Марта Роми – Злодей для училки (страница 10)

необходимо, чтобы не быть застреленным на месте.

— Макс! — восклицаю я и в порыве чувств бросаюсь к нему на шею.

— Всё, всё, — он обнимает меня в ответ и подталкивает к входу в зал, увеличивая расстояние между мной и трупами. — Ну чего ты? Испугалась?

— Они тебя спрашивали, — жалуюсь я, сразу почувствовав себя

маленькой девочкой, которой можно побыть слабой. — Один меня даже

ударил!

— Ударил? — он подхватывает мой подбородок пальцами, поднимает

лицо и внимательно рассматривает.

— А дед их…

— И правильно сделал, — выдаёт Злодеев.

— Правильно? — хлопаю ресницами я как дура.

— Ну конечно, — как дурочке объясняет мне Макс. — Он же тебя

ударил.

Я зависаю, обдумывая информацию. Он вообще кто? Владелец ночного

клуба или как этот Штирлиц с усами.

Штирлиц с усами как раз решает включиться в разговор:

— Есть предложения по устранению общей проблемы? — дед выделяет

слово “общей”, видимо, чтоб Макс не забывал, кого искали те двое.

— Ребята уже заплатили полиции, никакого вызова не было, — говорит

прародителю Злодей. — Сейчас перевезу вас, и квартиру уберут — следов

не останется. Пока поживёте у меня.

— Без ружья не поеду, — непреклонно выдаёт дед. — Оно со мной

больше лет, чем моя почившая бабка.

Теперь прищуривается Макс, видимо, решая, что с этим делать. Я

помалкиваю, потому что ночевать здесь и правда не хочу, а попроситься не к

кому. Да и не уверена, что хочу находиться вдали от моего татуированного и

терять из виду особо опасного спецназовца.

— Мы же так и не познакомились, — вдруг расплывается в улыбке

Макс и протягивает руку деду. — Меня зовут Максим Злодеев. Мне

нравится ваша внучка, и я благодарен, что вы её защитили.

Дед внимательно его разглядывает, ища подвох, но никакого подвоха в

добродушном лице мужчины найти просто невозможно.

— Василь Григорич Порков, — пожимает он наконец руку Макса. —

Бандит поди?

— Зарабатываю всяким, — уклончиво отвечает Злодеев.

— Без ружья не поеду, — снова дует губы старик.

— Такое ружьё надо брать, — со знанием дела говорит Макс, а потом

достаёт телефон, что-то листает там и показывает деду экран. — А это моя

коллекция оружия. Там и новое, и старое, вам точно будет интересно.

— А спать там можно? — сразу берёт быка за рога мой спецназовец.

— В оружейной? — вскидывает брови Макс, явно не ожидая такого

поворота. — Там нет кровати.

— Спального мешка достаточно, — гордо задирает голову дед.

Тут уж я не выдерживаю:

— Какой тебе мешок? Я тебе спину опять мазать не буду! —

возмущаюсь я.

— Да я полжизни в мешке проспал! — хорохорится моя заноза. — А

потом бабку встретил, всю жизнь вольную мне переломала.

— Так ты теперь на мне отыгрываешься из ненависти ко всему

женскому роду? — упираю руки в боки и наступаю на деда.

— Чего?! Дура совсем? — он призывает в свидетели Злодеева. —

Видал? Это всё они!

— Кто? — в один голос спрашиваем мы.

— Феминистки! — выдаёт дед и надувается как сыч, довольный

демонстрацией знания новомодных слов. Даже усы в разные стороны

топорщатся.

— Какие феминистки, болезный? Говорила мне Ирка, —

непосредственно внучка этого красавца и моя троюродная сестра, — что

тебя в дом престарелых сдать надо!

— В дом престарелых с ружьём не берут, — чешет подбородок Злодей.

— Давайте не будем ссориться. У меня есть предложение.

— Какое? — вздыхаю я.

— Кровать в оружейную не влезет, а диван вполне, — поворачивается к

деду и спрашивает: — Устроит?

— А эта дура где спать будет? — волнуется спецназовец.