Маркус Кас – Компас желаний (страница 21)

Мы присели, и Аврамова вывалила на меня всю свою жизнь. Довольно безэмоционально и скупо, по существу.

Эмоциональное в этой истории было лишь одно. Её брат. По этой причине она и рассказала всё с начала. Чтобы я понял, насколько это важно для неё. Что компромисса не будет.

Они родились в цирке. Самом обычном бродячем цирке, который ездил по всей империи, развлекая жителей. Если быть точнее, в цирке они выросли. Младенцев подбросили в один из фургонов, когда цирк уезжал. Обнаружили их на первой остановке, далеко от небольшого уездного городка, затерянного в одной из южных губерний.

Как им потом сказали, дети оказались настолько тихими и спокойными, что всю дорогу молчали, поэтому их не нашли сразу. Да и потом случайно — кто-то заглянул в фургон, где перевозили реквизит в поисках материала для растопки. Решили использовать потрёпанные афиши, сверху которых и нашлись подкидыши.

От обычных детей избавились бы. Бродячая жизнь сурова, лишние рты им были не нужны. Но среди труппы был один человек, способный видеть чужой дар. Он на стоянках изображал шамана, предсказывая будущее. Неважно, что шаманы никогда таким не занимались. Люди платили звонкой монетой за надежду.

В общем, тот старик не был обманщиком, как разоблачённый мной Степан-Себек. Видя дар, цирковой шаман хотя бы мог направить в нужную сторону.

Шаман и вступился за младенцев, взяв их воспитание на себя.

Дети были близнецами. Мальчик оказался менталистом, а девочка владела иллюзиями. И меня только сейчас осенило. Я немного знал близнецов, но все они и правда обладали дуальными силами магии. Любопытно.

Уж не знаю, как сумел тот шаман разглядеть дар в новорождённых. Возможно, был настолько силён. А может, просто пожалел детей. Но выросли они оба действительно сильными магами.

Но была проблема. То ли мать их рожала втайне, оттого второпях и не заботясь о здоровье детей, то ли так просто сложилось, но мальчишка не мог ходить с самого рождения. Что усугубляло отношение прочих, и не в лучшую сторону. Лишний рот, так ещё и обуза. Требующий особого ухода и условий.

Детство их выдалось непростым, пусть и наполненным приключениями. По крайней мере, Елизавета рассказывала о том времени с долей восторга. Переезды, представления, закулисная жизнь артистов — была в этом своя романтика.

Девочка с малых лет привыкла заботиться о брате. И защищать его, порой кулаками. Близнецы подрастали, прочно занимая своё место в цирке. Брат со временем стал помогать шаману. Научившись считывать людей, подавал знаки, и «гадания» удавались всё лучше и лучше. Предсказатель становился популярным, вместе с тем вызывая зависть коллег.

— Они подожгли наш дом, — обыденно сказала Аврамова.

Правда или нет, но в пожаре погиб их названный отец, старый шаман. А вину свалили на брата Елизаветы. Что, мол, он, инвалид такой, не уследил за огнём. Девчонка успела вытащить только брата. Обожглась с головы до ног, но спасти шамана не сумела.

Те, кого она считала семьёй, жёсткой и странной, но всё же семьёй, предали их. Винили в случившемся, осуждали и требовали возмещения за все годы «пропитания».

И, одной безлунной тёмной ночью, девушка забрала брата и ушла в никуда. Было это недалеко от Москвы.

Каким образом беглецы, не имеющие ничего за душой, устроились в городе и выжили, Елизавета не сказала. Бросила равнодушное «всё получилось». Это она посчитала неважным для рассказа.

Вот только с того момента, как появились деньги, единственной целью Аврамовой было исцелить брата. Но тут оказались бессильны лекари. Если бы недуг попытались излечить в детстве, шанс был бы. Теперь же магия жизни не могла помочь. Слишком поздно.

В столицу девушка перебралась по той же причине. Чтобы обратиться к Бажену, известному своими уникальными способностями. Но увы, маг озвучил тот же вердикт — неизлечимо.

Тогда-то Елизавета и решила, что раз не может помочь сила жизни, то возможно создать такой артефакт, который поставит на ноги калеку. Если не исправит, то существенно изменит жизнь.

Обратилась она к князю Левандовскому. Ну как же, заведующий кафедрой артефакторики главного магического учебного заведения империи! Уж он-то должен был помочь. Но и тут увы, не получилось.

Князь, по обыкновению, высказал своё отношение к даме в не самых лучших выражениях. Вряд ли оскорблял. Аркадий Власович был знатным снобом, но не хамом. Тем не менее Арамовой чуть ли не в лоб было сказано: покровительство высшего света не означает, что она его часть. И место своё нужно знать.

Некрасиво, но Левандовский всё равно не справился бы с задачей. Возможно, сам понимал это.

К князю у меня и без того было много вопросов, так что к его великому счастью он уехал далеко. Уже появилась мысль обратиться к мастеру воров, чтобы он подключил свои связи. У их братии они были обширными. Но с Левандовским я намеревался разобраться лично. Рассказанное Аврамовой было лишь каплей в море.

В общем, получив такую неприятную реакцию, девушка стала действовать осторожнее. Узнала про род Вознесенских, известных артефакторов, выяснила всё доступное и подошла с другой стороны.

То есть известной ей — заманить молодого повесу, завоевать симпатию и получить желаемое. Поэтому и слала приглашения. Поэтому несмотря на обиду приняла меня.

— Поставьте Ивана на ноги, ваше сиятельство, — подытожила островная княгиня свой рассказ. — И тогда я достану вам кого угодно. Со всеми его грязными тайнами.

Я нахмурился. Поставить на ноги того, кто с рождения не ходил? Ничего себе услуга взамен информации о тётушке.

Глава 13

— Я заплачу! — воскликнула девушка, увидев выражение моего лица, явно намекающее на её неоправданно высокую цену за информацию.

Это уже было лучше, пусть и недостаточно. Выбирай я заказы по принципу оплаты, давно бы очутился на стороне, где подобные услуги артефактору оказывают бесплатно и охотно. Не то чтобы преступники были более благодарными, просто у них возможностей было больше.

Но меня на тёмную дорожку совсем не тянуло. Впрочем, как и как-либо оценивать ту сторону.

Так что не обещание денег и не трогательная история Аврамовой меня заинтересовала.

То, что Елизавета не врала, я знал. Всё время, пока она рассказывала, проверял её ментальной магией. Обойти дар менталиста можно, но не на столь продолжительной дистанции. Одна небольшая ложь или такая объёмная — разница была существенной.

Утаивала какие-то моменты из жизни, но не врала.

Вот её брат, возможно, смог бы меня обхитрить, если постарался. И то, менталист менталиста практически не может обмануть. Когда знаешь, как работает эта сила, хорошо видишь все её проявления и уловки.

В общем, в правдивости всего пути, приведшего близнецов сюда, я не сомневался.

К тому же цели разжалобить меня я тоже не ощутил. Елизавета просто объясняла, насколько дорог ей брат. И что она не кисейная барышня, а многое повидавшее. И чётко добивающаяся цели. В этом впечатлила, нужно было признать.

Редко встретишь настолько целеустремлённого человека, которого не сломить любыми испытаниями. Лишь одно она пока не прошла — оставить ответственность за взрослого человека. Хотя, может, это и к лучшему.

— У меня есть средства! — продолжила Елизавета, восприняв мою задумчивость на счёт платёжеспособности.

Знала бы она, насколько это не влияло на мой выбор. Да и её репутация тоже. Учитывай я слухи, что слышал о самых разных людях, никогда бы не познакомился с величайшими из них. А уж о чём, а о чужой морали я вообще никогда не думал.

Мораль! Очень относительное понятие. Побывал я в одном племени, где верхом воспитанности для женщины считалось показать обнажённую грудь. Иное воспринималось как проявление неуважения. Знатно тогда эти обычаи сбивали с толку наших. Мы довольно быстро обвыклись и научились не реагировать, но случись такое в столице…

А на другом острове женщины сами выбирали себе мужей. Во множественном числе, вот именно. И, когда я на прямое заявление аборигенки о намерении сделать меня каким-то десятым мужем выразил несогласие, случился скандал. Вопиющим считалось подобное поведение. Обычно мужчины добивались внимания местных дам, а раз уж дама сама обратила свой взор, то это знак свыше, не меньше. Негоже с высшими силами бороться. К счастью, один моряк с нашего судна такой возможности обрадовался и предложил себя на замену. Устал от вечных путешествий и пожелал остаться на райском острове. Свадьбу тогда с неделю праздновали. Едва не лишились ещё нескольких моряков.

Весьма экстравагантный архипелаг нам попался.

— Если вам понадобится ещё какая-либо услуга… Я готова, — отважно пообещала девушка, откровенно улыбнувшись. — В моём салоне найдётся развлечение на любой вкус, уверяю. И у вас, ваше сиятельство, будет доступ ко всем.

Ну вот надо испортить такие чудесные воспоминания и вообще весь мотив беседы! Я разочарованно помотал головой. Недостатка в развлечениях и приключениях я с моей работой никогда не испытывал.

Но этот выпад выдал, что Аврамова в отчаянии. Её стремление спасти брата перешло все разумные границы.

— То, что вы просите… — я пытался подобрать слова. — Непросто. Мне нужно поговорить с вашим братом.

— Вам? Зачем? — удивилась она. — Вы же не целитель, к чему это?

— Я артефактор, — многозначительно ответил я и, не дождавшись реакции, пояснил: — Мне нужно оценить, насколько всё серьёзно. В соответствии с этим уже понимать, что придётся сделать.