Марсия Андес – Не подпускай меня к себе (СИ) (страница 25)

— А. Ну, да, — небрежно бросает он, дёргая плечом. — Конечно.

Я подозрительно смотрю на Штормова — его брови сдвинуты, а лицо мрачнее тучи. Не нравится мне это. Не хватало ещё, чтобы Егор начал искать Сашу, чтобы проучить. Я же прекрасно знаю, чем это всё закончится. Ничем хорошим.

— Правда, Шторм, — бурчу я. — Я не хочу, чтобы у тебя были неприятности из-за меня. Если ты вдруг полезешь…

— Я же сказал, что помню, — резко обрывает меня парень, и я замолкаю. Становится неприятно от его тона, но я ничего не отвечаю. — Всё в порядке. Если этот урод будет держаться от тебя подальше, я не буду ничего делать.

Я прикрываю глаза, понимая, что такое развитие событий вряд ли воплотится в жизнь. Малийский так просто от меня от отстанет, учитывая, что после нашего разговора он сразу начал преследовать мою сестру. За Машу я не беспокоюсь, у неё есть те, кто постоит за неё, да и Саше она не нужна. Ему нужна я.

Не думала, что он настолько отмороженный, что после всех событий, произошедших с нами, решится снова связаться со мной. И почему сейчас? Почему не после того, как меня поймали? О нашем переезде, наверное, знал весь район, а о том, как я вломилась в школу, скорее всего, весь город, поэтому я почти уверена, что Малийский был в курсе того, что я уезжаю. Он мог найти меня, если не хотел отпускать, так почему не сделал этого? Боялся, что если нас увидят вместе, то его сцапает полиция? Струсил? Или что? Зачем тогда сейчас вернулся, зная, что я могу сдать его в любой момент.

Хотя, что я могу? Вряд ли копы заинтересуются такими пустяками, тем более дело уже давно закрыто. А меня могут ещё привлечь за дачу ложных показаний. Хотя, какие тут ложные показания? Я просто взяла всю вину на себя.

И теперь чертовски жалею об этом.

***

— Вы уже купили платье для выпускного? — Яна сидит на подоконнике в школьном коридоре, высматривая кого-то среди учеников.

Мы с Юлей стоим рядом, лениво зевая и изредка переговариваясь по поводу уроков или девчонок из параллельного класса, которые в этот момент смеются как ненормальные.

— В эти выходные пойду выбирать с мамой, — Юля облокачивается локтём о подоконник, поправляя волосы. — Хочу какое-нибудь длинное, чтобы подол был в каких-нибудь крутых штуках. Может быть, синее или бежевое. Я пока не решила.

Яна картинно вздыхает и вытягивает ноги, рассматривая свои туфельки. Я в пол уха слушаю разговор подруг, думаю о своём. Точнее, о Саше Малийском и о Егоре, который последние дни ведёт себя слишком подозрительно. С момента, как парень узнал о моей стычке в парке, проходит почти неделя. За это время о Саше не было никаких вестей, а мой парень выглядит так, словно замышляет провозку контрабанды через границу. Разговорить его не получается, Матвей тоже молчит. Всё это мне чертовски не нравится.

— А я обошла почти все магазины в городе и ничего подходящего не нашла! — Яна жалостливо стонет, морщась. — Уже думаю, может быть, на заказ сшить, пока время есть. Или в интернете заказать. Не знаю. Мне ничего не нравится, а хочется, чтобы этот день был особенным. И платье тоже, — Куркина опускает ноги и хлопает себя по коленям. — Сонь, а ты?

— А? — я возвращаюсь в реальность, понимая, что упустила всю суть разговора. Потом я резко вспоминаю вопрос подруги про платье, и расслабляюсь. — Да я не знаю. Вряд ли отец даст денег, так что возьму платье сестры. Тем более, будет ещё выпускной в одиннадцатом классе, чего париться. Другой вопрос, почему мы так и не выбрали, где будем справлять?

— Вот, да, — Юля поддерживает меня, и я благодарно улыбаюсь блондинке за то, что она взяла инициативу на себя. — Классная предлагает просто собраться в школе. Типа все параллельные классы, родители и всё такое.

Яна фыркает, отмахиваясь.

— Одиннадцатые классы снимут ресторан, — заявляет она. — А мы должны тусить в школе на каком-то балу, потому что слишком маленькие для этого. Бред.

— Я слышала, что учителя хотят объединить девятый и одиннадцатый классы, чтобы устроить общий бал, — бросаю я. — Чтобы одним ударом двух зайцев убить. До выпускного больше месяца, надо ещё сдать экзамены.

— Зато последний звонок уже в следующую пятницу! — Яна вскидывает руками. — Мы репетируем так много, что мне мои слова снятся уже.

Я фыркаю, качая головой, и замечаю в дальнем конце коридора Егора. Он стоит рядом с Матвеем и что-то рассказывает ему. Я внимательно наблюдаю за его активными движениями рук, за тем, как шевелятся его губы, как его фигура то появляется, то исчезает за телами других школьников. Что они там обсуждают?

В последнее время я совсем схожу с ума от подозрительности.

— А мне снятся задачки по математике и прочая ересь, — Юля вздыхает и достаёт свой сотовый. — Готовиться к экзаменам так сложно! Не представляю, как буду сдавать их.

— Не напоминай, — Куркина спрыгивает с подоконника, замечая приближающуюся фигуру учителя, и хватает свою сумку. — Пошлите в класс, здесь слишком шумно.

— Ага, — Юля не отрывается от телефона.

Я всё ещё смотрю на Штормова, изнывая желанием подойти к нему и поговорить, но понимаю, что если сделаю это сейчас, то точно буду доставать его с вопросами, что он задумал и что с ним происходит. Егор снова психанёт, и я испорчу всем настроение. В последнее время он сильно раздражается, если я пытаюсь поговорить с ним на тему моих проблем с бывшим. Не понимаю, почему.

Так, Розина. У тебя просто паранойя. Кажется, Малийский даже не собирается тебе искать, так что хватит думать о всякой ерунде.

Даже если Егор что-то задумал на счёт Саши, я всё равно не смогу его переубедить. Пока что всё хорошо, так что беспокоиться не о чем.

***

Такими темпами проходит следующая неделя. Мы все репетируем последний звонок, готовимся к предстоящим экзаменам, нервничаем из-за платьев и причёсок, кто-то уже сейчас задумывается о поступлении после девятого.

От Саши Малийского нет никаких вестей, поэтому я, в конце концов, успокаиваюсь и перестаю постоянно оглядываться по сторонам, ожидая увидеть его за углом. Думаю, если бы он действительно хотел, давно бы связался со мной. Наверное, разговор с сестрой был предельно убедительным, чтобы парень понял, что лезть ко мне — это плохая идея.

А что на счёт Маши? Она уже закончила диплом и готовится к ГОСам. Вообще, насколько я знаю, ГОСы уже отменили, но некоторые университеты всё равно используют их в качестве итоговой аттестации. Она говорила, что сначала у них будут экзамены, потом они защитят диплом, а затем всё. К июлю она уже выпустится.

Но предстоящая суматоха не отгораживает её от очередных скандалов. Родителям не нравится, что сестра постоянно тусуется у Миши, якобы они думают, что она насовсем к нему переехала и теперь живёт в чужой семье. А, собственно, что с того? Не вечно же ей с предками зависать. Не понимаю, как она вообще терпит их.

В этом духе и заканчивается мой учебный год. Последний звонок двадцать пятого мая проходит идеально. Мы все в школьной нарядной форме выпускников выступаем на концерте, первоклашки дарят нам сувениры, мы отпускаем шарики, которые прощаются с нами и улетают в небо, словно вырывавшееся из наших рук детство, фотографируемся, а после отмечаем прощание со школой вместе с учителями и родителями.

А дальше экзамены. Все мы суетимся, готовимся в последние свободные часы, чтобы успешно всё сдать, и даже не замечаем, когда весь этот водоворот событий заканчивается.

Выпускной через два дня, там нам выдадут результаты ОГЭ, а потом мы сможем попрощаться со всеми, с кем уживались целыми днями в школе. С теми, кто покинет нас безвозвратно и больше не вернётся.

Мне, как человеку, который проучился здесь всего несколько месяцев, грустно. И я даже не представляю, что чувствуют те, кто знал друг друга с первого класса. Наверное, это чертовски тоскливо знать, что ты больше не увидишь в этих стенах людей, с кем проучился девять лет. И следующие два года уже как-то не привлекают…

23

The Killers — Four Winds

Соня.

Как я и говорила, всё началось с сообщения Никиты Верховского, который написал мне два месяца назад и предложил встретиться, чтобы вспомнить былые времена, вот только он забыл упомянуть, что компанию нам составит Малийский, которого видеть в своей жизни я хотела меньше всего.

После странной стычки с моей сестрой, Саша так и не соизволил найти меня. Для такого человека, как он, отыскать адрес кого-то — лёгкая задача. Тем более, что у него есть связи и друзья, которые живут в этом городе и знают каждый его уголок. За два месяца они запросто могли разыскать мой дом, вот только почему-то не стали этого делать. И меня это беспокоило больше всего.

После того, как Малийский кричал, что я всё ещё его девушка и что ему плевать, с кем я там встречаюсь, парень подозрительно затих. Отступил? Понял, что всё равно ничего не сможет изменить в этой ситуации? Сдался? Я с трудом в это верила. Тот Саша Малийский, которого я знала год назад, ни за что на свете не стал бы разбрасываться словами на ветер, а потом сливаться, словно трусливая шавка.

Но чем дольше продолжалось это затишье, тем сильнее я расслаблялась. Впереди меня ждали каникулы, и я не собиралась думать о всяких глупостях и проблемах. Даже если Саша что-то задумал, мне плевать. У него всё равно ничего не получится, ведь я не собираюсь бросать Егора ради того, кто подпортил мне всю жизнь. От той Сони Розиной, которая ходила с красными волосами и проводила время в компании старшеклассников-отморозков не осталось и следа.