Марселла Бэлл – Ночь, которой не было (страница 2)

– Мои извинения, ваша светлость, – тут же произнесла девушка, не глядя на Себастиана и слегка склонив голову. Он ожидал такого ответа, но все же с удивлением понял, что ее равнодушие его задело.

– Вам следовало бы смотреть, куда идете, – протянул он, пользуясь высокомерным тоном аристократа и присоединяя надменную улыбку.

Этим уловкам он научился с самого детства, а что-то было у него в крови. И это возымело должный эффект: Дженна наконец подняла на него глаза. В этот момент Себастиан понял, что его тщательно продуманный план может дать сбой. Он просто не в силах был мыслить рационально. Взгляд девушки буквально пригвоздил его к месту, от него перехватило дыхание. В ясных глазах ее читалась искренность, глубина которой завораживала, и отнюдь не профессией объяснялось это. Дженна была чиста всей душой, такова была ее натура. Она без труда открывалась другим, и казалось, что и от окружающих она ждала того же.

Себастиан вдруг подумал, что эти темно-карие глаза прожигают его насквозь – возможно ли это, что Дженна видит его таким, какой он есть, не обращая внимания на маски и тайны? Соблазн поверить этому был велик, но он не позволил себе поддаться ему. Обычная девушка – и конечно, она не знает о нем ничего, так же как и все окружающие. Если бы она видела его насквозь, щеки ее не окрасил бы румянец, брови не сошлись на переносице в изумлении, а розовые губы не приоткрылись бы. Значит, его чары работают, как всегда, и созерцание собственного успеха придавало игре особую пикантность.

– Еще раз примите мои извинения, я была невнимательна, – произнесла Дженна, и голос ее прозвенел, словно колокольчик, чистый и невинный. Приподняв одну бровь, Себастиан протянул:

– Я вас прощаю за то, что вы не заметили меня, но помните, второго раза не будет.

Слова его обескуражили девушку и вместе с тем заставили ее очнуться от своих мыслей и посмотреть на него внимательнее. Но в ту же секунду она, прищурившись, сказала:

– Прошу прощения, я не понимаю вас.

– А я – вас.

Теперь Дженна смутилась окончательно.

– Что, простите?

– Разве можно простить солнце за то, что оно встает и воскрешает к жизни весь хаос вокруг?

– О чем вы?

Было видно, что Дженна не понимает ни слова из намеков Себастиана. Странным образом, он и сам перестал себя понимать, и обычные в подобных случаях игривые комплименты казались ему сейчас неуместными и глупыми. Однако его не так-то просто было сбить с толку.

– Дженна Мустафа, меня необъяснимо тянет к вам.

Что-то словно погасло в ее взгляде.

– Очень смешно, – ровным голосом произнесла она, отворачиваясь.

Себастиан тут же ощутил себя покинутым, растерянным – но только на миг. Повинуясь внезапному порыву, он схватил девушку за руку, зная, что никакие его слова не заставят ее вновь обратить на него внимание. Она была на службе, и ничего иного в эту минуту от нее нельзя было ожидать.

Дженна с изумлением посмотрела на его руку, не менее изумлен был и он сам, ведь этот жест вовсе не входил в его планы. А потом она подняла на него глаза – и весь их свет, все благородство, что были движущей силой, с которой эта девушка служила своей королеве, читались в ее взгляде, но сейчас все это было направлено на Себастиана. «Она моя», – промелькнула мысль.

– С вами все в порядке? – спросила тем временем Дженна, вглядываясь в его лицо.

Себастиан недолго думал – он знал, что лучшего оружия, чем абсолютная правда, у него нет. И хотя какой-то тихий голосок нашептывал ему одуматься и не делать того, что он задумал, он его проигнорировал.

– Нет, – веско произнес Себастиан, наблюдая за лицом девушки. Как всегда, он попал в цель. Дженна смутилась.

– Могу ли я вам помочь? – спросила она.

– Пойдемте со мной в библиотеку.

Услышав это странное предложение, Дженна напряглась – инстинкт подсказывал ей, что дело неладно. Умение распознавать опасные ситуации, отточенное за годы службы, сыграло в этом немалую роль, вот только она не понимала, отчего ей так тревожно, точно предстояло принять бой, а не беседовать с одним из самых привлекательных мужчин в окружении богатых и влиятельных людей. Возможно, она почувствовала, что Себастиан не просто так флиртует с ней, в нем ощущалась какая-то скрытая сила, хотя Дженна знала о нем лишь то, что он отчаянный Казанова. Истории о его похождениях были такими скандальными, что порой не верилось в их реальность. Но сейчас, стоя лицом к лицу с ним, глядя в его зеленые глаза под темными бровями, любуясь его блестящими золотистыми волосами, модно постриженными и небрежно откинутыми назад, высокими точеными скулами, намекающими на темперамент и чувственность, Дженна подумала, что все рассказы должны быть правдой. Наверное, поэтому ей так не по себе – она по природе своей осторожна и осмотрительна, а сейчас перед ней стоит привлекательный мужчина, знающий толк в женщинах. Не просто знающий – мастер соблазна. Глядя на таких, женщины теряют голову, но Дженна твердо знала, что она в безопасности по трем простым причинам: она небогата, некрасива и набожна. Окончив военную академию и три года прослужив во дворце, она поняла, что эти три факта заставляют окружающих видеть в ней лишь обслуживающий персонал. В отличие от напарницы, Хелен д’Тьерца, поразительно красивой и состоятельной женщины, привлекающей множество одобрительных взглядов от поклонников, Дженна словно стала невидимкой, надев форму.

Для жителей столицы главным интересом была мода, последние тренды во всех сферах жизни – их ритм жизни был куда быстрее. И центром притяжения поклонников была та, которая хорошо разбиралась во всем этом. Поэтому Дженна проигнорировала свою тревогу и сдержанно кивнула красавчику. В конце концов, королева, похоже, пока что занята – так отчего не помочь герцогу Редклиффу? Подняв руку, которую все еще держал ее новый знакомый, Дженна улыбнулась.

– Конечно, ваша светлость. Но вам придется показать мне дорогу, я не ориентируюсь в поместье д’Тьерца.

Произнеся эти слова, Дженна впервые задумалась над тем, как они странно звучат: поместье это было домом ее лучшей подруги Хелен, но она видит его впервые, да и то по долгу службы. Что в очередной раз доказывает: в этом мире знаменитостей и гламура она чужая, даже если речь идет о близких людях. Такова цена, которую она заплатила за пребывание далеко от дома. Там, откуда она родом, друзья и семьи часто собирались вместе и знали друг о друге все. Хорошо еще, что у нее вообще есть подруги, правда, обеим она обязана подчиняться, ведь одна – герцогиня, а другая – королева. Но они так близки, что последнее не имеет значения. Дженна проводила с королевой день за днем, а жила с Хелен в одной квартире, и после работы они каждый день ужинали вдвоем. Это ли не близкая дружба – ведь они практически не расстаются.

Отмахнувшись от назойливых мыслей, Дженна снова взглянула на герцога, который продолжал держать ее руку, и тепло его пальцев пульсом отдавалось под кожей. Вот он слегка сжал их, и капризная улыбка появилась на его губах. Дженна словно завороженная смотрела ему в лицо – внимание ее привлекли его точеные скулы, на которых лежала легкая тень щетины. Странно, что герцог не чисто выбрит, подумала она. По ее личным наблюдениям, было лишь два типа мужчин, позволявших себе не бриться: лентяи и очень занятые люди. Редклифф вряд ли принадлежал хоть к одной категории, учитывая его репутацию ловеласа. Впрочем, он выглядел прекрасно и так – даже слишком. Но обаяние его и привлекательность были коварны – сквозило в них что-то хищное, какая-то грация опасного зверя. К счастью, подумала Дженна, ее никогда не привлекали плохие мальчики.

– Конечно, – произнес Себастиан, оглядывая балкон и клубящуюся на нем толпу. Не отпуская руку Дженны, он повел ее внутрь дома.

Она терялась в догадках, идя за ним и попутно запоминая маршрут. Что могло понадобиться от нее герцогу Редклиффу? Вот он толкнул очередную дверь, ничем не отличающуюся от других, и Дженна застыла в изумлении. Все комнаты в поместье были просторными, но сейчас перед ними предстала громадная библиотека. Стены ее причудливо изгибались, и казалось, вокруг них нарастают волны. Потолок был расписан роскошными фресками, и от самого пола до потолка вздымались полки с книгами. Массивный купол пропускал солнечный свет, и каждый уголок манил своим уютом: то тут, то там можно было увидеть кожаный диванчик, венский стул рядом со столиком, мягкое кресло с подушками у огромного окна. Тишина внутри завораживала – такая тишина бывает только среди огромного количества книг или на величественных снежных просторах. Она обволакивала, окружала со всех сторон, укутывая вошедшего точно мягким одеялом. Это был рай для читателя, но герцог Редклифф пришел сюда вовсе не ради книг. Ему нужно было уединение, которое трудно было сыскать на оживленной вечеринке.

– Если я не ошибаюсь, мы пришли в библиотеку, – отметила Дженна, по-прежнему теряясь в догадках.

Себастиан, не поворачиваясь, отозвался:

– То, что я хочу сказать, требует большего уединения, чем может предложить эта помойка.

Дженна напряглась и запротестовала:

– Библиотека чудесна.

Себастиан, все еще не глядя на нее, ответил:

– Красота библиотеки в том, что ею пользуются, оставляют в ней воспоминания и эмоции, это вход в другие миры. Эта же библиотека, по сути, мавзолей – построена была лишь для хвастовства, а отнюдь не ради удовольствия. Ни молодая, ни вдовствующая герцогини не пользуются ей и не любят эту комнату. Потому я и говорю, что это помойка.