Марта Вебер – Семья для босса - Марта Вебер (страница 28)
— Кать, открой пожалуйста. Нам надо поговорить.
— О чём? Я, кажется, послала тебе сегодня своего представителя с полной доверенностью. Разговаривать можешь с ним. У меня с тобой больше общих тем для разговора нет.
— Катя. Я тебя люблю. Больше жизни. Слышишь? Кать…
Я замерла в шоке, прислонившись к двери. Он впервые говорил мне такие слова. Но почему сейчас, когда сам же меня прогнал? Что поменялось, что вдруг от «устал» он дошёл до «люблю»?
— Любишь? — Резко распахнула я дверь, нахмурившись. — Да ты никого не любишь, кроме себя. Разве тот, кто любит, заставит человека в одночасье отказаться от всего, что ему дорого? Разве будет заставлять страдать? Так что не надо мне тут рассказывать сказки. Я не знаю, что за новую игру ты затеял, Вова, но я в них больше играть не хочу. Наигралась уже до тошноты.
— Я знаю, что ты имеешь полное право сейчас так говорить. И я полностью признаю, что был не прав, и причинил тебе боль. Но, я сделал это лишь потому, что хотел защитить тебя и Елисея.
— От кого? Самого себя? — Усмехнулась я.
— Нет. От Тимофея. — Неожиданно выдал он, и я растерялась. Потому что никак не ожидала снова услышать имя бывшего от него, да ещё и в этом разговоре.
— При чём тут вообще Тимофей? Что за бред? Зачем кому-то защищать меня и Елисея от парня-программиста?
— Я обязательно тебе всё-всё расскажу, и постараюсь сделать так, чтобы ты точно поверила, и поняла мои мотивы. Но пока для меня важно, чтобы ты просто сказала мне, что сможешь выслушать, и что мои чувства хоть чуть-чуть взаимны. Дай мне ещё один шанс. Прошу. Потому что эти два дня я словно не жил, просто существовал. Я уже скучаю по тебе, и Елисей скучает. Я думал, что смогу жить, просто зная, что с тобой всё хорошо. Но без тебя ничего не имеет смысла. Я хочу, чтобы у меня снова была семья. Была жена. Чтобы ты была рядом. Кто-то впервые влюбляется в пять, а я вот, в сорок. Зато, похоже, раз и навсегда.
Он смотрел мне прямо в глаза, и протянул руку перед собой, словно ему нестерпимо хотелось дотронуться до меня, но я отпрянула.
— Вов, ты понимаешь, что ты сделал? Ты выгнал меня, сказал, что устал. Как сейчас ты предлагаешь мне тебе довериться? Я не маленькая, чтобы меня на качелях качать, даже эмоциональных. А завтра ты снова устанешь. Мне что, туда-сюда бегать?
— На самом деле я не чувствовал того, о чём говорил. Мне наоборот с каждым днём хотелось проводить с тобой ещё больше времени. Катя, ты знаешь меня лучше, чем кто бы то ни был. И ты в курсе, что я человек постоянный.
— Но не в отношениях.
— Только не с тобой. С тобой всё по-другому. Ты первая, кто забралась так глубоко, что я уже и не понимаю, где заканчиваюсь я, и начинаешься ты.
— Ты меня сломал, Вова. И я не знаю, как теперь кому-то вообще верить. Боюсь, что этот страх будет преследовать меня всю жизнь. Что кто-то снова сможет сделать мне вот так больно.
— Я клянусь, что каждый день готов показывать тебе, что ты для меня значишь. Прошу только о ещё одном шансе. Пожалуйста. Если не ради меня, то, может, хотя бы ради Елисея? Он ведь тебя тоже любит. Мы оба любим. Так сильно, что я и не думал, что так бывает.
При словах о Елисее слёзы было сдерживать уже сложно. Они катились по моим щекам, и я ничего не могла с собой поделать.
— Кать… — Глаза Вовы были полны боли и мольбы.
— Ну, только если ради Елисея… — Чуть улыбнулась я, но тут же обратно спрятала улыбку.
А Вова чуть прикрыл глаза, схватил меня за руку, и резким рывком затащил в свои объятия.
— Теперь навсегда. Слышишь? Мы вместе навсегда. Нас никто и ничто не разлучит. Моя семья, самое главное в моей жизни. Я вас не подведу.
45 глава
— Мне кажется, ты меня немного не понял… — Отодвинулась я от Вовы. — Я хочу вернуться не к тебе, а к Елисею.
Лицо Вовы надо было видеть. Какой шок и непонимание на нём отразились.
— Но мы же с Елисеем живём вместе. И мы семья…
— Были. Пока ты не пришёл и не заявил, что устал, и всё закончено. Мне было больно, Вова. Настолько, что внутри, кажется, всё перегорело. И нужно время, чтобы восстановиться. Я не могу тут же броситься к тебе обратно в объятия, ещё не готова. Но готова вернуться к Елисею. Потому что я его и правда полюбила всем сердцем, как родного.
— Что же тогда… Я и правда не понимаю. Ты вернёшься?
— С одним условием.
— Каким? Всё что угодно. — Тут же приободрился он, расправив плечи.
— Мы с тобой официально разведёмся. Как ты и хотел. Я буду жить в гостевой спальне, как было тогда, когда я только переехала. Хочу вернуться только к Елисею.
— Зачем разводиться? Давай просто пока поставим на паузу. Хочешь, спи в гостевой спальне, если так тебе будет угодно, но…
— Это моё условие. Иначе я не вернусь. Я стану свободной девушкой. Хочешь снова быть со мной? Ухаживай, делай все те же вещи, как и другие парни, которых у нас с тобой никогда не было. Но, возможно, я вообще захочу встречаться с кем-то другим.
— Каким ещё другим? — Зарычал Вова, начав двигаться на меня. Его лицо преобразилось вмиг из изумлённого до абсолютно гневного. — Ты моя жена. МОЯ! Никаких других.
— Посмотрим. Вернусь, как только получу документы на развод. Со свадьбой же ты смог как-то быстро провернуть. Думаю, и с разводом проблем не возникнет.
Наверное, на какой-то эйфории и подъеме, а, может, благодаря абсолютному замешательству Вовы, мне удалось выставить его за дверь. Цветы при этом забрала. Не пропадать же было добру.
На душе было удивительно хорошо… Он пришёл за мной. Не хотел, чтобы я уходила, признался в любви. Теперь был мой ход. И я не собиралась сдаваться быстро. В планах было немного помучить Вову, чтобы подобное больше ему даже в голову не приходило.
Но, через минут тридцать, когда первая волна эйфории спала, я подумала, а не переборщила ли я? Я же не знала, что там стряслось полностью. Поняла только что-то про Тимофея. И внутри даже стала нарастать паника: вдруг он ничего не станет делать? Подумает, что всё это для него лишняя морока…
Когда я уже почти накрутила себя до предела, и готова была сама ехать к Вове, чтобы сказать, что просто готова хотя бы быть с Елисеем вместе, мне пришло сообщение.
Вова: «Завтра в восемь у ЗАГСа. Приходи сразу с вещами. Больше я тебя не отпущу.»
Не отпустит. Это хорошо. Значит, он был согласен на всё… Ну, что ж. Похоже, моя шалость удалась.
У вас бывало такое, что мама в детстве испекла торт, и убрала его в холодильник пропитываться, строго-настрого приказав всем в семье даже не дотрагиваться до этого кулинарного произведения.
И вот, вы открывали холодильник, видели торт, а всё, что могли — это просто облизываться, и не более. Плюс дома ещё и обитали брат, отец, и вы были вообще не уверены, что они, в отличие от вас сдержат наказ мамы, и не съедят весь торт, пока вы будете спать.
В таких ужасных условиях я провёл целый месяц.
Катя ко мне вернулась. Точнее, к Елисею, и ко мне домой. Вот только мы теперь были официально разведены, она спала в гостевой спальне, и не подпускала меня к себе и на пушечный выстрел.
На работу она не вернулась. Что-то предпринимала по открытию собственного дела, я не вникал, не до того было. Все мои мысли были заняты лишь тем, как её вернуть.
Теперь главный страх моей жизни был в том, что она решит, что без меня ей лучше, и вообще никогда не вернётся ко мне, в качестве моей женщины. Или, что ещё хуже, не только не вернётся, но и найдёт себе кого-то другого.
Мне казалось, что я бы этого не пережил. Наверное, пришлось бы убить её избранника, и сесть на много лет. Но это было бы проще, чем наблюдать за её счастьем с другим.
Даже месть Тимофею, из-за которого вся эта каша и заварилась, не приносила мне удовольствия. Я поговорил с его отцом, объяснил ситуацию, предложил взаимовыгодное сотрудничество, и тот быстро «объяснил» сыну, что угрожать его положением, если сам особого ничего не достиг, не стоит.
Но Катю ведь это не возвращало…
Что я только не пытался сделать. Каждый день спешил с работы с цветами. Пытался создать условия, чтобы мы оказывались с Катей вдвоём, но она усиленно их избегала. Хотел пробраться в гостевую спальню ночью, но Катя поставила замок на свою дверь. Просто возмутительно!
Силы были на исходе. Я смотрел на неё, как изголодавшийся волк. Ревновал к каждому столбу, даже к продавцу в магазине, ведь мне казалось, если она была без кольца и штампа в паспорте, все хотели тут же её захомутать. И мне это капец как не нравилось.
Так что решил рисковать. Действовать напролом.
Я знал, что Катя собралась с Елисеем в игровую в субботу, и нарочно сослался на какие-то дела, и то, что не смогу пойти с ними. Хотя, до этого не упускал такой возможности побыть всем вместе ни разу.
Меня передёрнуло. Это был первый раз, когда он с нами не пошёл. Может, всё же устал?
Я, если честно, уже давно простила. То, как он на меня смотрел, цветы, подарки, постоянные желания касаться меня, ревность к каждому столбу… Я видела, что чувства были искренние. Но мне так нравилось быть той, кого добивались. Со мной такого ещё ни разу в жизни не было.
Наверное, стоило уже как-то намекнуть Вове, что я не против попробовать всё заново. Тем более, что, когда он меня случайно касался, меня уже саму всю начинало потряхивать от желания к нему прикоснуться, утонуть в знакомых и родных объятиях.