Марта Трапная – Академия Высших: выпускники (страница 58)

– В каком смысле «дальше»? – опешил Мурасаки.

– После того, как ты нашел эту альтернативную академию?

– Отдал все координаты декану, что же еще? Разбираться с ними уже не входило в тему моего диплома.

– И ты не знаешь, что было с ними?

– Знаю, – тяжело уронил Мурасаки. – Декан их уничтожил.

– Всех?

– Я думаю, что да.

– И…что ты об этом думаешь?

– Ничего. Я искал тебя. И понял, что тебя там нет. Честно говоря, я понимал, что должен их жалеть. И не мог. Мне не было до них дела. Мне ни до кого не было дела, кроме тебя.

– Мне тоже ни до кого не было дела, – вздохнула Сигма. – А напрасно. Не будь я такой зацикленной на своем одиночестве, ничего этого не случилось бы.

Мурасаки крепко обнял Сигму.

– Перестань себя винить! Ты ни в чем не виновата!

Сигма уткнулась ему в плечо и закрыла глаза. В последние дни все происходило слишком быстро, чтобы она почувствовала себя виноватой в полной мере. Но чувство вины действительно сидело в ней, временами подавая голос и тогда ей почти физически становилось больно от того, что она натворила. Что они с Мурасаки натворили. Так что, наверное, это и правильно, если ей придется умереть, чтобы все вернуть обратно. Так и должно быть.

Глава 39. Перерыв на техобслуживание

Если ты не хочешь ни с кем разговаривать, обязательно кто-нибудь позвонит.

Сигма в полной тишине заканчивала завтрак, радуясь, что Мурасаки спит. Впрочем, даже если бы он не спал, едва ли он стал бы возражать против ее молчания. Но Тати была настойчива, как курьер, рассчитывающий на чаевые. После пятого звонка Сигма поняла, что проще будет ответить.

– Ты куда пропала? – без приветствия начала Тати. – Только не говори, что у тебя заказы!

– Не скажу, – улыбнулась Сигма. – У меня нет заказов.

– И что ты делала эти дни? – требовательно спросила Тати. – Надеюсь, ты не заболела?

– А ты?

Тати вздохнула и разразилась тирадой о том, как внезапно почувствовала себя плохо, но температуры нет, горло не болит, насморка тоже нет, и даже ломоты в мышцах нет, но что-то не то.

– Все мое тело как будто не мое, понимаешь? Как будто я отдельно, а тело – отдельно.

Сигма открыла рот, чтобы сказать внезапно всплывшее в памяти слово «деперсонализация», как Тати огорошила ее вопросом:

– Как думаешь, какой тест на ковид надежнее? Я в этих пэцээрах ничего не понимаю. А есть еще какой-то иммуноферментный, это что?

Сигма моргнула. Деперсонализация и коронавирус?

– Ты думаешь, что ты заболела ковидом?

– А чем еще я могла заболеть, по-твоему? – возмутилась Тати.

– Чем угодно. Мне кажется, коронавирус – это респираторная инфекция, а деперсонализация – это что-то с психикой.

– А ты уверена, что корона не действует на мозги?

– Уверена, – сказала Сигма и тут же поняла, что не уверена. Вообще. То есть до появления Мурасаки она была бы уверена на все сто процентов и даже больше. А сейчас – нет. Вирус, созданный Древними, мог действовать на все, что угодно, включая кости, сосуды и психику. Потому что это был совсем другой вирус, не подчиняющийся законам природы. – Вообще, нет, Тати, не уверена. Но знаешь, мне кажется, чтобы корона подействовала на психику, должны быть и другие симптомы. Начинается ковид все-таки с органов дыхания.

Тати вздохнула.

– То есть ты думаешь, тест на ковид не надо делать?

– Я бы не делала.

– А что бы ты делала?

– Нашла бы психотерапевта. Они могут и по видео консультировать, это все-таки не хирурги.

– М-да? – спросила Тати. – А с чего вдруг у меня это началось, если это не ковид?

– Думаю, не у тебя одной.

– Новая эпидемия? Да ну тебя, Сима! Я с тобой серьезно, а ты…

– Я тоже серьезно. Мы же социальные животные. А сидим по домам. Общение резко сократилось. Поток сенсорной информации тоже сократился. Мозг страдает. Нервная система страдает. Ты как будто держишь ее на голодном пайке.

– Ничего себе, голодный паек, – возмутилась Тати. – Я с утра до вечера то кино, то музыку…

– У тебя сенсорный голод, – отрезала Сигма. – Трогай разные вещи! Нюхай разные запахи. Специи открой! Залезь в аптечку или купи незнакомых овощей или фруктов.

– О, – радостно воскликнула Тати, – я закажу себе пробники в библиотеке ароматов. Я как раз вчера на их сайте сидела и меня душила жаба все это покупать. Там такие ароматы прикольные! Земля после дождя! Янтарь! Лунная ночь. Девушка-зомби!…

Сигма хотела было спросить, чем, по мнению Тати, может пахнуть девушка-зомби, но передумала. Чем бы ни пахла – если это новый, незнакомый Тати запах, он поможет.

– А ты чем занималась? – спросила Тати.

– Сексом, – на автомате ответила Сигма и тут же пожалела.

– Как?

– Как обычно люди занимаются сексом. Я думала, ты знаешь, – улыбнулась Сигма.

– Я хотела спросить с кем!

Сказать или нет? Сигма на мгновенье задумалась. А почему, собственно, и не сказать?

– Меня нашел мой парень, – призналась Сигма.

– Ничего себе! – взвизгнула Тати. – И ты молчала? И какой он?

– Хороший, – улыбнулась Сигма.

– Это понятно. А ты его вспомнила?

– Да, представь себе, – ответила Сигма. – Вспомнила. И он мне многое рассказал.

– И кто он?

Сигма замешкалась. Кто он? Кто Мурасаки? Как сказать Тати: он разрушитель миров? И я, кстати, тоже? Тати точно не поймет.

– Мы учились вместе.

– А, так он тоже фотограф?

– Нет, он не фотограф.

На кухню вошел Мурасаки и вопросительно посмотрел на Сигму. «Кто ты?» – одними губами спросила Сигма и показала пальцами на телефон.

– Повар, – сообщил Мурасаки, подходя к кофеварке. – В настоящий момент я повар-бариста. А вообще – репетитор по математике.

Сигма фыркнула и закатила глаза.

– Я все слышала, – сказала Тати. – Голос красивый.

– И не только голос, – добавила Сигма.

– Как только снимут локдаун, ты должна нас познакомить! – категорично заявила Тати.