Марта Трапная – Академия Высших: выпускники (страница 13)

– Эта девочка – ваша единственная надежда на спасение мира, – парировал Мурасаки.

Констанция усмехнулась.

– Никто не бывает единственной надеждой, Мурасаки. Пора бы тебе понять. Всегда есть варианты. Так что прекращай заниматься этим делом и возвращайся к своей работе. А мы сами как-нибудь разберемся… с тем, чтобы у тебя была работа. Чтобы у всех была работа и возможность жить. Расскажи мне, что ты узнал о Сигме и о ее состоянии? Она активна?

Мурасаки рассмеялся.

– Я ничего вам не расскажу.

Впервые на ее лице появилось что-то, похожее на удивление.

– Что значит – не расскажешь?

– А что непонятного? – спросил Мурасаки. – Я ничего вам не скажу.

– Тебе придется!

– Вы не можете мне приказывать, Констанция Мауриция, – спокойно ответил Мурасаки.

– Конечно же, я могу, – довольно улыбнулась она и посмотрела на него.

Мурасаки улыбнулся в ответ и закрыл глаза. Он многому научился из того видеокурса. И отражать попытки ментального контакта – тоже. Если бы их связь сохранилась, он бы не смог, просто не успел. Но ее больше не было. И теперь пришло время об этом узнать и Констанции.

Произошедшее ошеломило ее. Она смотрела на Мурасаки с выражением неподдельного изумления, будто не верила тому, что произошло. Вернее, не произошло.

– У вас больше нет власти надо мной, – устало сказал Мурасаки. – Вы не можете меня заставить, вы не можете мне приказать. Я буду делать только то, что сам захочу.

– Ты не попадешь к ней. Это невозможно.

– Посмотрим.

– Я говорю правду. В могильник нельзя попасть иначе, чем через печать. Так что если ты хочешь общаться со своей девочкой, а не потерять ее снова, займись ее активацией. И проследи, чтобы она сделала все, о чем мы договаривались. По крайней мере тогда вы сможете разговаривать всю жизнь. И уверяю тебя, зеркала в полный рост дадут тебе больше наслаждения, чем ты можешь себе представить!

Констанция легко поднялась и не оборачиваясь ушла в темноту. Мурасаки почувствовал, как закрылся небольшой портал. Надо бы и в самом деле посмотреть, не пострадала ли эта планета от его экспериментов. Потом. Утром. А пока… Пока надо вспомнить, как они реконструировали эти самые печати, потому что, кажется, это действительно единственный способ попасть к Сигме.

Глава 11. Скучная Сима

– Сима, приветики! Чем занимаешься? – судя по щебечущим ноткам в голосе, Тати собиралась поболтать. Даже не спросила, хотя бы ради приличия, не помешала ли.

Сима закатила глаза и включила громкую связь.

– Да вот, обрабатываю один сет. А ты что делаешь? – Сима изо всех сил надеялась, что Тати уловит намек, но с грустью понимала, что человек, который заставил ее согласиться на съемки свадьбы, невзирая на прямой отказ, едва ли способен к такому уровню эмпатии.

И Сима не ошиблась

– Какой сет? – оживилась Тати. – Ничего себе, ты даешь! Как ты ищешь клиентов в тотальном локдауне?

– Снимаю их с улицы через окно.

– Серьезно?

– Нет, конечно, – проворчала Сима и вернулась к фотографиями. – Делаю сет для фотостоков.

– А-а-а, – разочарованно вздохнула Тати, – просеиваешь архивы? А клиенты не будут против, что ты их фотографии продаешь без спроса?

– Я не продаю их фотографии, – парировала Сима. – Я продаю свои.

Молчание Тати говорило не о том, что она пропала, а лишь о том, что она переваривает информацию.

– А ты думаешь, твои фотографии купят? – осторожно спросила Тати. – Ты только не обижайся, Симочка, я ничего плохого про тебя не хочу сказать, но ты… ну как бы внешность у тебя не модельная…

Сима рассмеялась.

– Да кому какое дело до моей внешности! Ты посмотри, что в мире творится! Локдауны и пандемия. Новости тоже про локдауны и пандемию. И реклама тоже.

Тати молчала, но телефон прямо-таки сочился непониманием.

– Иллюстрации к новостям где-то надо брать, правда? Я сделала свои фотографии женщины в маске, – объяснила Сима. – В профиль, в фас, в полупрофиль. Влево, вправо. С улыбкой, нахмуренную, с макияжем глаз и без них. Скоро на всех новостных сайтах страны.

Тати наконец рассмеялась.

– Сима, это же гениально!

Сима промолчала, что это не столько гениально, сколько очевидно. Как и те фотосеты, что уже были загружены и даже неплохо продавались: мытье рук во всех ракурсах, обработка их антисептиками – отдельно гелем из бутылочки, отдельно спреем из флакона. Впрочем, и запланированные на ближайшие дни съемки Симе тоже казались очевидными: горсти лекарств, например.

– Никто не мешает тебе заняться тем же. Или придумать свои идеи.

Но и этот намек Тати пропустила мимо ушей. Раз уж она решила поболтать, она будет болтать.

– Ой, Сим, у меня же другая специализация. Я в предметные съемки не умею.

– Самое время поучиться. Освоишь что-нибудь новенькое.

– К тому времени, как я освою, – вздохнула Тати, – все стоки будут забиты тобой и твоими последователями.

– Тогда найди свою нишу, – нытье Тати начало утомлять Симу. – Что ты умеешь?

– Ты же знаешь, я в основном по портретам и свадьбам.

– Самое востребованное умение!

– Ты издеваешься?

– Почему это? – пожала плечами Сима. – Сама подумай, все сидят в сети, даже совещания проводят онлайн. Всем нужны красивые фото на аватарки.

– И как я буду им делать эти фото? – мрачно спросила Тати.

– Так это ты у нас специалист по портретам, а не я! Как хочешь, так и будешь! Хоть с полутора метров, стоя перед открытой дверью их квартиры! Хоть дистанционно через видеосвязь.

– Думаешь, за это будут платить? – с сомнением спросила Тати.

– Людям скучно. Они будут платить за все, чем можно развлечься, не выходя из дома, – с раздражением сказала Сима. – Хоть за аватарки для профилей, хоть за секс по телефону.

– Можно без намеков?

– Да я ни на что не намекаю. Просто у меня такое чувство, что я тебя уговариваю заняться работой. А я не уговариваю. Не хочешь – не работай. Отдыхай! Расслабляйся! Наслаждайся жизнью! – Сима рассмеялась. – Тати, честное слово, я работаю, потому что мне нравится. И чтобы не сойти с ума.

– Ты и про зарядку так же говорила.

– Ну да, и зарядку мне тоже нравится делать. Особенно сейчас.

Сима хотела было сказать, что даже купила себе гантели, но передумала.

– Все-таки ты странная, – проворчала Тати. – Может, ты еще встаешь по будильнику?

– Конечно, – согласилась Сима. – И работаю по расписанию. Мне вообще-то не хочется встретить конец локдауна с депрессией, лишним весом и пустым кошельком.

– Ты робот, – проворчала Тати. – Робот, который достучался до моей совести. Пойду сделаю уборку.

– Удачи, – сказала Сима и быстренько нажала отбой, подавив желание спросить, какие из ее слов навели Тати на мысль об уборке. Какие бы ни навели – пусть идет и что-нибудь делает.

Судя по Тати и остальным знакомым, все восприняли локдаун как бессрочный отпуск. А отпуском он не был. Не для Симы. Она работала, потому что прекрасно понимала, если отпустить на волю свою психику, ей не помогут никакие таблетки, и тогда одним голосом она не отделается. Но чего Сима не понимала, так это почему остальные не видят таких простых вещей. Почему вместо того, чтобы подумать, чем занять свой мозг и как обеспечить ему новые впечатления, они только и делают, что звонят друг другу? Хотя… это ведь и есть самый простой способ обеспечить новые впечатления, да?

Сима вернулась к обработке фотографий, поглядывая на часы, чтобы не пропустить лекцию. После истории с миллиметровкой Сима совершила налет на курсеру и нашла там курс «основы эпидемиологии», на который почему-то можно было записаться с любым уровнем знаний. Пока лектор рассказывал очевидные вещи, но Сима ловила себя на мысли, что, возможно, они не такие уж очевидные для остальных слушателей. Наверное, она действительно что-то знает, только не помнит об этом. Но все равно лекции пропускать не хотелось.

Снова зазвонил телефон. Сима протянула руку, чтобы отклонить вызов, но промазала, сбила телефон на пол, и его пришлось поднимать. И Сима увидела имя – Алеша. Он звонил ей редко и только по делам. Сима нажала «ответить».

– Привет, Алешка.