Марсия Андес – Я сгораю. Разве ты не видишь? (СИ) (страница 40)

Стив неожиданно открыл мне глаза. Моя жизнь, оказывается, не зациклилась на смерти Джея. Браун вытянул меня из бесконечного круга самобичевания по поводу брата, уничтожил и отправил дальше, словно бейсбольный мяч, который питчер подаёт бэттеру, чтобы тот отбросил его своей битой куда-нибудь подальше.

За многие месяцы бегства от боли, которую причинил мне Джей, я поняла лишь одно: ни в коем случае нельзя оставаться в одиночестве. Никогда, слышите? Чем дольше ты остаёшься среди своих мыслей, тем сильнее начинаешь загоняться, думать и страдать, а это постепенно сведёт тебя с ума.

Поэтому я решаю, что для начала учебного года будет неплохо воспользоваться предложением тренера и вступить в команду по бегу. Так я займу себя после школы и смогу познакомиться с кем-нибудь из других ребят, потому что с уходом Нины из теннисы я остаюсь единственная, кто всё ещё цепляется за нашу четвёрку.

У Мил есть её друзья-задроты, у Трис её шестёрки и вечные вечеринки, у Нины теперь команда поддержки, а у меня нет никого, кроме них. Пора новой Эмме Вудс набраться решимости и вырваться из своей зоны комфорта, чтобы последний год в старших классов был незабываемым.

Когда ты думаешь об этом, всё кажется чертовски легко. Раз, и у тебя куча друзей, два, и ты популярен, три, и успех преследует тебя по пятам, но на деле всё не так. Где-то в глубине меня всё ещё существует прежняя Эмма, которая прячется за массой уверенности и новым образом. Она всё ещё любит Стива Брауна, тоскует по брату и скучает по тем временам, когда наша компания вчетвером собиралась на «нашем месте» и весело отрывалась, уверенная в том, что ничто никогда не сможет разлучить нас.

Итак, мы выяснили, что новый имидж не делает тебя другим человеком, потому что не так-то просто избавиться от своих страхов и проблем, которые постоянно преследуют тебя, но это даёт тебе шанс хотя бы попытаться что-то поменять.

И в тот момент, когда я выхожу из маминого красного идеального кадиллака, за рулём которого сидит мой отец, я говорю той Эмме, прячущейся внутри мен, «заткнись и катись к чёрту». Больше никто не посмеет задеть мои чувства и причинить мне боль, теперь всё будет так, как я захочу.

Я вздыхаю, набираюсь смелости, осматривая школьный двор, поправляю на плече сумку и решительно направляюсь к школе. Вот она: новая Эмма Вудс.

Чем хорош мой последний год в нашей школе? Долой форму! Предыдущие старшие курсы путём демократии и голосований добились отмены идентичной одежды, и теперь все старшие классы, безгранично кричащие об этом событии в социальной сети, могут носить всё, что пожелают.

Это странно. Я, привыкшая к тому, что в повседневной одежде меня могут увидеть лишь подруги и некоторые случайные ученики, встретившиеся мне в городе, безмерно волнуюсь, как они воспримут меня в новом образе. Идя по ровной асфальтированной дороге прямо в сторону главных дверей здания, я осматриваю парней и девчонок, группами расположенных по территории. Теперь, когда они не похожи на клонированных имперских штурмовиков, можно легко различить, кто к какому «сословию» принадлежит всего лишь взглянув на их одежду. И когда я смотрю на школьников, мне кажется, что вместо идеального потока людей, к которому я привыкла за последние годы, на меня обрушивается небрежная хаотичная масса «индивидуальностей».

Не мне судить. Так, как я одета сейчас, я никогда в жизни не ходила даже по городу. Мой уличный небрежный стиль больше походил на нелепые наряды из бабушкиного гардероба, которые я неумело сочетала с современными принтами. Учитывая, как нелепо смотрелось моё платье на Нине в день, когда она пришла в школу после ссоры с матерью.

Я неожиданно вспоминаю про Стива, который научил меня в лагере парочке приёмов, как сделать наряд более оригинальным и крутым, если он совсем безнадёжен, и невольно осматриваюсь, ища взглядом знакомую фигуру. Мысль о том, что этот парень находится в этой школе и, возможно, прямо сейчас наблюдает за мной, навевает странные чувства.

Я иду медленно, стараясь не навернуться на каблуках. Белое платье чуть выше колен с чёрным поясом развевается из-за лёгкого ветра, кожаная чёрная куртка с закатанными руками скрипит, когда я хватаюсь за ручку двери и открываю её, проваливаясь в школьный коридор, бордовая широкая повязка на голове в виде банта почти сливается с волосами и не позволяет им растрепаться. Пальцы сжимают сумку под цвет повязки, и я вздыхаю, пытаясь унять волнение.

Медленно иду в сторону своего шкафчика, пытаясь не обращать внимания на взгляды и перешёптывания. В шуме коридора я различаю несколько фраз.

— Что за девчонка?

— Новенькая?

— Это же Эмма Вудс.

— Привет, Эмма, — какая-то девчонка здоровается со мной, и я неуверенно улыбаюсь. — Отлично выглядишь.

Меня сковывает напряжение, пока я пересекаю коридор. Впервые в жизни чувствую на себе столько взглядов, и в какой-то момент мне даже кажется, что они все подшучивают надо мной или же издеваются, но потом я открываю шкафчик и смотрю на своё отражение в небольшом зеркале. Я выгляжу странно, непривычно и совершенно незнакомо, словно вдруг оказалась в теле какой-то другой популярной девушки и теперь незаслуженно пользуюсь её славой.

Я прячусь за дверцей, чтобы хоть как-то скрыться от любопытных взглядов. Мимо меня проходит парень из команды по регби в бордовом свитере с логотипом Викингов и присвистывает. Я усердно пытаюсь сделать вид, что этот свист был адресован не мне.

— О. Мой. Бог, — слышу отчётливый возглас за спиной и оборачиваюсь. Передо мной стоит Нина, а рядом с ней Мил. — Что ты сделала с моей Эммой? — рыжая округляет глаза, осматривая меня. — Тебя вообще не узнать. Я сначала подумала, что какая-то первогодка забрала твой шкафчик.

Нина хватается за сердце. На ней зелёная блузка, заправленная в тёмные джинсы, и кеды. Волосы убраны в хвост.

— Ты выглядишь как одна из группы поддержки, — комментирует Мил.

Она поправляет джинсовую куртку, затем скрещивает рука, но из-за огромной груди у неё это получается с трудом. Кажется, подруга слегка поправилась. Её нельзя назвать жирной, но и худышкой тоже. Нечто среднее…

— Знаешь, все эти популярные цаци, которые заставляют остальных прислуживать им, используют парней в своих целях и думают, что мир крутится вокруг них, — Мил кривится, изображая поведение девчонок.

— Вовсе нет, — отмахиваюсь я, пряча пару учебников в шкафчик и закрывая его. — Просто решила, что пора что-то поменять.

— Но… — Нина стонет. — Ты совсем другая. Блин… — она ещё раз осматривает меня. — Красивая и…

— Как будто раньше она была страшной, — закатывает глаза Мил.

— Нет. Она была нормальной! В смысле… Адекватной… и… — рыжая пытается подобрать подходящее описание, но у неё ничего не получается. Я вскидываю бровь, смотря на подругу.

Со мной снова кто-то здоровается, и на этот раз я отвечаю, немного улыбаясь.

— Так говоришь, словно боишься, что она заберёт у тебя популярность и место капитана команды поддержки, — Мил стукает подруга кулаком в плечо, смеясь, и та замолкает.

Кажется, Нина как раз это и пыталась сказать…

— В любом случае, — я улыбаюсь и вешаю сумку на плечо, — я собираюсь вступить в команду по бегу. Меня звала тренер перед каникулами, так что на счёт поддержки не волнуйся. Я не собираюсь соперничать с тобой на эту должность.

— Я и не… — Нина фыркает, начиная постукивать ногой, как она обычно делает, когда обижается и не знает, что сказать.

Мне говорит привет какой-то парень из оркестра, и я машу ему рукой.

— А мне это нравится, — тяну я. — Раньше меня никто не замечал, а сейчас все только и делают, что хотят подружиться со мной.

— Кто-то здесь словил хайп, — тянет Мил.

Я отмахиваюсь и поправляю прядь волос.

— Я записалась на предмет «Фотография» и на «Психологию», — заявляю я. — У меня уже есть девятнадцать кредитов, мне осталось всего пять, чтобы получить диплом, но нужно набрать как можно больше, чтобы потом выбрать престижный колледж и всё такое.

— Ого. У меня только четырнадцать, — тянет Мил.

— А у меня восемнадцать, — кажется, Нина пытается похвастаться, но никто не обращает на неё внимания.

Я вдыхаю и ещё раз осматриваюсь, скользя взглядом по ученикам. В какой-то момент мне кажется, что я замечаю среди толпы фигуру Стива, которая почти мгновенно скрывается из виду, и моё сердце пропускает удар, но в этот момент звонок раздаётся под потолком, и всё школьники начинают расходиться.

— У меня испанский, — бросаю я. — Увидимся позже.

Я улыбаюсь подругам и направляюсь в сторону своего класса, оставляя позади озадаченную Нину и почему-то чертовски весёлую Мил. Что ж, первый день начался неплохо, надеюсь, все остальные в этом году меня тоже не подведут.

34

Get Scared — Parade

Спорт в нашей школе делится по сезонам.

Осенью акцент идёт на теннис, американский и европейский футболы, волейбол, гольф, чирлидинг и кросс. Зимой борьба, плавание, прыжки в воду и баскетбол. Весной бейсбол, софтбол, лёгкая атлетика и снова теннис.

Точнее, так должно быть не только у нас, но и в остальных заведениях, но на самом деле всё это перемешано и превращено в сплошную кашу. Основной акцент идёт на команду по регби «Викинги», школа спонсирует их больше всех, при том, что на тренировках парни проводят всю осень, весну и часть лета. Теннисных кортов у нас всего два, и кроме Нины там занимается ещё три девушки и один парень, хотя в основном всё внимание было направлено на мою подругу, потому что её мама неплохо спонсировала школу и занятия дочери.