Марсия Андес – Если бы я был Богом... (страница 7)

– Зачем тебе он?

Я оборачиваюсь и смотрю на Локи, который уже закончил взламывать защиту банка – парень незаметно подошёл ко мне и встал за спиной, держа в руках ноутбук. Я пожимаю плечом и отворачиваюсь, снова бросая взгляд на Билла, который так и сидит рядом с льющейся водой.

– Не знаю, – говорю я. – Он может пригодиться. Да и мне скучно, никаких развлечений.

Локи фыркает и облокачивается рукой о спинку моего стула, нагибаясь к моему уху и довольно бормоча:

– Признайся, что ты просто хочешь его трахнуть. Он же чертовски сексуален, – Локи улыбается.

Я вздыхаю и на мгновение прикрываю глаза.

– И это тоже, – признаюсь я. – Но у меня не только животное желание переспать с ним. Я хочу, чтобы он был только моим.

– Ты влюбился что ли? – скептично спрашивает друг.

Я закатываю глаза.

– Глупости. Давай сюда информацию, – я протягиваю руку, но Локи одним резким движением отталкивает её.

Парень ставит передо мной ноутбук и открывает какие-то файлы.

– Времени было мало, поэтому пока только это нашёл, – бормочет он. – Зовут Билл Каулитц. 21 год. Работает у Рэки с 13 лет. Судя по слухам, мальчишка пытался стащить деньги у главаря, но его поймали. Предложили вступить в клан, так как дома у парня всё равно не было, – я начинаю листать фотографии и какие-то документы о Билле. Случайные кадры, счета в банке, где у него, кстати, находится довольно приличная сумма, паспорт, поддельные удостоверения. Я даже не уверен, что информация о нём верная, ведь Рэки мог сделать с беднягой всё, что угодно. Значит, парня уже ломали когда-то. Я буду не первым… – Ещё… – Локи осекается.

– Что? – я поворачиваю к нему голову.

Парень неуверенно пожимает плечами.

– Ходят слухи, что парень не может без воды. Вообще. Возможно, у него какая-то травма с этим, – он забирает ноутбук и закрывает его.

Я прикусываю губу и смотрю на экран – Билл уже покинул ванную, и теперь снова лежит на кровати. Его волосы взъерошенные и мокрые.

– Вот и узнай, – говорю я. – Я хочу знать о нём всё. Детство, интересны, предпочтения в еде. Откуда он, кто его родители, какое у него настоящее имя, в конце концов.

Я потираю переносицу и теперь смотрю на экран, где показывают фойе отеля и каких-то посетителей. Голова раскалывается – бессонная ночь даёт о себе знать.

– Думаешь, даже имя поддельное? – с сомнением спрашивает Локи.

Я пожимаю плечом и какое-то время молчу. За окном начинается дождь, и я только сейчас понимаю, что даже не заметил, когда именно небо успело затянуться тучами.

– Кто знает, что сделал с ним Рэки, – говорю я. – Мальчишке было всего 13. Я хочу знать всё о том, что с ним сделали и кем он был до того, как попал в клан.

Я выключаю несколько экранов, чтобы не отвлекаться, однако оставляю на виду своего «гостя», чтобы понаблюдать за его поведением.

– Как вообще ты собрался контролировать его? – Локи отходит в сторону и снова садится на диван. – Не думаю, что Билл так просто будет подчиняться тебе.

Я задумчиво хмурюсь, откидываюсь на спинку стула и прикрываю глаза. Думать совершенно не хочется, вообще нет желания чем-то заниматься.

– Ты когда-нибудь слышал о Стокгольмском синдроме? – спрашиваю я, наконец, открывая веки и бросая на Локи задумчивый взгляд. Тот качает головой, мол, не знает, что это такое. Я вздыхаю и начинаю объяснять. – Это термин из психологии. Если кратко, то это момент, когда жертва начинает испытывать чувства к своему похитителю. Сочувствие, уважение, влюблённость. Синдром редкий, всего 8%, что он вообще возникнет. Это обычная психологическая защита. Я хочу сломать Билла и заставить его влюбиться в меня. Хочу, чтобы он зависел от меня.

Я замолкаю и жду реакции Локи, но тот почему-то молчит. Проходит больше минуты, прежде чем парень подаёт признаки жизни:

– Да ты настоящий извращенец, – фыркает Локи. Я тихо смеюсь. – Думаешь, сработает? Я почему-то не уверен.

Я пожимаю плечом и задумчиво смотрю на экран – Билл так и не двигается. Наверное, заснул.

– Я не знаю. Посмотрим, как всё будет продвигаться, – бросаю я. – Ладно, мне надо разобраться с бумажной работой. Попроси, чтобы мне принесли кофе и что-нибудь перекусить, пожалуйста, – говорю я.

Локи кивает и поднимается на ноги, оставляя свой ноутбук на диване. Парень выходит из кабинета, а я открываю нижний ящик и достаю оттуда бумаги, накопившиеся за этот месяц. Счета, документы, разборки с другими бандами, какая-то прочая работа.

Как же мне лень этим заниматься. Ненавижу рутину. Это скучно и тоскливо…

7. Куколка.

Kevin Rudolf – In The City

POV Bill

План побега никак не хочет возникать у меня в голове, и все попытки на его создание рушатся, даже не начавшись. Выбраться ночью у меня не получится: отель напичкан датчиками слежения, камерами, охраной и, самое ужасное, собаками. За мной следят круглосуточно, я даже не смогу покончить с собой, если захочу. Окна из пуленепробиваемого стекла – я уверен, что Том понапичкал ими все номера – оно не открывается, даже форточки нет, а если я попытаюсь разбить его, что будет совершенно бесполезно, тут же появится охрана и скрутит меня. Я могу, конечно, забаррикадироваться в ванной и попытаться утопиться в моей любимой воде, но, к моему сожалению, меня спасут и откачают. Я не умру, пока этого не захочет Том.

И самое ужасное – ошейник. Стоит мне только попытаться избавиться от него, как моё тело забьётся в судорогах из-за электрического разряда. Естественно, от него умереть я не смогу, зато будет неприятно. Я как собака, которую хотят выдрессировать бесполезным командам.

Я мог бы притвориться, что согласен на сотрудничество. Да, теперь я понимаю, что поступил глупо, когда отказался подчиняться Тому. Я мог бы втереться к нему в доверие, притворяться до последнего, что я ему верен, а потом сбежать при первой удачной возможности. Теперь этому не бывать. Этот парень не дурак, чтобы верить в мои бредни, что я готов делать всё, что он пожелает. Даже если мне и удастся избежать того, что мне готовит Том, за мной всё равно будут пристально следить. Я буду на коротком поводке, не смогу даже в туалет сходить без разрешения, поэтому я ни за что на свете не пойду на это. Пусть делает со мной, что хочет. Я слишком гордый, чтобы опускаться до такого. Даже собаки не меняют своих хозяев лишь по какому-то щелчку. Верность надо заслужить.

Время тянется долго – ко мне приходят лишь один раз, чтобы принести еду, но я к ней даже не притрагиваюсь. Проваляться на кровати несколько часов подряд – это единственное, что я хочу. Чувствую себя запертым зверем, оставленным на съедение одиночеству, дожидаясь своего неизбежного конца. Интересно, как там Рэки? Жалеет ли он, что так просто отпустил меня?

За окном темнеет – я даже на какое-то время умудряюсь заснуть. Просыпаюсь я от тихого звука открывающейся двери. Резко, неожиданно, даже чувствую, как сердце пропускает несколько ударов. Я прислушиваюсь – в комнате темно, но я точно ощущаю чьё-то присутствие. Кто-то дышит, чьё-то сердце бьётся, и он точно смотрит на меня.

Он бесшумно подходит к кровати, но я не оборачиваюсь. Я лежу к нему спиной и смотрю в пространство, готовый защищаться в любую секунду. На мгновение мне хочется засунуть руку под подушку и достать нож, но я вспоминаю, где нахожусь и что со мной было. Ножа там и в помине нет.

Я узнаю его. Его присутствие давит и ломает, рядом с ним невозможно находиться без страха, потому никогда не знаешь, что взбредёт в его голову. Том останавливается возле кровати – я чувствую, как его рука тянется ко мне, словно щупальца осьминога, готовые захватить тебя в «объятия» и задушить. Я замираю – моё тело настолько напряжено, что я готов в любую секунду сорваться с места и атаковать. Интересно, если я убью Тома, что мне за это будет? Сверну ему шею, а потом буду ждать его охрану, которая пристрелит меня вслед за ним.

Ещё пара сантиметров, и его пальцы прикоснуться ко мне. Я не хочу этого. Резко разворачиваюсь, перехватываю его руку и тяну на себя, чтобы осуществить захват и придавить Тома к кровати, а потом убить его по возможности, но всё происходит как-то быстро и неправильно. Я даже не успеваю уследить за тем моментом, когда мой план рушится к чертям.

Том делает несколько ловких движений, не позволяя мне повалить себя, а потом прижимает меня к кровати. Теперь я лежу на животе, парень сидит на моих ногах и заламывает мои руки за спину. Я не могу даже пошевелиться. Это унизительное поражение.

– Хорошая попытка, малыш, – Том нагибается к моему уху и шепчет – его дыхание проникает внутрь меня через кожу, и я чувствую, как мурашки скользят по моему телу. – Но у тебя ничего не получится.

По его голосу я понимаю, что он улыбается. Я не сопротивляюсь, потому что понимаю, что это бесполезно. Том не только чертовски умён, но ещё и в хорошей физической форме.

– Пошли, прогуляемся.

Парень отпускает мои руки, но не слезает с меня. Я упираюсь ладонями в кровать и пытаюсь перевернуться, но у меня ничего не получается. Слышу, как в руках лидера «Жажды» что-то звенит, и моё сердце холодеет. Это цепь.

– Ты ведь будешь хорошим мальчиком? – певуче тянет Том.

Он нагибается и пристёгивает к моему ошейнику цепь, словно собираясь вывести собаку на прогулку, затем слезает с меня и встаёт на кровати на коленях. Я переворачиваюсь на бок – парень наматывает на кулак цепь, заставляя меня подняться, и притягивает к своему лицу. Я пытаюсь отстраниться от Тома, но ошейник перекрывает дыхание, потому что его слишком сильно натягивают. Лидер приближается к моему лицу – в темноте я вижу, как сверкают его глаза. Он немного прикрывает их и вдыхает в себя мой запах – его кончик носа невесомо прикасается к моей щеке.