Марта Вебер – Секретарь по наследству (страница 33)
- Я тебе говорил держать свои руки от неё подальше! Ты хоть раз можешь меня послушать? Господи, у тебя же ещё и ребёнок может будет…
- А ты хоть раз можешь меня поддержать, а не читать нотации? И чем я так плох для твоей Миры?
- А чем хорош?
- Ну, для девушки без денег, больших перспектив в работе, и прочим, как будто бы много чем. А чем она так хороша для меня, что родной отец против того, чтобы я был с девушкой, причем защищая при этом её? Да я мог бы быть её счастливым билетом! И я не понимаю, какого чёрта вы оба даже не думаете об этом.
- Выметайся. – Строго сказал Сергей Аркадьевич.
52 глава
Входная дверь хлопнула, а я даже не могла сказать, как чувствовала себя в этот момент. Хотя нет, почему же не могла? Словно помоями облитая.
Самое смешное, Александр Сергеевич ведь правду констатировал. Кто я была? Да никто по сути. Единственная гордость – квартира в Москве. И то, для таких людей, как он это было вообще ни о чём.
Но меня коробило не то, что меня «ткнули» лицом в правду, это всё я про себя и так знала. А то, что сторона, которую рассматривал босс, была исключительно меркантильной. Деньги, перспективы…
А как же душа? Как же человек? Как характер?
Неужели всё это было для него пустым звуком?
Слёз не было. Я вообще сегодня, несмотря на обилие «новостей» была на удивление спокойна. Просто делала выводы. А поплакать я всегда успею.
Шаги, направляющиеся в мою сторону, будто вырвали меня из транса, и я вскочила на ноги.
- Серёженька, я не успела сказать, вы так кричали… - Послышался голос Марины в коридоре, - К тебе Мира пришла, ждёт в гостиной.
- Что? – прохрипел бывший босс. – Но там же нет нико… - Он не успел договорить, когда я вышла из-за стены. Сергей Аркадьевич сжал зубы, смотря на меня. Я не понимала, он сердился, или что? Может, мне всё-таки стоило обозначить своё присутствие? Получалось, будто бы я подслушала чужой разговор.
- Здравствуйте, Сергей Аркадьевич. Простите, что так получилось. Я не собиралась прятаться, просто села в это кресло у стены, и не успела предупредить вас, что я тут.
- Здравствуй, Мира. – Наконец-то отмер он, покачав головой. – Марина, можно нам чаю, пожалуйста. Я бы, конечно, что-то покрепче предпочел. Но это дурацкое сердце… Врач до сих пор не рекомендует алкоголь, особенно крепкий.
Я кивнула. Стояла, не зная, куда себя деть. Руки были сцеплены в замок. От меня в этом доме были одни проблемы, наверное. Может, мне вообще следовало уйти.
- Мира, могу я попросить тебя составить нам компанию? Это я должен извиняться перед тобой. Я так понимаю, ты всё слышала?
- Слышала. – Эхом отозвалась я.
- И что ты думаешь по этому поводу?
- Что больше я не дам Александру Сергеевичу к себе даже приблизиться, уж простите. Я понимаю, что он ваш сын, но…
- Можешь не продолжать. Тут и без того всё понятно, и я полностью разделяю твоё мнение. – Мы вместе сели на диван, но по разные стороны.
- Вы сильно обидитесь, если я уйду из компании? Я понимаю, что обязана вам многим, но я просто не смогу работать дальше на вашего сына. Это, я думаю, и для вас очевидно.
- Мирочка, я же предупреждал… - Закрыл лицо руками Сергей Аркадьевич. –Не уберёг я тебя, получается…
- Вы тут не при чём. Я сама во всём виновата. А теперь, получилось, как получилось.
Мы ещё долго проговорили с Сергеем Аркадьевичем. Он много спрашивал меня о планах, и о том, как он мог бы мне помочь в дальнейшем, но я не просила о многом. Мы сошлись на оплачиваемом месячном отпуске, который у меня и так накопился к этому моменту, просто взять было некогда. И том, что он переговорит со своим старым знакомым, и тот, если у него будут вакансии, рассмотрит меня на одну из них.
Телефон был отключен на пару дней точно, а я уже к вечеру оказалась в поезде Москва - Санкт-Петербург. Просто поняла, что мне сейчас было важно кому-то выговориться, и такой человек у меня был, вот только не в моём городе.
Вика визжала в трубку, когда я позвонила ей, и сказала, что еду в гости на несколько дней, а, возможно, и недель. Мы давно не виделись, и я лично очень соскучилась. Жаль, повод для поездки выдался совсем не радостным, и настроение было на нуле, что подруга, конечно же, моментально считала по моему голосу, ещё когда я ей звонила.
Но я не стала разглагольствовать сильно по телефону, пообещала рассказать, когда приеду.
Плохо мне стало становиться уже в Сапсане. Где-то на середине пути я почувствовала сначала озноб, потом наоборот какой-то жар, и общую слабость. Причём нахлынуло всё так резко…
Я списала всё на нервы, недосып, понятно из-за чего, но лучше мне не становилось. И, когда я приложила ладонь ко лбу, поняла, что мне не показалось. У меня однозначно было температура.
Похоже, купание в мае в ледяном пруду всё же дало о себе знать, но я была удивлена, что так быстро.
Из поезда выходила уже в полубессознательном состоянии. Благо, меня встречали, и тут же подхватили под локти, как только я вышла, и мне захотелось осесть на землю.
- Мир, что с тобой? Тебе плохо? – Я пыталась взять в фокус обеспокоенное лицо подруги, смотрящее на меня, но получалось плохо.
- Я, кажется, заболела. – Прошептала из последних сил.
Через пару минут удалось себя всё-таки хоть как-то собрать, и шагать на автомате вперёд, чтобы ребятам не пришлось тащить меня на руках до машины, или, чего хуже, вызывать сюда скорую.
- Точно дойдёшь? – В сотый раз спросила Вика.
- Точно. Мне просто поспать надо, и всё нормально будет.
- Ужас! Оставила тебя одну в Москве, даже двух месяцев не прошло! И ты посмотри, что там с тобой сделали…
Мы загрузились в машину, и я с облегчением вздохнула. Дошла. К общей вялости и явной температуре прибавилась ещё какая-то боль между бровями, и глазами вращать стало больно.
- Всё, Мир. Нам загород ехать, минут сорок-пятьдесят точно. Отдыхай. И ни о чём не волнуйся. Мы вместе, а значит, теперь решим все проблемы.
Это были просто какие-то волшебные слова. И я моментально погрузилась в сон.
53 глава
Мира не отвечала. Разумеется. И, наверное, и не собиралась отвечать в ближайшее время.
Я сам не знал, что на меня нашло там, в доме отца. Но слова словно желчь лились изо рта, хоть я и не считал так.
Мне просто хоть раз хотелось услышать от папы что-то такое, чтобы я понял: он мной гордится. И мне срывало крышу каждый раз, когда он сравнивал меня с кем-то, считал недостойным…
Нет, умом я всё понимал. Но маленький мальчик внутри меня всё ещё трепыхался, всё ещё просил отцовской любви.
Мужчины должны были быть сильными, не показывать эмоций, держать всё в себе, решать проблемы… Но нам тоже нужно было иногда почувствовать, что нас любили просто так. Даже если мы были сложными, не смотря ни на что.
Это же касалось и Миры. Она узнала о проблеме, было очевидно, что я был не в курсе беременности Анет. И да, я понимал, что это полный пипец. Но она просто от меня отказалась. Сразу же. При первой же возможности.
А я ведь действительно подумал, что между нами наладилась какая-то связь, почувствовал её. Эта ночь… Пожалуй, была одной из лучших в моей жизни. Но, похоже, только для меня?
Внутри всё зудело. Но я отложил проблемы в дальний ящик своего сознания, решив вытаскивать и решать по одной по мере срочности.
Мира не хотела быть со мной, пока я не решил вопрос с Анет, и этой непонятно откуда взявшейся беременностью? Что ж, с неё и начнём.
А уж потом я планировал вернуться, и пообщаться с Мирой, рассказать и показать ей, что было у меня внутри. Возможно даже то, что никогда не показывал отцу. Почему-то казалось, что она должна была понять. Именно она.
Взял билеты на ближайший рейс до Оттавы с двумя пересадками, но так было быстрее всего и это был единственный доступный вариант, и почти сразу отправился в аэропорт. Меня ждали почти сутки в пути. А это значило, что времени, чтобы подумать, было предостаточно.
По дороге в аэропорт позвонил Анет, но та не взяла трубку. Она вообще любила так делать. Закинуть интригу, а после не отвечать. Наверное, это было своеобразное издевательство с её стороны, и ей это явно нравилось: выводить людей на эмоции.
В итоге, вместе размышлений почти всю дорогу, когда не спал, работал, закрывал какие-то вопросы, ведь уехал экстренно, не предупредив никого в компании. Может, оно было и к лучшему. Отвлекаясь на работу можно было меньше нервничать из-за дел сердечных.
Хотя, я бы не сказал, что я был на панике, даже если ребёнок окажется мой. Я был не против детей. Готов содержать, любить и воспитывать. Вот только с Анет строить отношения и семью я больше не собирался. И очень чётко дал ей это понять при последнем разговоре.
Ну а в Канаде всё завертелось с какой-то немыслимой скоростью. И я только и успевал, что охреневать от происходящего. Ведь с каждым днём новые подробности подвергали меня в шок.
Первым делом, разумеется, я встретился с Анет. Почти силком заставил её пойти вместе к врачу, и параллельно нанял человечка кое-что разузнать. Были у меня мыслишки по поводу всей этой ситуации…
В больнице сказали, что генетический тест было делать ещё рано, но обозначили срок беременности: семь-восемь недель. Это ничего не давало. В то время мы ещё встречались с Анет, это было как раз незадолго до того, как я узнал новости про «жениха», которого ей сватал отец. Так что в теории, я и правда мог быть отцом.