Марта Крон – Америка на мою голову (страница 5)
А вот и выход во внутренний дворик. Выглянула, а там… бассейн.
Шикарно! Личный бассейн. Можно быть уверенной, что никто по-тихому туда не написает… Ныряй на здоровье!
Распахнув стеклянные двери, я впустила внутрь свежий воздух. Решив, что двор посмотрю позже, я вернулась в гостиную к отцу, который уже прилип к камину и что-то там ковырял.
Пфф. Мужчина! Новая игрушка пришлась по вкусу.
– Пап, а куда ведут эти двери? Их так много. – указала я в сторону лестницы, по обе стороны от которой были ещё неизвестные комнаты.
– А-а, я думаю, что одна ведёт в какую-нибудь кладовку, а другая в подвал. Сейчас проверим.
Так и есть. Подвальное помещение. Я решила туда не ходить, оно ещё не было оборудовано. Заглянула одним глазком. Голые стены, но уже с двумя встроенными кладовочками. Смотреть нечего, потом заполним вещами доверху. Вторая дверь открыла для нас прачечную комнату. Стиральная машинка в придачу с сушильным агрегатом. Слава Богу, что не придётся мотаться в знаменитые «прачечные» и сидеть ждать по часу, когда твои вещи постираются и высушатся.
В этой подсобке расположена ещё одна дверь, за которой мы обнаружили гараж, который очень заинтересовал. Особенно папу. Помещение могло вместить в себя две машины. И ещё оставалось место для всякого барахла хозяев.
Немного повосхищавшись, я взяла отца за руку и силой вытащила его из: «Это теперь моя любимая комната будет!» и повела обратно в дом. Публичную зону мы осмотрели, теперь нас ждала приватная зона наверху.
Взбежав по лестнице на второй этаж, мы с нескрываемым любопытством начали обследовать всё вокруг. Три спальни и две ванных комнаты. После тщательного осмотра папа любезно согласился отдать мне самую большую комнату. Хоть и предполагалось, что она должна быть родительской. Но я же девочка, а «Девочкам нельзя отказывать» – поцеловал меня в щёку папа и «бипнул» по носу.
Ага, так я и поверила. Просто этот хитрый лис всё продумал. В большой комнате, соответственно, большой встроенный шкаф. Значит мне хватит места, и я не приду к отцу с намерением отжать половину его гардероба, чтобы «запихать своё лишнее».
Осмотрев габариты своего шкафа, я одобрительно и восхищённо захлопала в ладоши. Папа хмыкнул и с разбегу прыгнул на мою огромную кровать. Растянувшись как звезда, он зажмурился и довольно протянул: «Кааааайф!».
Не могу не согласиться. Я легла рядом с ним и приткнулась к его боку. Как в детстве. Папа закинул мне на плечо свою тяжёлую ручищу, и на секунду задумавшись спросил:
– Ну ты как, маленькая? Довольна?
Я подняла голову и внимательно заглянула ему в лицо. Нахмурился. Ждёт ответа. Боится.
– Да, пап! Всё нормально! Где ты – там и я! Тебе хорошо, значит и мне хорошо! – погладила его щетинистую щёку.
Папа в ответ поцеловал меня в лоб и грустно улыбнулся:
– Ты прости меня, Люсь, за то, что я тебя вот так вырвал из привычной действительности. Ты же знаешь, что я всё с самого начала взвесил. Если бы не думал, что это пойдёт тебе на пользу в жизни, то ни за что бы не согласился. Для меня же главное – ты и твоё будущее, а не работа. И за то, что ты, несмотря ни на что, согласилась и поддержала меня – я тебя люблю ещё больше! – на один миг он прикрыл глаза рукой, стараясь сдержать эмоции. Затем тяжело вздохнул и, наконец, хрипло произнёс:
– Ты так похожа на свою маму… Соня тоже такой была. Жертвенной. За семью готова была отдать последнее… Она бы очень тобой гордилась. Что не бросила папку. И всего лишь пару раз сопли на кулак намотала, пожевала и выплюнула. Я думал, что больше будет.
Я брезгливо поморщилась, представляя, как это выглядит. Вот умеет мой отец такую проникновенную речь под конец растоптать. Человек уже настроился, прочувствовал, уже готов слезу выпустить и на тебе, под конец что-нибудь эдакое выдаст. Всегда так было. Ему категорически нельзя говорить тосты. На моей памяти было несколько казусов, когда папа вставал и торжественно при всех поздравлял именинника/именинницу. Обычно, всё так красиво начиналось: «Желаю крепкого здоровья, счастья, долгих лет жизни…» и завершал фразой: «Дай Бог, чтобы ты в ближайшее время не умерла!».
Получите – распишитесь.
– Пап?
– Ммм?
– Я тебя тоже люблю! Ты – самый лучший папа на свете!
Мужчина рвано выдохнул и в секундном порыве крепко сжал меня в своих объятиях, что я даже вздохнуть не могла.
Но потом отпустил, «бипнул» по носу и поднимаясь с кровати, воодушевлённо воскликнул:
– Поехали изучим местность на наличие кафешек и супермаркетов. Перекусим, затаримся в магазине по полной. А потом с новыми силами вернёмся и начнём разгружать машину.
Мысль о еде тут же отразилась громким бурчанием в моём животе. Последний раз мы ели в аэропорту при пересадке на другой рейс. Мой растущий организм настойчиво требовал подзарядки. Так что мы быстренько уселись в машину и поехали на разведку.
В нескольких кварталах от нашего дома мы нашли «KFC», и набив животы до предела, довольные и сытые направились в ближайший гипермаркет.
Блин, правы были Юлька и Вика, не успели мы приехать, как накинулись на «фастфуд». Первым делом пожрать, а уже потом дела. Такими темпами, я на самом деле заплыву жиром и начну поглощать горстями таблетки для желудка.
Нужно срочно исправляться. Поэтому в магазине мы с папой долго и придирчиво рассматривали витрины с товаром, выбирая продукты для приготовления вкусной и комфортной для организма, домашней еды. Потом так же медленно пытались расплатиться на кассе. Хорошо, что мы заранее додумались заглянуть в обменник валют в аэропорту. Но по первости, новые «денюжки» вводили нас в лёгкий ступор. Меня уж точно, папа как взрослый соображал больше.
Всё-таки, пройдя этот небольшой «квест» в магазине, мы, гордые собой вернулись, чтобы не только занести вещи в наш новый дом, но и вдохнуть русский дух, который мы привезли с собой. А ещё нашего дедушку «домового», которого мы попросили переехать вместе с нами. Его к нам в квартиру привела наша бабушка. Ему было отведено почётное место на кухне. Фигурка старичка в лаптях и в рубахе приглядывала за нашим домом много лет.
Так что в этот же вечер, мы с папой пригласили его зайти с нами в дом и освоиться, искренне извиняясь, что оторвали нашего сторожа от родного края и привезли в это незнакомое и чуждое место. И, судя, по тому, что я весь вечер не могла найти зарядку для телефона, которую точно оставляла на прикроватной тумбочке в своей новой комнате, старичок знатно ворчал и ругался, но всё же был с нами.
А это самое главное. Уже ложась спать, я его от всего сердца поблагодарила и оставила на той самой тумбочке большую и вкусную конфетку.
Сама же я легла в первую ночь в папиной комнате.
Да! Трусиха я. Знаю. Ну и ладно. Лучше уж пусть кровать дрожит от папиного храпа, чем от моего страха.
Первый день в Америке мы выдержали. И это только начало. Впереди предстояло знакомство с соседями, оформление документов, покупка машины и «День открытых дверей» в университете.
Глава 6
Утром меня разбудил отец, который как обычно в своём репертуаре, гаденько хихикая настойчиво щекотал мне пятки, торчащие из-под одеяла.
И кому из нас восемнадцать лет, а?
– Люська, вставай, а то так всю жизнь проспишь!
Побрыкавшись задними конечностями, я промычала что-то нечленораздельное и с удовольствием растянулась на всей кровати как снежинка, растопырив при этом пальцы на руках и ногах.
Ах, как хорошо…тепло… уютно…кажется я таю… растекаюсь лужицей…
Так. Стоп. Не надо лужицу…
А, чёрт! Это папа меня водой из кувшина поливает!!!
– А-А-А-А!!! – завопила я во всё горло. – Ну всё, держись!!! – вскочила я с кровати, намереваясь догнать пулей вылетевшего из комнаты шкодника-переростка, чтобы сказать всё, что я о нём думаю в данный момент и познакомить его с холодным душем в одной из ванных комнат.
Уже настигнув его на первом этаже в гостиной, я вдохнула побольше воздуха и только открыла рот, чтобы выдать свою тираду, как отец нагло меня перебил:
– Спокойно! На меня нельзя кричать и бить! Я старенький уже… Беспомощный. Меня холить надо. Кормить… а ты дрыхнешь, бессовестная, без задних ног. Так и умереть с голоду можно! Кто обо мне позаботится, кроме тебя? Пришлось идти на крайние меры!
От возмущения у меня, наверное, глаза из орбит вылезли, вены вздулись и, кажется, ногти на ногах красного цвета стали.
– Ага, как же! Старенький он! Вон, как заяц, через всю лестницу сиганул! Даже дыхание не сбилось! – пыхтела я, усердно тыкая пальцем в грудь бесстыжему родителю.
– Так это я от страха! Ты так орала, что я с перепугу ускорился. Жить-то охота ещё. – со спокойной совестью пожал плечами отец.
Я глубоко втянула носом воздух, чтобы успокоиться и не пустить пену изо рта. А потом резко развернулась и направилась на кухню, демонстративно громко шаркая по паркету, зная, как это «любит» папа, который не заставил себя долго ждать и где-то позади меня раздраженно рявкнул на весь дом: «Не шаркай!».
Шалость удалась!
Я уже начала растягивать губы в победной улыбке, как неожиданно папа смачно шлёпнул меня по заднице каким-то журналом, который откуда-то уже был в его руках.
– Эээй! – и кинула на него сердитый взгляд.
– А нечего тут своими сплющенными булками светить! Сейчас должны приехать интернет нам подключать, так что шагом марш наверх одеваться!