Все, что знал Блэар, он получил через самообразование. Что еще можно было делать в Сьерре зимой, как не перечитывать классику из библиотеки его отчима? В трезвом состоянии старый Блэар способен был говорить исключительно на профессиональные темы, а в нетрезвом — только об Откровении апостола Иоанна Богослова. Из женщин мальчик видел лишь китаянок да проституток. И, чтобы привлечь к себе их внимание, рассказывал им истории, которые крал из книг. Излюбленной его темой был вариант «Робинзона Крузо», в котором на острове оставляли не мужчину, а женщину, Пятница же оказывался не туземцем, а мальчиком. Герои жили вдвоем на острове так счастливо, что даже не обращали внимания на проплывавшие мимо корабли, не говоря уж о том, чтобы пытаться остановить их.
Хоптон: Я понимаю, что вы и другие участники группы спасателей работали в очень тяжелых условиях и при большом эмоциональном напряжении. Тем не менее проверили ли вы забой сразу же, чтобы установить, не производились ли в нем взрывы вопреки вашему предупреждению?
Бэтти: Не сразу.
Липтрот: Почему?
Бэтти: Там скопилось много газа.
Следователь: Откуда?
Бэтти: Из старых выработок, сэр. Из пустой породы и мелкого, негодного угля, которые мы замуровываем кирпичной кладкой, чтобы поддерживать кровлю. Это обычная практика, но, к сожалению, в мусоре при этом накапливаются всевозможные газы. От взрыва кладка растрескалась. Вся штольня разом осветилась, когда наши лампы отреагировали на присутствие газа. Выбор у нас был такой: либо вообще покинуть забой со всеми телами, которые могли там находиться и которые мы еще не нашли, либо прежде всего ликвидировать приток газа.
Нателл: В каком состоянии находились ваши лампы?
Бэтти: В раскаленном докрасна, сэр. Их невозможно было держать.
Нателл: Из-за газа?
Бэтти: Да.
Мик: Какой доступ у вас был к месту утечки?
Бэтти: Плохой. Газ надувало из-за кирпичной кладки, сделанной в самой глубине угольного пласта и в таком месте, где кровля располагалась исключительно низко. К тому же после взрыва доступ туда частично завалило обломками. Мы попытались, насколько это было в наших силах, наладить проветривание, а я тем временем послал за кирпичами и цементом — обычно все это хранится наготове в боковых штольнях, — и, когда их принесли, я отправил из забоя всех, кроме Смоллбоуна и Джейксона. Прямо в забое мы готовили раствор, потом Джейксон со Смоллбоуном ползли по очереди вперед с двумя кирпичами, почти в полной темноте, и заделывали кладку. Им удалось это сделать, и в результате я получил возможность подойти с лампами к тому месту забоя, которое мне больше всего хотелось проверить.
Хоптон: Почему вам хотелось проверить именно это место?
Бэтти: Именно там я обнаружил в то утро газ.
Хоптон: Вы подозревали, что один из погибших, вопреки вашему предупреждению, все же произвел взрыв?
Бэтти: Нет, сэр.
Липтрот: Возможно, вы считаете неудобным высказывать сейчас какие-либо предположения на этот счет?
Бэтти: Ничего не могу сказать, сэр. Но, кроме того, сэр, единственным подрывником в этой части забоя был Смоллбоун.
Нателл: И он был все время с вами. Так что маловероятно, чтобы Тэффи, или братья Свифты, или Гринолл, или кто-то другой из погибших воспользовались бы порохом и произвели взрыв в отсутствие Смоллбоуна?
Бэтти: Да, сэр.
Мик: Но если бы они все же попытались это сделать, их квалификация была бы для этого недостаточной?
Бэтти: Да, сэр.
Хоптон: Правда ли, что Гринолл получил когда-то выговор за попытку раскурить в шахте трубку?
Бэтти: Это было десять лет назад.
Липтрот: Но тем не менее это правда?
Бэтти: Да.
Нателл: Были ли среди работавших в забое любители крепко выпить?
Бэтти: Я бы не сказал, что крепко.
Нателл: Разве неделей раньше Джон и Джордж Свифты не получили от полиции предупреждение за распивание спиртных напитков на улице?
Бэтти: Джон тогда только что женился. Они отмечали это событие.
Хоптон: Влияет ли алкоголь на трезвость суждений шахтера?
Бэтти: Да.
Хоптон: Шахтеры пьют?
Бэтти: Некоторые.
Нателл: Вы пьете?
Бэтти: Выпиваю кружку эля по пути домой.
Нателл: Одну или две?
Бэтти: Температура внизу в шахте доходит до ста градусов[38]. За день теряешь с потом до пяти фунтов веса. Когда поднимаешься наверх, необходимо чего-нибудь выпить.
Хоптон: Вы хотите сказать, эль чище, чем вода в Уигане?
Бэтти: Вы сами так сказали, сэр.
Мик: Вы ведь связаны с профсоюзом шахтеров, верно?
Бэтти: Я шахтер, и я состою в профсоюзе.
Мик: Больше, чем просто состоите. Вы один из активных его лидеров, верно?
Бэтти: Верно.
Мик: Я ни на что не намекаю, но правильно ли будет предположить, что любой из лидеров профсоюза менее всего был бы готов признать, что кому-то из несчастных погибших в своей смерти следует винить только самого себя?
Бэтти: Я не знаю, что именно случилось в тот день внизу в шахте. Но я твердо знаю, что работа шахтера опасна и во время нее испытываешь жажду, это факт. И ничто этот факт никогда не изменит.
Блэар и сам сейчас испытывал жажду, к тому же боль в голове не давала ему возможности сосредоточиться. Он выпил бренди, пожалел, что это не эль, отложил доклад, содрал последних пиявок и задремал.
Пообедал он холодным мясом, сыром и, вспомнив предупреждение Бэтти насчет воды, выпил вина. Потом пиявки пообедали им самим. На сей раз, однако, это была другая четверка: Джульетта, Офелия, Порция и леди Макбет.
Блэар ненавидел угольные шахты. Золото благородно и нейтрально. Уголь же, ведущий свое происхождение от живой материи, продолжал жить и, даже превращаясь в камень, выдыхал газ. Разумеется, весь легкодоступный — с небольших глубин — уголь уже давно выбрали. И теперь шахты становились все глубже, уголь в них все тверже и труднодоступнее, воздух все хуже, а рудничного газа все больше. И ради чего все это? Да, это вам не золотые самородки искать.
Следователь: Господин Ведж, вы управляющий шахты Хэнни. Знали ли вы об опасности взрыва газа в забое восемнадцатого января?
Ведж: Мне сообщил об этом Джордж Бэтти, и я согласился с его предупреждением, что взрывы производить нельзя. Задача смотрителя работ в том и заключается, чтобы принимать такого рода предосторожности и защищать собственность.
Следователь: Как управляющий где вы находились и что делали в тот момент, когда узнали о взрыве?
Ведж: Я находился в шахтном дворе, взрывом меня чуть не сбило с ног. Едва переведя дыхание, я отправил гонцов за медицинской помощью и на ближайшие шахты за подмогой. При сильном пожаре необходимо транспортировать под землей раненых и погибших на значительные расстояния, причем в тот самый момент, когда ваши собственные шахтеры выведены из строя. Затем я проверил клеть, которая, слава Богу, была в рабочем состоянии, хотя из ствола шахты валил дым. Прибыл гонец от Бэтти с сообщением, что смотритель начал спасательные работы внизу. Хотя нам пришлось дожидаться, пока клеть не поднимется снова на поверхность, мы немедленно отправили вниз добровольцев с лампами. К сожалению, во время катастроф на шахтах спасатели часто сами оказываются в числе жертв. Вот почему мы строго пересчитываем лампы и так, при помощи простой арифметики, узнаем, ВСЕ ЛИ поднялись из шахты. Для семьи нет ничего хуже, когда неизвестно, нашли человека или нет.
Блэар понятия не имел о том, когда у него день рождения, и мог только предполагать, сколько ему лет. Однако старый Блэар научил его геометрии, и, когда Джонатану было лет девять, не больше, он с помощью угломера, используя среднее время пересечения Атлантики и с учетом господствующих ветров и зимних морских течений, вычислил приблизительные широту и долготу той точки, в которой в последний раз видел свою мать. С той поры он только однажды проходил через ту же самую точку. Тогда он стоял у поручней и глядел вниз, на темные волны, вздымавшиеся и опадавшие под покровом пены. Ощущение холода и одиночества вытеснило тогда все другие его чувства.
Следователь: Ваше имя?
Джейксон: Уильям Джейксон.
Липтрот: Вы тот шахтер, который обычно бурит скважины в том месте забоя, где подрывник должен произвести взрыв?
Джейксон: Да, сэр.
Нателл: В тот день вы бурили какие-либо скважины?
Джейксон: Нет, сэр. Когда мистер Бэтти предупредил, что взрывов не должно быть, всякое бурение прекратилось.
Хоптон: Но вас не было в забое, когда произошел взрыв?
Джейксон: Нет, сэр. Я помогал Альберту Смоллбоуну добраться до клети, потому что камень, отлетевший от его кирки, поранил ему ногу. Мы как раз шли туда, когда нас рвануло вперед, как в клети, когда она начинает движение. Дымом нас несло до тех пор, пока мы не закатились в одну из ниш безопасности. Из-за угольной пыли мы ничего не видели и не слышали — а еще потому, конечно, что нас контузило. Мы выбрались по боковым штольням и тогда-то и встретили Бэтти и остальных.
Мик: И решили вернуться вместе с ними в забой, вместо того чтобы спасаться самим?
Джейксон: Можно и так сказать, сэр.
