18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Марта Веснова – Развод. Новая жизнь под старой крышей (страница 1)

18

Марта Веснова

Развод. Новая жизнь под старой крышей

Аннотация

– Хватит истерить, у меня никого нет!

Муж твердил мне о своей верности полгода. А потом притащил мою лучшую подругу в нашу постель.

Я оставила городскую жизнь и уехала копать грядки в деревню. Решила превратиться в бабушку в двадцать пять и посвятить жизнь сорока кошкам.

Но у моего нового соседа оказались другие планы.

Глава 1

– Ты уверена, что это хорошее решение?

Мама скептически рассматривала старенький деревянный домик. Папа, пыхтя, переносил из багажника на порог мои последние вещи.

– Конечно, мамуль, – бодро выдала я.

За минувший месяц я научилась ослепительно улыбаться так, что никто не подозревал о моём притворстве.

Ровно месяц назад я застукала мужа за изменой.

Честно говоря, какая-то часть меня была даже рада увидеть его голышом с моей лучшей подругой прямо в нашей постели.

Полгода до этого я верно сходила с ума, умирала от тревоги и подозрений, стала нервной и раздражительной. Доказательств неверности мужа у меня не было, лишь интуиция, а Костя... ох.

Костя называл меня истеричкой, обвинял в ложном недоверии, угрожал, что он уйдёт от меня, если я не перестану доставать его с расспросами.

Это был просто какой-то ад.

Он стал задерживаться на работе, почти перестал звонить мне из автосалона, в котором работал консультантом, сменил парфюм, причёску, потом стиль одежды. Каждый день начал принимать душ. Стал переворачивать телефон экраном вниз, сменил пароль.

Мелочи, мелочи, мелочи.

Сначала я говорила себе, что просто придумываю. Потом попыталась аккуратно глянуть его переписки, контакты, хоть что-то. Затем не выдержала и спросила в лоб.

«Тебе заняться больше нечем?!» – психанул он тогда и закатил мне скандал с обвинениями в недоверии. В конце даже умудрился перевернуть всё так, что уже он обвинял меня в измене, потому что «на ровном месте ты такое не придумала бы, значит, сама нагрешила».

Он клялся в верности, а меня мотало от мешающих жить подозрений до самобичевания.

Я даже к психологу записалась и накупила себе успокоительного чая. Психолог предположила, что мои тревоги из-за работы из дома. Мол я заперта в четырёх стенах и схожу с ума.

По её совету я стала каждый день гулять по нашему спальному району, потом раз в неделю ходить в кофейню, а потом решила исполнить давнюю мечту и записалась на танцы в студии неподалёку.

Вот с танцев я и возвращалась, когда услышала из спальни странные звуки.

Я тогда сразу поняла, что случилось. Сразу. Я просто чувствовала и всегда знала, что мои подозрения не беспочвенны.

Чтобы не врать самой себе и не делать вид, что мне всё привиделось, я пошла в спальню. Тихонько открыла дверь, встала на пороге и всё увидела.

Это была Анфиса, одна из моих близких подруг. Она частенько заходила к нам в гости, иногда оставалась с ночёвкой, мы уже несколько лет в июле ездили на дачу к её родителям, отдохнуть недельку на природе.

Ей я рассказывала о своих тревогах и подозрениях в изменах Кости. Она уверяла меня в его верности и любви.

Предательство оказалось двойным.

Стоя на пороге нашей спальни, я чувствовала себя опплёванной и униженной. Я никогда в жизни не чувствовала такого унижения, как в тот момент.

Хотелось просто уйти и не видеть всего этого, но тогда Костя опять начал бы выкручиваться и обвинять меня в безумии.

И я заставила себя подавить все эмоции, сделать вид, что мне всё равно, и громко сказала:

– Мои танцы до пяти, вам стоило лучше рассчитывать время.

Анфиса взвизгнула от неожиданности, Костя дёрнулся, выругался и повернулся ко мне, торопливо пряча любовницу под одеялом.

Дальше всё было банально и не менее мерзко. «Это случайность», «ошибка», «всё не так», «послушай»...

Мне хотелось уйти из этого грязного места, а Костя заступил дорогу, успев натянуть штаны, крепко сжимал пальцами мои плечи и без конца тараторил что-то про ошибку, помутнение и шанс всё исправить.

Я не слушала его. Всё, о чём я могла думать – его мерзкие пальцы на моих плечах. Костя был физически сильнее, он не выпускал меня.

Он поверил моему вранью о том, что мне нужно побыть одной и всё осознать.

Костя вышвырнул из квартиры молчащую Анфису и вышел сам.

А когда вернулся через три часа с громадных букетом роз, золотыми серёжками и плюшевым медведем в половину меня, я молча показала ему уже отправленную на рассмотрение электронную заявку на развод.

Он был в такой ярости, что я серьёзно опасалась за свою жизнь. Костя страшно орал, разгромил всю кухню, перебил посуду, сломал мебель. Сколько всего он мне наговорил...

Наверно, его особенно бесило, что я не участвовала в этом скандале. Я просто сидела на кухонном диване, прижав колени к груди, и молча безразлично смотрела на мужа.

Всё закончилось тем, что пришли соседи сначала с расспросами, а потом и с угрозой вызвать полицию.

Костя напоследок обозвал меня тупой проституткой, пообещал, что я без него сдохну, похватал какие-то вещи и ушёл из квартиры, громыхнув дверью.

И вот тогда я заплакала. Тихо, горько, устало.

Полгода я сходила с ума, я себя серьёзно безумной начала считать, пока он мне лапшу на уши вешал и клялся в вечной любви и преданности. Он врал всё это время! Он врал прямо мне в глаза и изменял всё это время!

Я знаю. Такие вещи чувствуешь. Ты просто знаешь.

Эта квартира принадлежала матери Кости, так что я не могла в ней остаться. Да и не хотела после того, как он имел на кровати мою же подругу.

Той же ночью я написала Даше. Мы втроём с начальной школы были лучшими подругами, так что на мои новости Даша отреагировала откровенным шоком. Случившееся стало ударом и для неё.

Утром, так за ночь и не сомкнув глаз, я позвонила и обо всём рассказала маме. Как же она ругалась на Костю!

Днём мои младшие сёстры Роза и Азалия пришли помогать собирать вещи. Я в это время смоталась на другой конец города и сняла дешёвую квартиру. Вечером папа с мамой помогли перевезти всё в новый дом.

Тогда же, оставшись одна в чужом доме, я поняла, что не хочу так здесь и жить.

Глава 2

Костя согласился на развод, видимо, надеялся, что я испугаюсь, одумаюсь и стану умолять его вернуться.

А вот моё требование продать его машину и поделить деньги ему не понравилось совершенно. Он твердил, что машина его, потому что он на ней ездил, но мой адвокат без труда взял из банка выписку о том, что половину стоимости автомобиля Косте перечислила я.

Не знаю, что сказал Косте его собственный адвокат, но муж психанул и пошёл на мировую. Наверно, побоялся, что я ещё и за ремонт в квартире предъявлю и заставлю и её поделить.

Деньги он мне перечислил с сухой припиской «Твоя половина за машину», а уже не в банковском приложении прислал ядовитое «Подавись, тварь».

Целый месяц я плакала и работала. Работа в целом осталась мне единственным утешением, к тому же, я торопилась кое-что сделать.

Дело в том, что мой папа – это второй муж моей мамы. От первого у неё не было детей, зато была мощная психологическая травма. Она всего не рассказывала, я знаю лишь, что он выставил её на улицу без денег и вещей и ей очень туго пришлось.

Поэтому мама с детства вбивала в нас железное правило: какой бы сильной ни была любовь к мужчине, ты обязана быть финансово независимой.

Поэтому я работала, хотя Костя постоянно твердил, что мне лучше заниматься домом и заботой о муже. И поэтому у меня был исключительно мой денежный счёт, на который я переводила часть денег с каждого своего проекта.

Я работала из дома коммерческим иллюстратором. Начиналось всё с небольшого офиса, потом меня перевели на удалёнку, а потом я завела небольшой блог и стала независимым цифровым художником.

В основном у меня заказывали иллюстрации для компьютерных игр и печатных книг, нередко логотипы и обложки для видеоблогов.

Вот так и вышло, что я сложила свои накопления, полученные с продажи машины деньги, раньше срока закончила несколько самых прибыльных проектов, получила предоплату за новые и смогла осуществить свою заветную мечту – я купила дом.

Деревянный, зато крепкий, двухэтажный, почти даже большой. Одной мне этого пространства точно будет выше крыши хватать. А ещё вокруг раскинулось целых двенадцать соток, а цветущий сад был ещё одной моей заветной мечтой.