Марта Вебер – Пока-пока, шеф! (страница 14)

- Сами на себя писать будете? Хулиганите тут вы, вообще-то.

- Тебя не спросили. Дверь закрой с той стороны, и не высовывайся. Не дорос ещё советы раздавать.

- Чего? Не посмотрю сейчас что вы женщина, и спущу прямо вниз с лестницы.

- У. Попробуй. Узнаешь тогда вскоре, кто я такая, и мало тебе не покажется.

Лучше, мальчик, тебе с серьезными тетями не связываться. И учиться уже отличать в жизни, на кого можно голос и руку поднимать, а на кого нет.

Тем временем, мой мобильный свибрировал, и я увидела сообщение от бывшего начальника.

М.А.: «Я уже в пути, буду через пару минут, был недалеко от тебя. Не впускай её»

А я, собственно, и не собиралась. Прекрасно осознавала, что ничем хорошим, если бы я открыла дверь, наша встреча бы не закончилась.

Время за перебранкой между Вероникой и соседом пролетело быстро, и вот, в домофон уже позвонил Михаил Алексеевич, а меньше чем через минуту я увидела его через глазок и на лестничной площадке.

- Какие люди... - Тут же начала Вероника. — И после этого ты будешь утверждать мне, что между вами ничего не было и нет? Куда лапшу складывать, Миша?

Посмотрите-ка на него, примчался тут же, как я пришла. Или ты случайно приехал?

- Перестаньте устраивать тут балаган! — Кричал сосед, весь красный от напряжения.

Ему всё происходящее очевидно очень не нравилось. Ох, боялась я, что скоро он мог заявиться напрямую ко мне, чтобы разобраться, почему ко мне постоянно с какими-то скандалами наведывались различные люди.

- Извините. Мы сейчас уходим. Вероника, на выход. Пошли отсюда, внизу поговорим, в машине.

Михаил Алексеевич схватил Веронику за локоть, и насильно поволок вниз по лестнице. Перед тем, как скрыться окончательно из моего вида, он бросил взгляд на дверь. А я даже смутилась. Словно он мог видеть сквозь неё, и знал, что я стояла, и смотрела за ними в глазок. Хотя, возможно, это было очевидно.

В подъезде всё стихло. Но эта тишина вообще не успокаивала. Я не понимала, что было делать дальше: ждать какой-то развязки, или всё уже закончилось?

Аппетит пропал окончательно, поэтому свой ужин сгрузила обратно по кастрюлям, убрав в холодильник, а себе навела обычный травяной чай. могла бы принять и чего покрепче, только вот в наличии ничего подходящего не было.

Через пятнадцать минут я немного успокоилась, и всерьез думала, что всё вот таки завершилось, но, раздался очередной звонок в дверь.

В этот раз я шла уже с опаской. Но за дверью оказался Михаил Алексеевич, в гордом одиночестве. Поэтому дверь я открыла.

- Простите, что пришлось вас вытаскивать откуда-то, у вас наверняка были свои личные дела, я просто не знала, что было делать.

Михаил Алексеевич, глядя на меня немного исподлобья, начал двигаться вперёд, на меня, из-за чего мне пришлось шагнуть глубже в квартиру, и он тоже оказался в моей прихожей. Зашёл, и сам закрыл дверь, не спуская с меня взгляд.

- Всё нормально. Ты всё сделала правильно. У Вероники иногда слетают понятия, что можно, а что нельзя, и она слишком много на себя берёт.

Я кивнула, не зная, что ещё сказать, и не понимая, что вообще происходит. Зачем Михаил Алексеевич зашёл в квартиру.

- И раз уж я здесь, Тася...- прищурился он, и…

21.

Да, я чувствовала это напряжение между нами, которое витало в воздухе. Но не думала, что Михаил Алексеевич это сделает.

В следующую секунду он меня поцеловал.

Не оставил ни шанса на капитуляцию. Прижал меня своим телом к стене рядом, и целовал так, что глаза закатывались, коленки подгибались, и все мысли из головы куда-то улетучивались.

Бывший босс, тем временем, не терялся, и параллельно заполз руками мне под домашнюю просторную футболку, сжав мою талию с двух сторон.

Такая тонкая, кажется, что надавлю, и сломаешься. Что же ты со мной делаешь, Тася... - прошептал он, оторвавшись, и тяжело дыша.

Мы всё ещё стояли у стены, он припал к моему лбу своим, прикрыв глаза. Я молчала, боясь спугнуть момент, и ожидая, что он собирался делать дальше.

- Это же мне не приснилось? Ночью мы уже целовались, да? Потому что было так же хорошо и сладко.

- Не понимаю, о чём вы. - Шептала, а Михаил Алексеевич в этот момент подхватил мою губу своими, и снова начал эту сладкую пытку, параллельно прижимаясь ко мне всё плотнее.

- Сладкая, идеальная. Не могу отпустить на совсем тебя, слышишь? — Он чуть отодвинулся от меня, заглянув в глаза, и в его взгляде я утонула от эмоций, там плескавшихся. Их было так много... - Не могу потерять.

— Что ты имеешь в виду? — Прошептала, перейдя на «ты». Формально, мы больше не были боссом и подчинённой, а с учётом того, что уже целовались, на «вы» общаться было бы просто странно.

- Хочу, чтобы ты была со мной. Моей женщиной. Что скажешь?

Казалось бы, сцена повторялась. Я слышала почти то же самое, но сегодня почему-то предложение Михаила Алексеевича звучало по-другому. Да и я успела обдумать всё, что произошло.

В конце концов, глупо было отрицать, что меня к нему тянуло как минимум физически, но на самом деле и не только. Да и мужчины сейчас в моей жизни не было.

Даже если всё, что он мог предложить, это быть с ним просто на правах его женщины, без серьезных перспектив, возможно, стоило окунуться в этот омут с головой, отпустить свои железные принципы?

Я молчала, колеблясь между решениями, и Михаил Алексеевич, наверное, видел это по моему выражению лица. Поэтому, чтобы склонить меня к тому, что нужно было ему, наклонился чуть ниже, к шее, и продолжил поцелуйную пытку уже там.

Это было что-то новенькое, а у меня, наверное, от длительного воздержания, всё тело было сплошной эрогенной зоной. И, стоило ему только меня коснуться губами, как я завелась ни на шутку.

Руки, живя своей жизнью, начали гладить спину мужчины прямо сквозь ткань пиджака, наслаждаясь поступающим даже через плотную ткань рельефом.

Какой же он был огромный.

И я даже боялась подумать, везде ли он был таким.

Запрокинув голову, я плотнее прижалась к бывшему боссу, а он кончиком языка задел какую-то точку рядом с мочкой уха, от чего я не смогла сдержать стон, и, похоже, это сорвало стоп-кран Михаилу Алексеевичу окончательно.

- Я буду расценивать это как «да».

Он подхватил меня за бёдра, и приподнял, а мне пришлось обвить ногами его талию.

Босс тут же понёс меня вглубь квартиры, без проблем найдя спальню, и бросив меня на пружинистый матрас, от чего я пару раз ещё по инерции чуть подлетела вверх.

Сам мужчина остался стоять у подножия кровати, смотря на меня диким взглядом, предвещающим мне много всего приятного.

- Ты даже не представляешь, Тася, как я этого хотел, и ждал. И, я надеюсь, ты понимаешь, что с этого мгновения я должен быть единственным мужчиной в твоей жизни. — Говорил он довольно тихо, но твёрдо, параллельно расстегивая пуговки на рубашке.

- Это работает в обе стороны? — Спросила я, не разрывая зрительного контакта.

Михаил Алексеевич распахнул рубашку, обнажив своё великолепный, без преувеличения, торс. Крепкое тело, прямо как в моих фантазиях. Крупные, проработанные мышцы, кубики пресса, и косые мышцы, уходящие под ремень, и таки просящие провести по ним пальцем, или, лучше даже языком?

Разумеется. Можешь насчёт меня не переживать. Уже некоторое, довольно долгое время, у меня в голове лишь одна конкретная женщина. — Я замерла, мечтая услышать продолжение, и боясь одновременно. — Это ты.

И всё-таки, его слова меня не разочаровали.

Рубашка была окончательно скинута на пол, следом за ней пошёл ремень, и брюки упали туда же. Бывший босс просто вышагнул из них, оставшись в одних боксерах.

И это было зрелище, достойное рекламного билборда.

Серьезно, я бы с удовольствием сделала фотографию в моменте, и распечатала её, чтобы любоваться в любую свободную минуту. Так хорошо Михаил Алексеевич был сложен.

Я же всё ещё лежала одетая, завороженно наблюдая за ним.

- Твоя очередь. — Словно прочитав мои мысли, проговорил босс, и, подойдя к кровати, схватился за край футболки, потянув её вверх.

Я не сопротивлялась. Даже подняла руки, чтобы ему было легче.

Под футболкой на мне был обычный спортивный лиф, но, взгляд у босса был такой, словно я была в самом сексуальном белье на свете.

- Ещё идеальнее, чем в моих фантазиях. — Прошептал, дотронувшись подушечками пальцев до моих выпуклостей через тонкую ткань лифа.

И, словно это было спусковым крючком, на этом вся медлительность закончилась.

В следующее мгновение я оказалась нага, а Михаил Алексеевич навис надо мной, готовый рваться в бой, тем более, что к тому моменту уже тоже была готова на всё.

Моё тело горело, ожидая продолжения.