Марта Трапная – Цветы и тени (страница 36)

Я встретилась с мужчиной взглядом. У него были желтые глаза с круглыми широкими зрачками.

— Это ничейные владения, — тихо сказал он.

— Этот лес принадлежит городу, — спокойно возразила я. — И у меня есть полное право здесь находиться.

Мужчина обернулся и махнул рукой за свое плечо.

— Если идти вглубь, — сказал он, — через час или два вы увидите столбы, означающие границу владений Шолда-Маре.

— Да что ты говоришь, — начал было Тодор. — А за ними чей лес? Твой?

— Не думаю, что мы зайдем так далеко, — сказала я, беря Тодора за руку, хотя вообще-то мои слова были адресованы мужчине. — Если только не случится чего-то, что потребует моего вмешательства.

Я в упор посмотрела на мужчину и поняла, что мое зрение начало двоиться. В нос ударил резкий звериный запах. Я заставила себя не поддаваться этому чувству. Меньше всего мне надо, чтобы Тодор увидел мою тень, чтобы он считал меня оборотнем.

— Что же может потребовать вашего вмешательства? — Переспросил мужчина, выразительно бросая взгляд как раз на развилку.

— Разное, — тихо и медленно заговорила я, чувствуя, как встает шерсть на моем загривке. — Я не побоюсь пойти против любого человека, если мне покажется, что он нарушает покой нашего города.

— Да подавитесь вы своим городом и своим лесом!

Мужчина развернулся и зашагал обратно в лес. Я смотрела как его тень бежит под ним, спрятав хвост между задних лап. Она испугалась. Мужчина тоже. Что это значило? Они боялись… меня? Нет, конечно, что ему до меня. Они боялись моей тени. То есть, все-таки меня. Я вздохнула. Почему я была такой нелюбопытной, когда жила в Эстерельме? Почему не интересовалась тенями, не расспрашивала, что это такое, когда мне было у кого спросить — у Зольдича, у Ульрика? Ведь положение позволяло. Почему, почему, почему? Это бесполезные вопросы. Но может быть, теперь я начну задвать полезные вопросы?

— А скажи мне, Тодор, ты-то этого человека видел раньше? Знаешь что-нибудь о нем?

— Нет, — уверенно ответил Тодор.

— А что там, в глубине того леса? Далеко ли он тянется? Там есть чье-нибудь имение?

Тодор смотрел на меня с недоумением.

— Вы же сами слышали, что там лес. Он тянется чуть ли не до границы Ингвении, а может и дальше. Если поехать дальше по дороге, будет пару деревень да два города, а потом граница.

— Вопрос в том, что есть в этом лесу, кроме наших городов и деревень. Где может жить этот человек? Он не похож на разбойника. Он не похож на крестьянина. Он похож на кого-то знатного. Но почему тогда он пришел из леса? Вот что мне интересно.

— А мне интересно, — сказал Тодор, — почему вы так говорили с ним, будто у вас есть целая армия. Или отряд.

— В некотором смысле, у меня есть, — задумчиво ответила я Тодору. — Понимаешь, нас всех, членов королевских фамилий так воспитывают. Чтобы мы всегда думали о том, что и кто стоит за нами. Что мы не только люди, но и вся Моровия. Поэтому я так и говорю. Если ты уверен в себе, противника это может испугать, даже если он не видит за тобой армии. Люди обычно не делают вид, что у них есть армия, если армии нет.

— Тяжело, наверное, — вздохнул Тодор.

— Делать вид, что за тобой армия?

Тодор покачал головой.

— Быть не только человеком, а всей страной.

Я рассмеялась.

— Самое сложное — это всегда быть человеком. Вот это и в самом деле сложно, — и едва я договорила, я поняла, что так оно и есть. И в моем случае эти слова справедливы, как ни в чьем другом. Стать зверем, стать тенью, особенно когда угрожает опасность, — просто.

— Так вы тоже не знаете, кто он был, — Тодор пропустил мои мудрые мысли мимо ушей, он был слишком практичным. — Что это за разговоры про пограничные столбы и неподходящее место для прогулок?

— Он пытался заявить права на этот лес, Тодор.

— Это я понял.

— А когда не получилось, сказал, что не претендует ни на что, что находится по эту сторону от столбов. А я ответила, что если он что-то натворит, то меня столбы не остановят.

— Но что он может натворить?

Я пожала плечами.

— Понятия не имею, — я надеялась, что мой голос звучит достаточно спокойно. Я не собиралась рассказывать Тодору, что мы видели оборотня, иначе пришлось бы рассказывать слишком многое.

— Леди Ровена, но все-таки, мы же не за этим туда ездили? Не ради встречи с этим человеком? Зачем вам туда понадобилось? Вы говорили про мужчин с ружьями, это серьезно было?

Я не знала, что ему ответить. Правду? Какую правду? Я и сама ее пока не очень знала.

— Я не знаю, Тодор. Я вчера проснулась и поняла, что хочу приехать на это место. Но я знала, что здесь опасно, меня предупредил целитель Михай. Но почему у меня возникло такое желание — я не знаю.

Я с опаской косилась на Тодора. Я сто раз смотрела на его тень. Он был человеком. Но что, если он увидел волчицу за моей спиной? Или увидит?

Я уже ничего не знала. Кроме того, что я внушаю страх. И это было не самое худшее чувство из тех, что мне приходилось испытывать.

Но, кажется, я сделала большую ошибку, когда взяла с собой Тодора. Эта встреча в лесу не похожа на случайность. А Тодор не настолько глуп. Он может сложить два и два, и понять, кто я такая. А для местных жителей, я думаю, все оборотни — враги.

Глава 29. Лусиан: Как делаются дела

— То есть вы мне указываете, как я должна управлять своими подданными? — холодно спросила королева Керата.

— Да, — сказал я. — Пока еще они ваши подданные.

— Что вы имеете в виду?

Керата посмотрела на меня так, будто понятия не имела о документах, которые мы передали ей и ее министрам.

— Ваши подданные нарушают нормальную жизнь моих подданных. Меня это не устраивает. Если вы не последуете моему совету, я объявлю их гражданами Моровии и посажу в тюрьму за нарушение порядка.

— Тюрем-то хватит? — ехидно спросила королева Керата.

— Вот заодно и построят, — сказал я.

Моя свита молчала. Мне казалось, они не то что дышать — моргнуть боялись, чтобы никто не принял их за живых. Сейчас я нарушал все мыслимые и немыслимые протоколы, потому что устал от хождения вокруг да около в течение двух часов. Я не для того ехал сюда неделю с лишним и еще три дня мариновался в этом унылом сером холодном городе, чтобы потом заниматься пустым расточением комплиментов!

— И вы, разумеется, ждете ответа на свое предложение прямо сейчас, — королева Керата даже не спрашивала, а утверждала.

Я кивнул.

— Так вот, принц Лусиан, вы слишком молодой правитель и потому не понимаете, что так дела не делаются. Вы внесли предложение, мы должны его обдумать, решить, как мы сможем все это осуществить, потом создать совместный с вами документ, подписать…

Я перебил ее:

— А чем вы занимались все эти дни, ваше величество? Мало было времени обдумать? Почему тогда не сказали, что вам нужно больше времени? Сколько еще ждать? День, два?

Королева Керата задорно улыбнулась. Но я и не думал отвечать ей улыбкой, я понимал, куда она клонит. Сейчас она попытается посмеяться надо мной, над моей неопытностью, потом сменит гнев на милость и расскажет неотесанному принцу, как делаются дела. Вот только она не учитывает одного момента. Я — не ее подданный. И я не обязан делать так, как хочет она. И более того, я даже не обязан учитывать ее интересы. Я просто пытаюсь решить проблему по-хорошему, хотя мог бы решать и ее по-плохому.

— Я жду, — напомнил я. — Ответа на свой вопрос. Сколько времени вам понадобится, чтобы принять решение?

— Я же сказала — много, — томно вздохнула Керата.

— Неужели вы так медленно думаете? Или кто-то из ваших министров не способен мыслить быстро? — Спросил я, изображая простодушное любопытство. — Я, знаете ли, обучен думать постоянно, и довольно быстро.

— Принц Лусиан, — отчетливо и холодно заговорила Керата, — или мы забудем наш с вами диалог и начнем сначала, или я отказываюсь с вами разговаривать и попрошу вас покинуть мой дворец и мою страну незамедлительно.

— Прекрасно, — я довольно улыбнулся и поднялся со своего места. — Значит, невежливое и неучтивое обращение с вами для вас важнее судьбы ваших подданных? Значит, я могу делать с ними все, что захочу. А что именно я захочу, вы уже услышали. И поскольку вы все равно продолжаете считать, что важнее соблюдать протокол, чем заботиться о безопасности своих людей, я с удовольствием покину и ваш замок, и вашу страну.

Я направился к выходу из зала переговоров. Моя свита как-то очень быстро оказалась за моей спиной — а ведь я не слышал, ни как они поднимались, ни как подходили ко мне. Мы почти дошли до тяжелых дверей, когда я услышал голос Кераты.

— Вернитесь.

Я сделал еще несколько шагов. Королева Керата не имела права мне приказывать. Ее слова звучали как приказ. А ничьи приказы я исполнять не собирался.

— Принц Лусиан, — повторила Керата. — Пожалуйста, вернитесь к столу переговоров, я вас прошу. Пожалуйста.

Это было уже намного лучше. Я развернулся и подошел к своему месту. У Кераты на щеках пылали багровые пятна. Ей было стыдно? Она злилась на меня? Да какая мне разница!

Я занял свое место.