Марта Вебер – (не)Красавица для босса (страница 13)
— Нет, можно просто поговорить с ней.
Я быстро удалилась, ища таблетки. Как назло, их нигде не было, и это тоже могли быть происки бабули. Она любила положить вещь куда-то, где точно вспомнит про нее, а потом вещь пропадала на долгие годы.
Наконец, увидела заветную пачку у нее под подушкой, а не в комнате, где они обычно лежали, и быстрее побежала на кухню.
Хорошо, что я оказалась не одна в этот раз. А Данил Петрович, судя по всему, отлично справился с задачей, потому что они так же сидели и пили чай.
— Мама мне сладкого много не дает, можно еще конфетку? — поинтересовалась бабушка у Данила.
— Конечно, вот. — Подставил он чуть ближе к ней креманку, наполненную конфетами, и бабушка, вместо того, чтобы взять одну конфету и съесть, схватила несколько и начала пихать себе по карманам.
Я налила стакан воды, и выдавила таблетки на ладонь.
— Вот, съешь. — Протянула я ей вместе со стаканом. Как пройдет прием лекарств в этот раз — я не знала. Каждый раз это был «
— Что это?
— Конфетки. — Соврала я.
— Нет, я знаю, что это не сладкое. Ты меня обманываешь! Ты плохая! — Я уже начала переживать, что придется Данила просить подержать бабушку, пока я впихну ей в рот лекарства, но он, неожиданно, выдал.
— Точно конфетки, я такие же только что ел.
— Правда? — расцвела бабушка. И я поняла, что она, по всей видимости, представляла себя опять молодой, и кокетничала с моим боссом!
Глядя на него, она взяла таблетки с моей руки, и выпила их все залпом.
Одной проблемой меньше…
— А теперь нам пора спать. Время уже позднее, вон, темно за окном. — Одной из таблеток было легкое снотворное на травках. Быстрее всего бабушкины приступы проходили после сна, так что приходилось применять вот такие отчаянные меры.
— Не хочу спать! — Надулась она, а я подхватила ее за руку, и повела в комнату. Данил Петрович остался на кухне.
Наверное, я укладывала бабушку где-то полчаса. И я, если честно, была уверена, что когда выйду из её комнаты, то не увижу никого в квартире, но Данил Петрович всё ещё был здесь.
Более того, он помыл посуду на кухне, из которой мы пили чай, и убрал всё со стола.
— Вы еще здесь? — я устало прижалась к косяку двери. День сегодня начался отлично, а закончился…как закончился.
— Конечно. Не мог же я оставить тебя одну, да еще и уйти, ничего не сказав. Еще чаю?
— Это я вам должна предлагать чай. Вы же у меня в гостях.
— Даша, садись и не спорь, я поухаживаю за тобой. Это меньшее, что я могу сейчас сделать
Не знаю почему, но я подчинилась, и действительно села. И просто наблюдала, как очень богатый мужчина, красивый, с шикарной фигурой, в дорогущей рубашке и брюках ставил старый эмалированный чайник на конфорку, доставал из холодильника и резал торт, и всё это на моей маленькой, очень давно не видящей ремонта кухне.
Когда мы вот так уже провели какое-то время в тишине, первым разговор завёл босс.
— Даша, прости за вопрос, но что с твоей бабушкой?
— Врачи говорят деменция. Возрастное.
— Это лечится?
— Нет, единственное, что возможно — поддерживать состояние с помощью лекарств. Иногда, опять же из-за своей болезни, бабушка забывает их принимать. И вот тогда случаются подобные приступы. Ну и еще от переизбытка эмоций, или вообще просто так…
— И часто такое случается?
— Нет. Последний раз был несколько месяцев назад приступ. Но в больнице мне сказали, что со временем они, скорее всего, станут чаще. Я просто надеюсь, что этот момент удастся оттянуть как можно дальше.
— Ты поэтому всегда уходишь с работы вовремя, и никуда не ходишь по выходным?
Я кивнула.
— Я боюсь, что однажды приду домой, и не найду бабушку. Вдруг она уйдет куда-то в очередном приступе? Я, конечно, закрываю её, когда ухожу на работу, но она может быть изобретательной, когда захочет.
— Мне жаль, что такое происходит с твоей бабушкой. И, прошу знай, что, если я чем-то могу помочь, ты всегда можешь ко мне обратиться. Я не откажу.
Данил Петрович после своих слов накрыл мою ладонь своей, послав миллионы мурашек гулять по моей коже.
19 глава
Несмотря на то, что вечер пошел у меня совсем не по плану, засыпала я с легкой улыбкой на лице.
Мы с Данилом Петровичем просидели еще, наверное, час на кухне. Он рассказывал мне какие-то истории из своего детства, я делилась своими….
Интересно, что первое впечатление о нем у меня было как о крайне поверхностном человеке. В моем сознании он был такой…. как мотылек. То тут, то там, ничего не принимает близко к сердцу, не интересуется чужими жизнями и чувствами. Смотришь на него: красивый, а души будто нет.
Но, чем больше я с ним общалась, тем больше он для меня открывался. И я не знаю, плохо это было или нет, но я однозначно начинала ему симпатизировать.
Он засобирался, когда увидел, что я начала клевать носом. Пожелал мне хороших выходных, и ушел, оставив на моей щеке невесомый поцелуй, из-за чего сон у меня как рукой сняло, и я ещё полчаса приходила в себя, пытаясь унять красноту с щек.
Утром встала по будильнику, чтобы проверить бабулю, и с удовольствием обнаружила, что она пришла в себя. По крайней мере я так думала, потому что до меня доносились обалденные ароматы блинчиков с кухни, а она их пекла только в хорошем настроении, и здравом уме и памяти.
— Привет, бабуль! — Заглянула я на кухню.
— Ой, Дашуня! А ты чего в такую рань встала? Я вот, решила, блинчиков к завтраку тебе напечь.
— От ароматов и проснулась. — Улыбнулась я бабушке. — Пахнет очень аппетитно! Тебе нужна помощь?
— Какая помощь! Ты и так для меня всё делаешь. Дай я хоть немного побуду бабушкой, и накормлю как следует свою внучку!
Я села за стол, предвкушая вкусный завтрак. Передо мной опустилась тарелка с блинчиками, и маленькая пиалка со сметаной, смешанной с вареньем. А после рядом присела и бабушка.
— Слушай, Даша, а я вчера чего, просто спать ушла? Что-то помню сидели, общались с твоим начальником, а потом раз, и просыпаюсь с утра в кровати своей. Спросонья даже и не поняла, то ли реально было это, то ли привиделось.
— Да, бабуль. Ты устала и ушла спать. Всё нормально.
— Ну ладно. А то испугалась, что опозорила тебя при начальстве. Скажет: вот привела, а тут бабка проблемная, с головой не дружит. Думала, в очередной раз из ума выжила. Я, кстати, если что, одобряю.
— Чего одобряешь? — оторвалась я от поедания блинчиков.
— Не просто же так этот Данил к нам пришел. Знакомиться, потому что нравишься ты ему. У нас раньше тоже так принято было, порядочный молодой человек.
— Бабуль, — я засмущалась, покраснев, — ты не так поняла. У нас с Данилом Петровичем ничего нет, и быть не может. Он мой начальник просто. И я сама даже не поняла, чего он пришел, если честно.
Мою речь прервал звонок телефона, и я, крикнув бабушке «Я сейчас», поспешила за ним в комнату.
Когда на экране я увидела имя «Арсений Николаевич», то чуть не застонала. Я совсем забыла, что согласилась сегодня на свидание с ним.
И, конечно же, соглашаясь на встречу, я не предполагала, что за день до этого у бабушки случится приступ. Сейчас мне не хотелось оставлять её дома одну.
Однако, данное слово я не могла выбросить на ветер, и просто проигнорировать звонок, поэтому пришлось взять трубку:
— Алло? Слушаю.
— Доброе утро, Дашенька. У нас сегодня всё в силе? У меня на тебя грандиозные планы.
— Эм-м-м-м… — Я не знала, как мне было сейчас, когда Арсений уже что-то напланировал, отказывать ему.
— Арсений Николаевич, тут такое дело…
— Стоп! Пока ты не сказала ничего лишнего, я надеюсь, ты ведь не собираешься отменить наше свидание? Потому что я очень сильно расстроюсь, ты даже не представляешь, как я готовился.
— Понимаете, так получилось, что вчера бабушке было не очень хорошо. Мне не хотелось бы оставлять ее одну сегодня. Думаю, будет лучше, если мы перенесем наши планы, скажем… хотя бы на следующие выходные?
— Но на следующих выходных корпоратив! Нет, так не пойдет. Тем более, что про твою бабушку я уже подумал. Ты же мне про нее рассказывала. Так что встречай через полчаса гостью, а через сорок пять минут буду ждать тебя у подъезда.