Мартин Эбон – Светлана, дочь Сталина. Судьба Светланы Аллилуевой, скрытая за сенсационными газетными заголовками (страница 10)
Тела выдающихся советских граждан обычно кремируют. Однако Сталин распорядился захоронить Надежду на старом кладбище московского Новодевичьего монастыря, где похоронены первая жена Петра Великого и многие известные персонажи русской истории. Тело Надежды, положенное в гроб и украшенное цветами, было выставлено для торжественного прощания, которое продолжалось в течение двух дней. 11 ноября траурная процессия направилась в сторону кладбища, которое располагалось на расстоянии семи километров от Красной площади. Сталин отдал секретное распоряжение, сказав при этом, что намерен пройти весь путь до Новодевичьего, следуя за черно-серебристым катафалком. Однако через десять минут он передумал и приказал своему телохранителю Паукеру отвезти его на кладбище на машине. На могиле Надежды был установлен прекрасный памятник из белого мрамора: четырехгранную колонну венчает вырубленная из камня голова юной девушки.
Советские писатели направили Сталину послание с соболезнованием, а Борис Пастернак обратился к нему с письмом лично. Он описал свои чувства после новости о смерти Надежды: «словно я сам присутствовал при ее кончине, как будто я сам прошел через это и все видел».
Выраженное Сталиным соболезнование было столь же безличным, как и официальное сообщение о смерти Аллилуевой.
«Я выражаю свою сердечную благодарность всем организациям, институтам, товарищам и тем, кто выразил свое соболезнование по случаю кончины моего близкого друга и товарища Надежды Сергеевны Аллилуевой-Сталиной.
Когда он поехал отдыхать в Сочи спустя несколько месяцев, с ним была только семилетняя девочка, которая напоминала ему о той интимной связи, которую однажды он имел с Надеждой.
После краткого сообщения о смерти, появившегося 10 ноября, иностранные корреспонденты стали задавать вопросы советским официальным лицам. Корреспондент венской газеты «Нойе Фрайе Прессе» обратился с вопросом к представителю Комиссариата иностранных дел о причине смерти Надежды. Разговор проходил таким образом:
«От чего умерла госпожа Аллилуева?»
«Это не имеет особого значения».
«Но на самом деле, от чего?»
«Ну что же, если вам это так необходимо знать, она умерла от острого аппендицита».
«Это довольно странно – люди редко умирают в наши дни от аппендицита».
«Это было именно так. Она не задумывалась об операции, а потом было уже поздно».
«Ассошиэйтед Пресс сообщало из Москвы 13 ноября, что в столице распространились „слухи“, что причиной Надиной смерти был перитонит, вызванный аппендицитом, но все официальные источники хранят молчание о причине ее смерти и отказываются объяснить, почему это необходимо держать в секрете».
Несмотря на все усилия властей, правду было невозможно скрыть. Десятки людей посетили вечерний прием у Ворошилова и видели, как Надежда встала из-за стола и поторопилась уехать домой, когда Сталин оскорбил ее. История не выносит своего суждения по таким личным поступкам, как самоубийство. Однако противоречие между юношескими надеждами Надежды Аллилуевой и суровой реальностью тринадцатилетнего супружества со Сталиным, казалось, реально могло разрешиться только самоубийством.
Конечно, можно сказать, что Сталин довел Надежду до самоубийства. Следует также отметить, что в его характере было сваливать свою вину на окружающих его людей, рассматривать ее смерть как действие, направленное против него, и в этом видеть доказательство необходимости проведения широких чисток.
Тени многих погибших преследуют Светлану, но самую большую тень отбрасывает смерть ее матери. Когда она была еще ребенком, русский дипломат и известный военный деятель Александр Бармин совершил побег в мир свободы, точно так же поступила Светлана тридцать лет спустя. В разговоре с автором данной книги, подчеркивая почти детскую веру Надежды Аллилуевой, в ее первоначальном религиозном смысле, в коммунизм, Бармин сказал:
«Эта женщина имела чистые помыслы. В глубине своей души она ощущала необходимость сделать хоть что-то, что могло остановить зло, исходящее от этого человека. Она знала о нем, хотя и не во всех подробностях, но ей была открыта страшная сущность его поступков. И поэтому подобный символический жест, напоминающий жест Христа, означал, что она жертвует своей жизнью, искупая грехи другого человека. Это было ее последнее усилие уничтожить то, что не могло быть уничтожено. Она бросила свою жизнь на чашу весов, чтобы уравновесить все иные жизни».
В своих духовных поисках Светлана, должно быть, смогла понять значение самоубийства своей матери.
Глава 5. Маленькая девочка в Кремле
Ей исполнилось семь лет, когда ее мать покончила с собой. Девочку отправили на какое-то время к бабушке, жившей на юге, в грузинском Гори. По возвращении Светлана жила с Иосифом Сталиным, это были годы становления ее личности.
Кремль – это город площадью 27,5 гектара в городе Москве. Он был построен правителями Московии как крепость. Мать Светланы часто жаловалась, что сами стены Кремля символизируют изоляцию советских властителей от народа, которым они управляли. Кремль, с населявшей его правящей элитой, являл собой образец, который повторялся, но в меньших масштабах, в организации советских и китайских посольств за рубежом. Они тоже представляли собой небольшие крепости и стремились быть самодостаточными, насколько это было возможно, как в социальном, так и в любом ином аспекте. «Кремль» в русском языке означает «цитадель».
Каждому, кто въезжал на территорию Кремля через Боровицкие ворота, сразу же открывался вид на невзрачное трехэтажное здание Кавалерского корпуса. Здесь, во время своего правления, Иосиф Сталин имел скромную квартиру. Поднявшись по лестнице, надо было свернуть в довольно узкий и темный коридор, одна из дверей которого вела в частные апартаменты Сталина. В прихожей, где сидели в ожидании приема посетители, всегда висела длинная серая шинель, в которой на протяжении многих лет Сталин появлялся на публике. Всю столовую занимал большой обеденный стол. Другим громоздким предметом мебели была кушетка, на которой сыновья Сталина Яков (сын от первого брака) и Василий обычно спали во время редких посещений отца. У Светланы была собственная спальня, в ней она выросла и стала женщиной, которая управляла хозяйством отца.
Черчилль, посетивший в 1942 году Сталина, говорит о четырехкомнатной квартире. К ней же относился кабинет Сталина с большой библиотекой. Одно время его рабочий стол украшали два фото в рамках – Ленина, читающего газету «Правда», и двух близких женщин: его любимой матери Кеке и дочери Светланы. На стене был повешен плакат, унаследованный от Ленина, с цитатой из Данте:
По соображениям безопасности пищу Сталина исследовали с помощью химического анализа на предмет возможного наличия яда. Все продукты поступали из центрального кремлевского ресторана, находившегося под наблюдением НКВД. Работница на кухне Александра обучила Светлану основным приемам кулинарного искусства, но вряд ли обе женщины были самостоятельны в приготовлении различных блюд, и их обескураживали постоянные проверки.
В те счастливые пять лет в Кремле с 1932 по 1937 год Светлана видела своего отца в разном настроении. Он любил называть ее своей «маленькой домохозяйкой», и он был рад, когда, возвращаясь днем в квартиру на обед, слышал ее обращение к нему «папочка». То, что Василий, повзрослев, называл «тюремным существованием», для Светланы, «маленькой женщины», было уютным домом, в который Сталин возвращался со смешанными чувствами отчужденности и отеческой любви. Его волосы и усы были иссиня-черными. Запах его любимого трубочного табака, выращенного в Грузии, был знаком и приятен его дочери. Простая одежда военного покроя должна была подчеркивать его аскетизм.
Находясь в деревне и в Сочи, Светлана могла наблюдать, как ее отец играл на бильярде или в некую разновидность боулинга. В жаркие дни Сталин обычно завязывал на голове носовой платок, чтобы защититься от солнца. Его вкусы были простыми. Сервировались различные грузинские блюда и вина, и часто Светлана обедала с отцом. В те годы жизнь протекала для нее счастливо.
Сталин проявлял постоянную нежность и преданность своей дочери, особенно непосредственно после смерти Надежды. В ответ Светлана, несомненно, любила отца и чувствовала уважение к нему. Так продолжалось в течение 30-х годов вплоть до войны, пока она не вышла замуж за Григория Морозова. Тогда в семейных отношениях возникла трещина. В то время как Сталин вне кремлевских стен проводил политику безжалостных чисток, сотрясавших Советский Союз, маленькая девочка в Кремле жила в атмосфере теплоты и привязанности, в изоляции от внешнего мира, где господствовал террор.
Жизнь девочки протекала без тревог и забот; она пребывала в счастливом неведении о ее особом положении в мире и о той ненависти, с которой множество жителей СССР и мира относилось к ее отцу. Она ходила в среднюю школу вместе с братом Василием. Частные преподаватели готовили ее для поступления в МГУ.
Светлана рано начала интересоваться историей, музыкой и искусством. Литература стала ее жизненным призванием, она привлекала ее все больше по мере того, как она изучала все больше иностранных языков. Несомненно, те часы, что Сталин проводил со своей дочерью в Кремле и во время отпуска в Сочи на Черном море, доставляли ему большое удовольствие. Он читал или, вернее, рассказывал ей древние легенды и истории, например, о Тариэле, грузинском герое поэмы «Витязь в тигровой шкуре». Желая проводить с отцом больше времени, Светлана выучилась играть в шахматы, но не смогла стать его достойным противником.