит на меня огромными карими глазами, точно такими же, как и у его родного отца. Рядом с ним из кустов выглянул и его брат.

— Я не знаю, дети.

Как не просто им лгать, и объяснить честно я не сумею. Джим, и вправду, очень хороший, но только я не собираюсь выходить замуж. Один раз уже обожглась, и рана в сердце никак не затянется. Не хочу больше такого, лучше уж я останусь одна, а Джим всегда будет моим другом. Я не хочу ошибиться еще и в нем. Боюсь потерять нашу безоблачную дружбу. Седрик нахмурился, сдвинул вместе свои суровые бровки.

— Дядя Джим самый лучший, — пробурчал он.

Лили взяла братьев за руки, на их фоне малышка кажется крошечной, она ниже обоих на полголовы. Все втроем прошли к умывальнику. Седрик открыл кран для сестренки, самой Лили пока не удается дотянуться до него, кран расположен чересчур высоко. Зато малышка вынула из шкафчика чистые полотенчики, и все по очереди вымыли и вытерли личики. Хорошие у меня всё-таки дети, заботятся друг о друге.

Когда с пюре и отбивными было покончено, в дом ворвался Джим. Элегантный сюртук, гора свертков с подарками в руках, улыбка на пол-лица и чуточку смущенный взгляд. Свертки он водрузил на столик перед дверью, а на пол поставил большую коробку, затянутую в красный бархат. Только в одной мастерской, самой лучшей мастерской нашего города, портные так красиво пакуют вещи. Я медленно встала из-за стола.

— Доброго всем дня! Простите, что вчера не заглянул, я очень поздно приехал! Не хотел никого разбудить! Лили, я привез тебе куклу эльфийской работы, как обещал. А вам, Робин и Седрик, я раздобыл эльфийских воинов, — дети подскочили из кресел и бросились обнимать парня. Одной рукой он подхватил мою дочь, второй приобнял мальчишек.

— Вы так выросли! Элли, — герцог поднял на меня взгляд, — я привез и тебе подарок — парадное платье, в котором ты сможешь завтра прийти ко мне на смотрины. Щеки Джима чуть порозовели, легкая тень беспокойства мелькнуло в искристых глазах.

— И вам, дети тоже. Лили, у тебя будет платье точь-в-точь как у мамы.

— Такое большое? — открыла от удивления рот дочка.

— Джим, мы завтра никуда не пойдем. И платье я не возьму, извини, — три пары детских расстроенных глаз вперились в меня выжидающе.

— Почему, Элли? Ведь ты приняла приглашение на смотрины.

— Идём лучше в сад, нам нужно всё обсудить не при детях.

Тройняшки почти синхронно вздохнули и кинулись растягивать ленты на свертках с подарками. Я вышла на крыльцо, Джим следом за мной.

Парень крепко затворил дверь в дом, чтобы дети ничего лишнего не услышали. Он такой высокий, черные кудри откинуты назад от лица, огромные миндалевидные глаза и тонкие черты лица Джиму достались в наследство от его деда — прекрасного темного эльфа, впрочем, как и чуточку смуглая кожа.

— Элли, я предлагаю тебе брак от чистого сердца. Мы знаем друг друга очень давно, и я очень жалею, что не мог сделать тебе предложение раньше. Я всегда мечтал о...

— Джим, нет! — мотнула я головой, — Я не хочу замуж, прости. Не порти нашу дружбу браком, прошу.

Парень опустил голову, вгляделся в густую листву сада и продолжил уже совсем другим, тихим голосом.

— Элли, детям нужен отец, я стану о них заботиться как о своих собственных. Клянусь тебе. Я действительно очень привязался к твоим троим малышам. Я и так остаюсь у вас всякий раз, когда я возвращаюсь в столицу. Уже пошли нехорошие слухи. Я испорчу твою репутацию, если все так останется.

— Зачем тогда ты развелся с Анной Легран? Вы так долго были в браке. Десять лет, если я не ошиблась. — Так сложилось. Ты же знаешь, наш брак был заключен только для вида. Мне нужно было иметь свободу путешествовать по всем мирам. Иначе я бы не смог содержать свой замок и помогать тебе. Я не мог разорвать этот брак раньше без согласия жены. Мавке нравилось называться герцогиней, она отказывалась развестись все эти годы. Я думал, что ты...

— И теперь ты решил жениться на мне? Дети дадут тебе еще более высокое положение в обществе, верно? Только ты забыл спросить, что думаю я! Джим, сейчас совсем не время для свадьбы. У меня погибла сестра, и я должна вступить в наследство.

— Я стану твоей опорой, помогу уладить дела. Если мы поженимся, тебе не о чем будет больше переживать.

— Ты не сможешь мне помочь. И я не хочу иметь мужа, мне проще одной. Прости, Джим. Подумай, с кем еще ты можешь заключить брак. Многие девушки будут рады приглашению на смотрины.

— Элли, — герцог повернулся и бережно взял в ладони мои руки, — Мне нужна только ты.

— Что? — я опешила и попыталась вынуть из его ладоней свои руки. Джим странно улыбнулся.

— Послушай, ну как я могу доверить свою судьбу кому-то другому? Вдруг у жены окажется несносный характер? И она запретит мне путешествовать по мирам или устроит что-то еще? Нет, в этом мире я доверяю только тебе. Мы заключим взаимовыгодную сделку под названием брак. При всех я буду вести себя так, как подобает мужу, а на самом деле мы останемся друзьями по-прежнему. Я ни на что не буду претендовать. И так же точно стану спать на твоем диванчике в кухне, когда буду появляться в столице. Улажу все твои дела, а ты обеспечишь мне этим браком свободу. Дети будут рады видеть меня своим отцом. Их куда охотнее примут в школу. И, кроме того, у всех троих появится титул. Это же здорово, разве нет?

— Здорово, — невольно согласилась я.

Если подумать, такая сделка, и вправду, выгодна нам обоим. Если это, конечно, будет именно сделка. Джим, как мне показалось, сначала имел в виду совершенно другое. Но, может, я ошиблась? За десять лет нашей дружбы мне никогда не казалось, что Джим хоть капельку влюблен в меня. Наверное, я зря испугалась и так глупо повела себя. Теперь стыдно.

— Так ты согласна, Элли? — сверкнули знакомые искорки вокруг его черных зрачков.

— Только на сделку, — Джим просиял, — И нам нужно успеть до четверга.

— Почему? Я хотел остаться в столице на несколько недель и только потом уехать.