Марселла Бэлл – Пообещай лучшую ночь (страница 28)

Осторожно приподнявшись, чтобы не разбудить спящую рядом с ним женщину, он нажал на кнопку внутренней связи.

— Да?

Взглянув на часы, он с удивлением обнаружил, что было уже восемь часов утра. Он не спал так долго с тех пор, как окончил колледж.

Но, с другой стороны, он давно не ложился так поздно, проведя столько времени, и так бурно, с женщиной.

В плену бури, чувствуя себя в безопасности благодаря их договоренности, что они только временно забудут о существующих правилах, он был так счастлив, как никогда в жизни.

И он обнаружил, что существует большая разница между удовлетворением и счастьем.

Проснувшись рядом с Мири, он осознал, что все последние годы привык принимать первое за второе.

— Мне пришло в голову, что ваша гостья будет рада сегодня побывать в гардеробной, поскольку буря не спешит стихнуть. Там может оказаться моль, но Шарис хранит там много полезных вещей, и мисс Ховард, возможно, будет рада сменить одежду.

Свернувшаяся клубочком рядом с ним Мири приоткрыла один глаз.

Она подняла бровь, и, хотя только что проснулась, ее взгляд был… таким.

— Отличная идея, Мельба. Спасибо. Мы сегодня позавтракаем в малой столовой. Вчерашнее меню нас устроит. Я сам разбужу мисс Ховард.

— Очень хорошо, сэр.

Закончив разговор, он с радостью вернулся в свой маленький мирок, в котором существовали только он и Мири.

Несмотря на ее такой взгляд.

— Значит, у тебя есть только банные халаты, да? — спросила она, подняв голову и улыбнувшись.

Не в силах удержаться, он рассмеялся. И это было таким же странным для него, как и проснуться с ощущением счастья.

— Я понятия не имел. Я уже говорил тебе, что здесь у меня гостей не бывает. Ты первая. Внезапно она покраснела.

— Ну, сегодня я обязательно посещу гардеробную, — чопорно сказала она.

— А как насчет того, чтобы потом покататься на коньках? — спросил он. — Или посмотреть кино?

Она насторожилась.

— Ты уверен, что это хорошая идея?

Он кивнул.

— Никто не знает, что ты здесь. Никто еще даже не знает, что мы познакомились. И пока бушует буря, никто не сможет сделать ни одного снимка, даже если очень захочет. Мы уже договорились, что все, что произойдет здесь, здесь и останется. Так почему бы не воспользоваться случаем и не пуститься во все тяжкие? — спросил он с энтузиазмом, страстно желая убедить ее.

Она снова превращала его в тинейджера.

Но она лишь повторила свою мантру:

— Что произойдет здесь, здесь и останется.

И это его и восхитило, и одновременно покоробило.

Он привык объяснять своим женщинам, что, общаясь с таким богатым человеком, как он, нужно быть осмотрительным, но почему-то ему не хотелось, чтобы Мири была осмотрительной.

Он не хотел, чтобы ее больше заботило соблюдение тайны, чем наслаждение ею.

— Хорошо, — сказала она и улыбнулась. — Но это означает, что будут и свечи, и Ханука. По крайней мере, пока не стихнет буря.

С этим он не стал спорить.

— Итак, куда подевался мой халат? — спросила она с лукавым блеском в глазах, к которому он уже начал привыкать.

— Завтрак может немного подождать, — улыбнулся он и притянул ее к себе.

Она была прижата к свидетельству того, из-за чего завтрак может подождать, и только с удивлением спросила:

— Опять?

Но вместо слов Бенджамин наглядно показал ей, что имел в виду.

Гардеробная оказалась именно такой, какая, по ее понятиям, она должна быть у богатого человека. Это была большая комната, заполненная верхней одеждой, домашней одеждой, туфлями и разными аксессуарами всех цветов, размеров и стилей.

— Это все предназначено для гостей, так что приходите и берите все, что вам может понадобиться, — сказала помощница Бенджамина, которая привела ее в этот частный дизайнерский бутик.

Мири кивнула.

Помощница слегка улыбнулась и вышла из комнаты, оставив Мири выбирать себе одежду.

Было обидно, что из-за шторма нельзя было выйти из дома, потому что гостевой гардероб Бенджамина мог похвастать фантастическими куртками и комбинезонами. Но все равно Мири, перейдя к домашней одежде, почувствовала себя принцессой.

Кто, как не принцессы, мог выбирать одежду лучших дизайнеров из кашемира и тончайшей шерсти? И хотя она опасалась, что одежды ее размера будет немного, пока все, что она выбирала, было ей впору.

А Бенджамин даже не знал, что у него все это есть.

Фыркнув, она продолжила рассматривать одежду, напевая себе под нос.

— Не забудь, мы сегодня будем кататься на коньках, — услышала она его голос.

Она не знала, как долго он стоял в дверях, наблюдая за ней, но реакция ее была все той же.

При виде его ее бросило в жар.

Было невозможно поверить, что она занималась любовью с этим роскошным мужчиной, с его шелковыми волосами и пронзительными голубыми глазами, в его удобных облегающих брюках и классной толстовке.

И не один раз.

И они еще будут проделывать это.

Столько времени, сколько будет длиться буря, и они будут одни в своем мире.

В мире, в котором существуют волшебные комнаты, набитые бесплатной одеждой.

— Что обычно надевают на каток? — спросила Мири.

Бенджамин улыбнулся:

— Ты никогда не каталась на коньках?

Она покачала головой:

— Я же выросла в Лос-Анджелесе.

— Но там тоже есть катки.

— Не в моем Лос-Анджелесе, — улыбнулась она.

Его устремленные на нее глаза излучали тепло, но он ответил очень серьезно:

— На катке прохладно, и я посоветовал бы что-нибудь теплое, но не слишком.

Приняв его слова во внимание, Мири выбрала черные бархатные легинсы и янтарного цвета большой свитер, на этикетке которого было написано, что он сделан из стопроцентного кашемира.

— Что ты думаешь об этом? — спросила она.

Но, глядя на ее лицо, а не одежду, он ответил:

— Идеально.