Марсия Андес – Если бы я был Богом... (СИ) (страница 25)
Я кладу руку на её голову и немного поглаживаю, чтобы чувство безопасности охватило девушку окончательно. Мой кулак, в котором находится Малия, сжимается всё больше. Скоро, я окончательно заставлю её перейти на мою сторону. Осталось совсем чуть-чуть…
25. Локи
Monolith — Terror Disco
Малия.
Меня держат в неведение на счёт ситуации в клане «Бледная роза», и все мои попытки узнать подробности проваливаются с треском. Такое чувство, что Роберт специально запретил всем поднимать эту тему в моём присутствии, а все мои как бы случайные расспросы не приводят вообще ни к чему. Даже никогда не затыкающийся Тони, который безумно любит поговорить, ни разу не упоминает про Рэки.
Теперь, когда Роб знает о моей связи с моим бывшим лидером, я чувствую себя уязвимой. Словно бы за моей спиной стоит Роберт и упирается острым ножом мне в спину, так и норовя воткнуть его в мою плоть.
Я постоянно напряжена и ожидаю какого-нибудь подвоха. То, что произошло в прошлый раз на задание с Самантой, ещё больше выбивает меня из колеи. Я совершенно запуталась и не знаю, что мне делать. Лица моих бывших товарищей по клану постоянно стоят у меня перед глазами, словно осуждая за мои грехи, и я буквально всеми клетками своего тела чувствую, как меня засасывает в ад.
Я думаю о своём прошлом, настоящем и возможном будущем. О прошлом больше всего. Я вспоминаю погибшего брата, я думаю о своих родителях, о первой встречи с Рэки, о первом убийстве, о чувствах, которые захватили меня полностью в первую секунду, когда властные глаза Босса «Бледной розы» пронзили меня насквозь.
Я его боготворила. Я была настолько покорена его властью и уверенностью, что готова была на всё, лишь бы меня похвалили. Я хотела, чтобы меня заметили и чтобы мной гордились. Думая о своих родителях, которые только и делали, что горевали по Адаму, упиваясь своими горькими слезами и совершенно не замечая моего присутствия, я смотрела на Рэки и радовалась каждый раз, когда он ставил меня в пример, когда улыбался мне, когда говорил, что я самая преданная и лучшая из всех его подчинённых.
Я была влюблена в него чистой детской любовью и совершенно не понимала, что Рэки использует меня, потому что в тот момент, когда мне перевалило за восемнадцать, моё место заняла другая. Маленькая девочка по имени Розалия. Ей было всего одиннадцать.
Но я была предана моему Боссу и у меня даже не было ни единой мысли, чтобы возражать ему или возмущаться. Я просто выполняла приказы, а когда оставалась в одиночестве, утопала в своей боли и чувстве ненужности. Я боялась, что моё место займёт кто-то другой, поэтому выполняла свою работу идеально. Я была лучшей, я была его правой рукой. Я знала всего секреты и тайны, я, если бы захотела, могла бы его уничтожить.
А потом со временем боль стихла и я неожиданно для себя поняла, что, когда ты вырастаешь, тебе уже не нужно никакой любви или глупых чувств, приносящих одни только разочарования. Я была предана Рэки, и он отвечал мне невероятной щедростью. Пока я выполняла его приказы, я могла делать всё, что пожелаю. Пока я была рядом с ним, я получала всё. И мне этого было достаточно.
От той девчонки, которая пыталась обворовать Босса клана мафии и которая влюбилась в него с первого взгляда, не осталось даже ни одного воспоминания.
А от правой руки «Бледной розы» больше вообще ничего не осталось.
***
Как мне и обещал Роберт, Локи принял эстафету от Саманты, и я вздохнула с облегчением, потому что надменное лицо девчонки мне уже порядком надоело. Локи, в отличие от неё, совсем неразговорчив. Он постоянно сидит со своим ноутбуком и вечно что-то взламывает, какие-то счета и системы, ворует деньги, переводит на счёт клана, добывает информацию, которая необходима Роберту.
Я же просто слоняюсь без дела и нахожусь поблизости от парня. Тони всё ещё ходит за мной попятам и оставляет меня в покое только в те моменты, когда передаёт в руки моему новому надзирателю, чьи пронзительные голубые глаза прожигают меня насквозь и заставляют напрягаться все клетки моего тела.
В отличие от Саманты, которая давала мне постоянно различные глупые поручения, чтобы посмеяться над тем, как я их выполняю, с Локи мы практически не разговариваем. Единственный минус: большую часть времени мы проводим в кабине Роберта, потому что мой надзиратель вообще оттуда не вылезает. Он словно поселился на диване у Роберта и не горит никаким желанием съезжать оттуда.
Роберт редко задерживается в своём кабине, он постоянно где-то ходит, что-то делает, куда-то уезжает. Я почти уверена, что он занимается делами остальных кланов. Что же у него на уме? В прошлый раз он предложил объединиться против Моргана, чтобы победить его общими усилиями, но недавно он признался мне, что Морган на его стороне. Что это всё значит? Какова его настоящая цель? Я совершенно не понимаю, что творится у него в голове.
— Малия, — тихий голос Локи вырывает меня из своих мыслей.
Я сижу в кресле в кабинете Роберта и смотрю в огромное окно на вечерний город, который манит меня своими огнями. Повернувшись к парню, я встречаюсь с ним взглядом.
— Что ты знаешь о том, как Рэки стал главой клана?
Я немного прищуриваюсь, пытаясь понять, шутит ли парень или же говорит абсолютно серьёзно. Он что думает, что я так просто расскажу секреты своего бывшего клана?
— А что? — спрашиваю я.
Локи недолго молчит.
— Пытаюсь найти о нём информацию, но не могу найти ни слова о том, как он стал Боссом, — прямо говорит парень, и у меня складывается странное ощущение, что меня снова проверяют.
Я пожимаю плечом и отворачиваюсь.
— Обычно, — бросаю я. — Его отец умер, и Рэки стал новым Боссом. Как это всегда бывает.
Локи что-то печатает на своём ноутбуке, больше не смотря на меня. Через минуту он говорит:
— Но все знали, что Рэки не ладил со своим отцом. Говорят, что предыдущий Босс хотел передать титул кому-то другому, — вкрадчиво тянет он.
— У Рэки не было родственников, он был единственным ребёнком.
Я неохотно кривлюсь и снова смотрю на Локи, начиная пристально прожигать его взглядом.
— Зачем тебе информация о нём? — интересуюсь я.
— Необходима, — Локи не обращает на меня внимания, полностью погружаясь в компьютерный мир.
Я ничего не отвечаю. Они снова роют под «Бледную розу»? Но зачем? Интересно, а они и другие кланы так тщательно изучают? Вот только с какой целью? Хотят уничтожить? Неужели, Роберт хочет захватить всю мафию и быть главным среди всех кланов? Неужели он хочет власти?
— Если расскажешь, какая сейчас обстановка в «Бледной розе» и что Рэки думает том, что я убила его людей, я могу дать тебе подсказку, — тяну я, пытаясь вытащить хоть какую-то информацию из парня. — Если скажешь что-нибудь достойное.
Локи поднимает взгляд и смотрит на меня. Несколько секунд он молчит, а затем опускает взгляд на ноутбук и безмятежно улыбается.
— Извини. Роберт запретил говорить тебе любую информацию касательно твоего бывшего клана и ситуации между остальными кланами, — мурлычет парень. — Со временем сама узнаешь. А… Судя по твоим словам и намёку, который ты хотела мне дать… Скорее всего, на месте клана «Бледной розы» должен быть совсем не Рэки…
Я поджимаю губы. Чёрт. Попытка не удалась. Значит, Роберт всё-таки запретил им говорить мне про бывший клан. Но почему? Я ведь всё равно ничего не смогу да и не собираюсь ничего делать. В чём проблема? Почему Роб так не хочет, чтобы я была в центре ситуации? Это что его очередная попытка сломить меня? От меня ведь и так уже ничего не осталось…
26. Изнывающая желанием
Зомб — Танцуем на грани
Малия.
Мой сон беспокоен, но не из-за очередного кошмара, которые преследуют меня с момента моего похищения. Нет. Мне снится дикий безудержный секс с человеком, лица которого я не вижу, потому на моих глазах плотная повязка, а руки прикованы наручниками к верхней части кровати.
Властные, но одновременно нежные и горячие пальцы скользят по моей талии, очерчивая контуры моей груди и заставляя моё тело податливо выгибаться, словно бы умело создавая глиняную вазу, которая меняет свою форму по желанию хозяина.
Меня бросает в жар, и я тихо выдыхаю, представляя, как моё обнажённое тело лежит на кровати и извивается от обжигающих прикосновений. Приятная волна накрывает внизу моего живота, и я шумно сглатываю.
Рука медленно двигается по моей талии, проходит путь по моей попе и скользит по бедру, резко хватая меня под коленом и заставляя согнуть ногу. Я дёргаю руками, но наручники не позволяют мне лишних движений. Чувствую, как тело нависает надо мной, придавливая рядом кровать, и обживающее дыхание опускается на мою шею. Колено моего мучителя неожиданно упирается между моих ног, заставляя тихий стон вырваться из моего рта, но одновременно с этим чей-то поцелуй накрывает мои губы, и решительный язык очерчивает контур. Я выгибаюсь навстречу руке, которая сжимает мою грудь, начиная медленно, но немного грубо мять её, и натыкаюсь своим телом на обнажённую мужскую грудь. Очередная волна желания скользит под моей кожей и затуманивает все мысли.
Я отвечаю на нежные поцелуи, пытаясь извернуться таким образом, чтобы быть ближе к моему мучителю, но грубая рука придавливает меня к кровати за плечо и резко пристраивается между моих ног. Я изнываю от желания, мысленно умоляя, чтобы человек вошёл в меня и избавил от жгучего томящего напряжения, и мне уже даже не важно, кто это. Дикий жар сводит с ума, руки дёргаются, пытаясь освободиться и скользнуть вниз к пульсирующему клитору, чтобы хоть немного избавить моё тело от жажды удовольствия, но наручники впиваются в кожу и не позволяют делать то, что я захочу.