Марси Коннолли – Полые куклы (страница 6)

– Я всегда боялся, что всё испортил. Что случайно стёр слишком много, когда ты попросила помочь.

Я не могу не улыбнуться, глядя, как он счастлив:

– Нет, это всё она. – Я приканчиваю остатки своего обеда и отодвигаю тарелку. – Твоей сестре не пора уже вернуться? – Я хмурюсь, пытаясь отыскать сознание Джеммы. Моё сердце пропускает удар, когда я не чувствую её мыслей поблизости.

– Может, хозяин гостиницы занят. Сегодня днём здесь много народу, – говорит Себастьян. Он смотрит мне в глаза – и бледнеет. – Симона, что случилось?

Я сжимаю руки, мои колени дрожат под столом:

– Наверное, ничего. Но я не слышу её мыслей.

Себастьян поднимается из-за стола:

– Что?

Некоторые странники отрываются от еды и пялятся на нас. Но мне всё равно, как и Себастьяну. Прежний беспощадный ужас бежит по нашим жилам. Я пытаюсь успокоить нас обоих:

– Наверное, она пошла на другую сторону улицы. Туда, где я её уже не слышу. Может, она в конюшне. Она говорила, что собирается проверить лошадь. – Слова выплёскиваются у меня изо рта, пока мы бежим в том направлении, куда ушла Джемма.

«Бедные детки».

«Пусть эти беспризорники держатся подальше от моей поклажи».

«Их никто не учил, что нельзя бегать в помещении?»

Я прилагаю все усилия, чтобы отгородиться от мыслей странников, пока мы не оказываемся на улице. День тёплый и светлый, но это нас не успокаивает. Мы идём по каменной дорожке мимо зарослей травы и высоких деревьев по направлению к конюшне. Какой-то человек направляется к гостинице, он едва замечает нас, проходя мимо. Но я заглядываю ему в голову, просто на всякий случай. Он думает только о том, как хочет есть, и ещё злится на свою лошадь. Я с облегчением выдыхаю.

Оказавшись вблизи конюшен, я запускаю свою магию внутрь, но чувствую только сознания животных, в том числе Красной: все сонные и довольные. Кроме одной, которая злится на своего хозяина не меньше него самого – за то, что ездит на ней кое-как. Конюх тоже спит где-то внутри.

Я хватаю Себастьяна за руку:

– Её там нет.

Глаза у него широко раскрытые и влажные.

– Симона, куда она могла уйти? Она бы не бросила нас, правда?

Я вспоминаю все разы, когда случайно проникала в мозг Джеммы. Несмотря на то что ответственность за двух детей свалилась на неё неожиданно – тем более что её брат более десяти лет числился пропавшим без вести, – она не попыталась уклониться от неё. Она любит Себастьяна и добра ко мне. Она бы не бросила нас.

– Нет, ни за что.

Нарастающая паника Себастьяна просачивается мне в голову. Она обвивается вокруг горла, грозя задушить.

– Идём. – Я тяну Себастьяна обратно в гостиницу, а оказавшись внутри, мы, вместо того чтобы пойти обратно в таверну, идём прямо к лестнице, которая ведёт к номерам. Это единственное место, где мы ещё не проверяли, хотя я не могу представить, что Джемме могло там понадобиться. Коридор здесь тёмный, повсюду лежат тени, но ни один разум не может от меня скрыться. Мы начинаем с прихожей, моя магия дотягивается до каждого угла, пока вдруг не натыкается на что-то знакомое, но оно ускользает прежде, чем я успеваю его ухватить.

– Сюда, – говорю я. Мы поворачиваем за угол, и Себастьян испускает радостный вскрик. В конце коридора стоит некто похожий на Джемму и пытается отпереть дверь комнаты. Я застываю на месте.

Что-то не так.

– Джемма! – кричит Себастьян, и некто резко вскидывает голову. – Где ты была?!

У меня дрожат руки. Я не чувствую мыслей Джеммы, хотя её тело стоит перед нами, разинув рот от удивления. Теперь её контролирует другой разум. У меня перехватывает дыхание.

– У меня нет на это времени. – Она проходит мимо Себастьяна, словно не знает его, и толкнув при этом так, что он падает на пол.

Я прижимаюсь к стене и зажмуриваюсь, когда Джемма быстрым шагом проходит мимо меня. В этот момент у меня начинают трястись колени от тошнотворного ощущения сознания контролёра в теле нашей опекунши.

Все мысли захватнического сознания только об одном: «Нужно их найти. Нужно их найти». Но контролёр, похоже, сам плохо представляет, кто такие эти «они», у него есть только смутное понимание, что что-то пропало и это следует отыскать.

Я отлепляюсь от стены и кое-как помогаю Себастьяну подняться. «Это контролёр», – мысленно говорю я ему.

У Себастьяна дрожат губы:

– Мы должны что-то предпринять.

Он сбрасывает мою руку и бежит за своей сестрой и сознанием, которое её контролирует.

На мгновение ужас приковывает меня к месту. Меня начинает тошнить от одной мысли, что я окажусь рядом с контролёром. Но я не могу бросить Себастьяна. И не могу допустить, чтобы он выкинул какую-нибудь глупость.

Я нагоняю его, когда он выбегает на лестницу вслед за сестрой. Его отчаяние густое как плотный дым.

– Джемма, это я. Пожалуйста!

Я хватаю его за плечо и дёргаю назад. Сумка съезжает у него с плеча на руку.

– Себастьян, это уже не она. Это не она. Она не знает нас.

Джемма резко оборачивается с пронзительным блеском в глазах:

– Почему ты так решила, девочка?

– Нипочему. Я ничего не знаю! – Я дрожу и тащу Себастьяна вниз, но Джемма хватает его за руку:

– О, а мне кажется, знаешь. У тебя есть дар, не так ли? – Джемма улыбается такой не Джемминой улыбкой, что от этого мурашки бегут по коже.

Я как можно громче мысленно кричу Себастьяну в надежде, что он услышит меня за ревущим в его мозгу смятением: «Контролёр знает. Откуда-то он знает, что у нас есть дар!»

Это выводит Себастьяна из ступора, и он рвётся назад, налетев на меня, когда Джемма бросается на нас. Мы бежим по коридору прочь от неё, но не в ту сторону. Она почти настигает нас и перекрывает путь к лестнице:

– Ну, так и какие же у вас дары? Дайте-ка угадаю. Что-то связанное с мозгом? Что-то, что позволяет вам понять, что я не та женщина, за которую вы меня приняли?

Я осмеливаюсь оглянуться, но вижу только выражение безумного ликования на лице Джеммы. Меня трясёт от нарастающей паники, и мы оба ныряем в ближайший номер.

Себастьян в ужасе оборачивается: «Что нам делать? Куда теперь бежать?»

Я бросаюсь к окну, но мы слишком высоко, чтобы выпрыгнуть, ничего себе не повредив. Я с трудом сглатываю и выпрямляюсь.

Мы должны сразиться с ней. У нас нет выбора.

Дверь со скрипом открывается, и мы с Себастьяном крепко сжимаем руки и невольно пятимся, когда в дверях появляется Джемма с неестественной улыбкой на лице.

– Ну, может, вы не будете усложнять нам всем задачу и просто подойдёте ко мне? – Она протягивает к нам руки, будто на самом деле верит, что мы за них возьмёмся.

«Забери у неё воспоминания о встрече – и бежим. Только будь внимательнее: забери их у контролёра, а не у твоей сестры».

Себастьян застывает на месте. Шагнув вперёд, он хватает Джемму за руку. Она дёргает его к себе:

– Ну, что ты умеешь? Скажи мне… – Её глаза стекленеют, и какое-то время она только быстро моргает в замешательстве, а потом отпускает Себастьяна, глядя на него так, словно впервые видит.

Я знаю, что у меня есть всего несколько секунд, но я собираю в кулак всю свою концентрацию и вслушиваюсь изо всех сил, пока наконец не слышу слабый мысленный крик Джеммы: «Бегите! Симона, бери Себастьяна, и бегите! Я встречу вас в Архивах, обещаю!»

Удивление на лице Джеммы сменяется раздражением, совершенно не соответствующим отчаянию, которое я только что слышала.

«Бежим! – мысленно кричу я Себастьяну. – Джемма хочет, чтобы мы убежали!»

Мы сбегаем вниз по лестнице и вылетаем из входной двери гостиницы, нам вслед несётся вопль хозяина гостиницы, которого мы по пути чуть не сбили с ног.

Слёзы струятся по щекам Себастьяна и по моим тоже. Мы прячемся за большой дуб во дворе, за которым нас не увидят из окон гостиницы, и переводим дыхание.

– Что теперь делать? – спрашивает Себастьян между всхлипываниями. «Моя сестра, моя родная сестра…» – это все его мысли.

– Нужно уйти от контролёра как можно дальше. – Когда смысл фразы полностью доходит до нас, у обоих на глаза снова наворачиваются слёзы. Это значит, что придётся бросить Джемму. Или подвергнуться риску снова стать жертвами. Снова оказаться в плену. Это самый страшный наш кошмар. – Так хочет Джемма, – говорю я. – Прямо перед тем как мы убежали, она сказала, чтобы мы шли в Архивы, она встретит нас там.

Себастьян соглашается, хотя для него бросить сестру – всё равно что отрезать себе руку или ногу. Он обхватывает себя руками, стараясь не потерять присутствия духа.

– Контролёр не будет держать её вечно. Когда-нибудь ему это надоест или, в крайнем случае, ему нужно будет поспать – тогда он её отпустит и Джемма будет свободна от его власти. Мы будем ждать её в Архивах, а если она не появится, нам, возможно, удастся связаться с кем-нибудь из Сети, с теми, кто освободил нас от леди Эшлинг, и попросить помощи, – подбадриваю я Себастьяна.

Зерно надежды поселяется у Себастьяна в мозгу, и его мысли становятся не такими мрачными.