Мартин Смит – Полярная звезда (страница 67)

Карп приближался. Держа в руках топор, как запасное крыло, он, казалось, летел по льду, словно глайдер.

Глава 30

Аркадий сделал несколько шагов и проскользнул в тень навесной палубы. Мостика теперь он не видел, но и с мостика не могли заметить его. Позади него Карп уверенной поступью бывалого матроса ступил на трап.

Через рулевую рубку Аркадий проскочил в прачечную, а оттуда на камбуз. Он снял солнцезащитные очки, так как свет, пробивавшийся через заледенелые иллюминаторы, слабо освещал помещение. Там стоял стол, окруженный скамейками, посуда на плите была огорожена морскими канатами. Одна из дверей впереди вела вверх на мостик, другая — в машинное отделение.

В боковой каюте находилась двухъярусная койка, но было видно, что пользовались только нижней. Аркадий сразу заметил, что здесь не было таких шкафов для одежды, где можно было бы спрятать тело. На переборке висела пустая кобура. Аркадий сунул руку под матрас в поисках пистолета, ножа или другого оружия. Под грязной подушкой лежал порнографический журнал, а под койкой стоял ящик, где Аркадий снова обнаружил порнографические журналы, носок с пачкой стодолларовых купюр, сильно истертый точильный камень, блок сигарет и пустую коробку от ружейных патронов.

— Это все Колетти, его барахло, — раздался голос Карпа. Он был похож на лесоруба, направляющегося ранним утром в тайгу валить лес. На нем не было спасательного жилета, но был надет второй свитер, тяжелые рукавицы, валенки, шапка и темные очки. Он даже не запыхался.

— Ты облегчил все дело, — сказал Карп. — Избавиться от тебя на судне было бы несколько сложнее. А так ты просто исчезнешь, и никто даже не будет знать, что я покидал судно.

Топор Карп, наверное, прихватил с противопожарного щита на палубе «Полярной звезды», и Аркадий предположил, что топор нужен ему, чтобы прорубить лед и избавиться от тела. Как всегда, план тралмастера отличался чрезвычайной простотой. Снаружи доносился непрекращающийся стук молотков, шум стоял, как в кузнечном цехе. Американцы даже не подозревали, что на борту находится кто-то еще.

— Зачем ты пришел сюда? — спросил Карп.

— Я ищу следы Зины.

В кармане у Аркадия лежала ракетница, которая могла бы произвести неожиданный эффект в этой тесной каюте, но только он двинул рукой, как Карп прижал ее топором.

— Еще одно расследование?

— Нет, это я просто для себя. Об этом никто больше не знает, да и вообще, кроме меня это никого не интересует. — Запястье, прижатое топором, онемело. Ощущение было таким, словно волк загнал его в угол.

— Когда кто-нибудь умирает, ты обычно подозреваешь меня, — сказал Карп.

— Ты удивился, когда ее тело было обнаружено в сетях, и мог бы попытаться загрузить его вместе с рыбой в бункер, а потом выбросить. Однако ты вытащил тело. Ты не знал ничего об этом, даже вчера вечером на трапе еще не знал.

Карп топором вытащил руку Аркадия из кармана. Было мало приятного умирать вот так, чувствуя себя абсолютно беспомощным, да еще страх мешал думать.

— Ты пытаешься меня облапошить, — сказал Карп.

Аркадий был слишком напуган, чтобы врать.

— Неужели ты не хочешь узнать, кто ее убил? — спросил он, но теперь уже он был неискренен.

— Зачем это мне?

— Ведь это ты устроил ее на судно, мне надо было догадаться об этом раньше. Долгое время я не мог понять, как Зине удалось устроиться на «Полярную звезду». Конечно, ей помог Слава. Но кто указал ему на нее, когда они стояли в бухте? Кто раньше ходил со Славой в море?

— Вся команда.

— Но только трое перешли на «Полярную звезду» — Марчук, Павел и ты. Ты встретил его в доке.

— Этот папенькин сынок ходил на игрушечных корабликах. Только с помощью отца он смог попасть на настоящее судно.

— Перед Славой она изображала невинное дитя, поэтому никогда не приводила его к тебе домой.

Карп снял очки.

— И ты знал, что это был я?

— Я знал, что это человек, у которого были деньги, оружие и который занимался контрабандой наркотиков. — Аркадий говорил быстро, удивляясь, как хорошо адреналин помогает просчитывать варианты. — Единственный человек на «Полярной звезде», подходящий под это описание, — ты. Зина хорошо зарабатывала в «Золотом Роге», значит, соблазнить ее могло что-то более стоящее, чем рубли. На судне вы держались в стороне друг от друга, и ты говорил, что видел ее только в столовой. Но каждый раз, когда «Орел» подтягивал сети к «Полярной звезде», ты видел ее на корме. Еще до того, как она познакомилась с мужчинами с других судов, она уже ожидала на корме подхода «Орла». Она работала на тебя.

— Это точно, — с гордостью согласился Карп. — А ты не такой уж и глупый.

Аркадий прислушался, как американцы наверху скалывали молотками лед. Они с Карпом говорили тихо, как заговорщики, так что никто не подозревал об их присутствии на борту.

— Воловой все время боялся контрабанды, — сказал Аркадий. — Он был вынужден проверять каждый сверток, даже те, которые перебрасывали с советского судна на другие. Какой же у вас был условный сигнал?

— Стой спокойно, — улыбнулся Карп и закинул топор на плечо. — Держи руки так, чтобы я их видел.

— Единственное, что не мог проверить Воловой, так это сети, которые ходили вперед-назад между судами. Но как ты узнавал, что именно в этот раз там находится сверток, предназначенный тебе?

— Очень просто, — ответил Карп. — Ридли махал рукой, если в сетях было что-то, кроме рыбы, а если не было ничего, рукой махал Колетти. А я смотрел, где стоит Зина — у правого борта или у левого. Потом говорил людям на трапе, тщательно проверять сети или нет.

— И если да, то они находили привязанный на веревке водонепроницаемый сверток?

— Угадал. Павел отрезал его и прятал в спасательный жилет. А затем мы подавали сигнал Ридли, если сами посылали ему сверток. Зачем тебе это, Ренько? Тебе все равно не жить.

— Когда не беспокоишься об этом, то можешь много понять.

— Да, — согласился Карп, признавая, что в этом есть определенный смысл.

— И меня интересует Зина, — добавил Аркадий.

— Зиной интересовались многие мужчины, она была королевой. — Карп поднял голову, прислушиваясь к звуку молотков, доносившемуся сверху, потом опустил ее. Но Аркадий заметил, что краем глаза он напряженно следил за ним.

— А ты мог догнать меня, когда мы шли по льду? — спросил Аркадий.

— Смог бы, если бы захотел.

— Ты мог бы убить меня минуту, десять минут назад.

— Когда угодно.

— Значит, ты тоже хочешь знать, что случилось с Зиной?

— Я хочу знать, что ты имел в виду, когда прошлым вечером у трапа сказал, что Зину сбросили в воду.

— Это просто любопытство?

Карп стоял неподвижно, словно статуя; после длительной пары он сказал:

— Ну, начинай, товарищ следователь. Зина была на танцах…

— Зина ушла и флиртовала с Майком, но она не попрощалась с ним, когда он возвращался на «Орел», потому что за сорок пять минут до этого ушла на корму. Там ее видели Марчук, Лидия и Сьюзен. За тридцать минут до того как Майк вернулся на «Орел», Зину уже не видели на «Полярной звезде», а к тому времени, как он вернулся, она уже была мертва — Аркадий медленно вытащил из кармана куртки лист бумаги, развернул его и показал Карпу. Это была копия медицинской экспертизы. — Она была убита ударом в затылок, но тело не могло столько держаться на поверхности, а значит, ее прятали где-то здесь, на этом судне, причем тело находилось в согнутом состоянии в каком-то узком пространстве, и у нее остались следы от этого на боку. Вот я и пришел сюда, чтобы отыскать это место — какой-нибудь шкаф для одежды, ящик, бункер.

— Это просто клочок бумаги, — сказал Карп, возвращая ему копию медицинского заключения.

— Это место или здесь, или нет. Мне надо осмотреть другие каюты, — сказал Аркадий, но не подумал двинуться с места.

Карп задумчиво вертел топор за рукоятку, потом толчком распахнул дверь.

— Будем искать вместе.

Проходя через камбуз, Аркадий слышал, как молотки стучали вовсю, как будто американцы пытались пробить себе путь домой. Он почувствовал, как топор уперся ему в спину и по спине покатился пот.

Карп втолкнул его в каюту правого борта. Койка в каюте была застлана настоящим одеялом, на полке стояли книги по философии, электронике и дизельным двигателям. На переборке висела кобура и фотография мужчины, показывающего язык. Мужчина на фотографии был Эйнштейн.

— Ридли, — сказал Аркадий, отвечая на вопрос, заданный самому себе.

— Она исчезла с «Полярной звезды»… и что дальше? — потребовал Карп.

— Вспомни, что ты навел ее на Славу. — Аркадий говорил быстро.

В тумбочке у Ридли была аккуратно сложенная чистая одежда, кожаные браслеты и серебряные клипсы, его фотография на лыжах с двумя женщинами, которые чокались бокалами с вином с третьей женщиной, сборник индуистских молитв, игральные карты, электронные шахматы. Аркадий просмотрел колоду карт и рассыпал ее на кровати.

— Я хотел, чтобы она попала на «Полярную звезду», а у Буковского были связи. Что дальше?

— Ей нравилось посещать мужчин на их судах, а для такой сильной пловчихи, как она, не стоило большого труда переплыть на «Орел», когда он был на буксире у «Полярной звезды». Она просто спустилась по кормовому трапу, на голове у нее была купальная шапочка Мальцевой, а обувь и одежда лежали в черной пластиковой сумке, привязанной к запястью. Ее, пожалуй, даже не было видно от леера.