Мартин Скотт – Фракс и пляска смерти (страница 42)

Но больше всего мне хотелось пива. Единственными людьми без масок были официанты.

— Полагаю, что пива здесь не подают? — спросил я, презрительно оглядывая поднос, уставленный бокалами с дорогим вином.

— Думаю, вы сможете найти пиво в голубом шатре. Там его держат для музыкантов.

Не тратя больше времени на поиски Лисутариды, я поспешно двинулся к голубому шатру, где плавно двигались пары под полные достоинства звуки, исторгаемые небольшим оркестром. Официант дал мне отличный совет. Ни один профессиональный музыкант не будет играть всю ночь, заправляясь лишь коллекционным вином. Пиво там, естественно, было, и я отдал ему должное, подняв кружку в честь музыкантов. Ожидая очередную порцию, я наблюдал за танцующими. Они исполняли медленные и весьма сложные придворные танцы, которым их обучили танцмейстеры Турая. В свою бытность при дворе я тоже учился этому искусству, однако не могу сказать, что стал с ним на «ты». Мужчина в костюме уличного жонглера вел даму, наряженную монахиней. За ним по периметру площадки следовала толпа пиратов, уличных торговок, солдат, варваров и полный набор нимф, наяд и дриад. Судя по количеству танцоров в шатре и числу приличных людей у его входа, бал Лисутариды удался на славу. Однако мне все-таки следовало ее найти, Я заправился пивом, если можно так выразиться, про запас и вышел из шатра, намереваясь проникнуть в дом хозяйки бала. Неподалеку от синего шатра я снова столкнулся с уже знакомым мне официантом.

— Вы не видели Лисутариду? — спросил я у него. — Не знаете случайно, в каком она костюме?

Парень одарил меня презрительным взглядом и негодующе воскликнул:

— Неужели вы не знакомы с этикетом балов-маскарадов?

— Какой раздел этикета вы имеете в виду?

— Тот, где запрещается интересоваться, кто скрывается под маской, — ответил он. — Это считается чрезвычайно дурным тоном.

Залившись краской стыда, я направился к дому Лисутариды, но почти сразу увидел шагающего мне навстречу заместителя консула Цицерия. На Цицерии была его обычная тога и небольшая маска. Узнать заместителя консула не составляло никакого труда. Если он увидит меня в маске Цицерия, неприятностей не миновать. Я нырнул в кусты и оказался лицом к лицу с крупным мужчиной в костюме снежного пикси.

— Я самый богатый человек в мире, — объявил он.

— Очень рад за вас.

Снежный пикси вдруг обмяк и свалился на траву. Я присел рядом с ним и увидел, что он мертв. Еще одна жертва камня? Это невозможно! Камень надежно спрятан в моей сумке. Я снял с покойника маску. Этого человека я не знал. Обычный сенатор, всю жизнь мечтавший стать самым богатым человеком в мире. Под моим коленом находился какой-то твердый предмет. Оказалось, что это уже знакомый мне кулон. Пропавший кулон. Я открыл маленькую сумку, которую закрепил под тогой. Кулон оказался на месте. Теперь у меня было уже две пропавшие подвески. Но кулон существовал в единственном экземпляре. В этом никто не сомневался. Я бросил находку в сумку и продолжил путь к дому. Когда я приблизился к двери, мимо меня прорысил единорог. Публика разразилась аплодисментами, решив, что это часть развлекательной программы.

За дверями всех гостей встречала прислуга, чтобы провести через дом в сад. На второй этаж в личные апартаменты волшебницы не позволяли подниматься никому. Я дождался удачного момента и проскользнул мимо двух стражей к юноше в красной тунике.

— Сугубо личное дело, — шепнул я ему. — Отвернись.

Он отвернулся, и я помчался вверх по ступеням. С домом я был знаком и знал, что если Лисутарида не вышла к гостям, то она все еще в своих покоях торчит перед зеркалом или курит фазис. Апартаменты главы Гильдии чародеев располагались в дальней части дома. В коридоре появилась Макри в своих оркских доспехах. Она уверенно шагала, не обращая на меня никакого внимания.

— Макри...

Никакой реакции.

— Ну и катись к дьяволу! — крикнул я ей вслед.

Наверное, она продолжала злиться на меня за то, что я проник на бал.

Я нашел салон хозяйки бала и без стука сунулся в дверь.

— Лисутарида, у нас возникли серьезные проблемы.

Волшебница сидела перед зеркалом, а стилист занимался укладкой ее волос. Неподалеку от нее на кушетке восседал консул Калий. Он был в костюме пирата, однако маску с лица снял. У окна стояла Макри.

— Какие проблемы? — поднимаясь с кушетки, поинтересовался консул.

— У музыкантов закончилось пиво.

Консул расхохотался и поздравил меня с удачной маской. Макри (которая не должна была здесь находиться) смотрела на меня с удивлением, а Лисутарида явно рассердилась.

— Кто вы? — спросила она.

Я не мог назвать себя, пока Калий находился в салоне.

— Этикет не позволяет раскрыть мне свое имя, — нашелся я.

— Убирайтесь к дьяволу из моей комнаты, пока я не приказала слугам вас вышвырнуть! — заявила Лисутарида.

На ней был прекрасный наряд, украшенный парой крыльев. Насколько я понял, чародейка изображала Ангела Южного Урагана.

— Но музыканты действительно нуждаются в пиве. А заместитель консула Цицерий повсюду разыскивает консула Калия по какому-то очень важному делу.

Лисутарида наконец узнала мой голос и встревожилась. Она повернулась к консулу:

— Если вам надо удалиться...

Калий, не дав ей закончить, улыбнулся. Он совсем не был похож на человека, который мог только что обвинять главу Гильдии чародеев в измене городу. Консул просто лучился счастьем.

— Я со всем разберусь, — сказал он, — а вы продолжайте готовиться к большому выходу. Так вы говорите, что музыканты желают пива? Не сомневаюсь, что смогу решить эту проблему. А Цицерий хочет меня увидеть? Не сомневаюсь, что по делам государственной важности. Заместитель консула всегда — даже в разгар веселья — думает прежде всего о своих обязанностях.

Консул отвесил формальный поклон Лисутариде и удалился.

— Консул, похоже, счастлив, — сказал я, снимая маску.

— Что тебе здесь понадобилось? — спросила Лисутарида.

— Он никак не переживет, что его не пригласили, — сказала Макри, — и поэтому ведет себя как ребенок. Совсем как принцесса эльфов в одной из легенд.

— Какая еще легенда?

— Легенда называется «О принцессе эльфов, которая вела себя словно дитя».

— Нет такой легенды.

— А вот и есть. Я переводила ее в прошлом году.

— Неужели это действительно так? Ты осмелился вторгнуться в мой дом назло нам всем?

— Назло вам, идиотам?! — взревел я. — Разве ты забыла, что пригласила меня тебе помочь? Найти для тебя фантастически важный предмет, именуемый кулоном.

— Но я уже нашла его, — возразила Лисутарида. — И только что показала консулу. Ты же видел, как он был рад.

— Что же, возможно, он радовался бы меньше, если бы увидел и это, — сказал я, извлекая из сумки два кулона.

— Явная подделка, — едва взглянув на камни, заявила Лисутарида.

— Ты так думаешь? В кустах валяется мертвец, который с тобой не согласен. Взгляни-ка получше.

Лисутарида взяла один из кулонов и вонзила в него взгляд. После этого она довольно хмуро изучила второй камень. Затем Властительница Небес положила мои подвески на бюро, выдвинула ящик и извлекла из него третий камень.

— Они все подлинные.

— Но ты никогда мне не говорила, что их будет три, — заметил я.

— Трех кулонов не существует! Есть только один. Тем не менее все эти камни подлинные.

— В таком случае мы столкнулись с еще одной тайной, — усаживаясь на кушетку, сказал я. — Но это по крайней мере объясняет, почему жители Турая продолжают сталкиваться с единорогами даже после того, как я нашел камень. Город просто завален магическими кулонами.

— Ты сказал, что в моем саду лежит покойник?

— Да. Не беспокойся, он хорошо спрятан в кустах. Но надо готовиться к худшему. Магические явления не прекращаются, а я знаю еще ряд людей, которые заявляют, что кулон у них. Одному богу известно, сколько камней находится в городе. А ведь каждый из них таит в себе смерть! Если все они окажутся в одном месте, твой бал-маскарад запомнят на века.

Послышался деликатный стук, и в комнату вошла горничная.

— Кентавры разрушают зеленый шатер, мисс, — сказала она.

Лисутарида посмотрела на Макри.

— Я займусь этим, — сказала моя подруга, надевая шлем.

— А ты полагаешь, что должен остаться? — спросила Лисутарида.

— Нам надо кое-что обсудить. Меня интересует, например, откуда такое изобилие кулонов и что нам следует предпринять.

— Но я действительно не могу заниматься этим во время бала, — запротестовала Лисутарида. — Настало время моего выхода.

— Неужели ты не понимаешь, что там вот-вот произойдет? Кентавры поедают твой шатер, а ото означает, что их породил другой кулон. Каждый из тех, кто находится в парке, может умереть, если найдет кулон и на него посмотрит. А если над одним из шатров возникнет огненное видение, то начнется паника, в которой погибнет не один человек. Не забывай также, что тебя обещал навестить Хорм Мертвец. А значит, мы не можем исключать возможности появления Гликсия Драконоборца. Сарина Беспощадная также пытается продать кулон. Повторяю: этот бал может запомниться тем, что все его участники откинут копыта.