Маркус Кас – Империя храмов (страница 28)
Я ошалело слушал сквозь лязганье ножниц и запоминал. Тут то до меня дошло, что сам Глеб имеет графский щит. А значит признанный и высокородный. Эта новость удивила даже больше, чем новая форма.
Похожая на прежнюю, но выглядящая на порядок дороже и пошита умелее. У завхоза Владимира, который резко поменял своё отношение ко мне и лебезил, горячо обещая, что я получу ещё лучше, в самое ближайшее время. Для чего тот снял мерки и отвесил сомнительный комплимент хорошей фигуре.
Наставник мрачнел с каждым моим преображением. Я тоже не особо радовался, что меня разряжают, как девицу на выданье. Хотя, что скрывать, подстриженным и хорошо одетым быть приятно.
— Послушай, Илья, — остановился он в пустом коридоре. — Я вижу, что ты парень хоть и непростой, но всё же из уездных. Не позволяй себя купить этими тряпками и вниманием. И совет мой…
— Прежний, я понял. Ни на что не соглашаться, — я улыбнулся и попытался его успокоить. — Не переживай, чтобы меня заинтересовать, придется целую империю предложить.
Моя шутка с долей шутки ему не очень понравилась, но наставник немного расслабился.
— Постарайся, хм, молчать и не лезть на рожон. Дерзость твоя, вероятно, придется по нраву тамошней публике. Они привыкли, что все перед ними пресмыкаются. Так что мелкие огрехи простят, да позабавятся. Только, ради объятий Вечной, не переусердствуй!
Да понял я уже, что княжичам не надо ломать благородные носы. Долго он ещё мне припоминать это будет? Ладно, потом объясню, что учусь я быстро.
Пока мы носились туда-сюда, день шел к закату. Обед я пропустил, но у цирюльника мне дали бутербродов. Как кормят на великосветских приемах, я знал. Никак. Их закуски разве что воробьев могут накормить.
Но на голодный желудок и соображается лучше. Потерплю до ночи, а там наведаюсь в столовую. Это мне снова пообещал Глеб.
Суета и беготня вкупе со множеством сведений, впихиваемых в память, меня измотали. Хуже марш-броска, видят боги. Вишенкой на торте для меня стал автомобиль с личным водителем в лице наставника. Тот, похоже, собрался меня поджидать и подстраховывать.
Пока он рассказывал про императорскую династию Романовых, я смотрел в окно. Небоскребы опять грозно нависали. Мы ехали к ним, в центр поднебесной жизни. И тут я увидел первый блок-пост. В эту часть города просто так не пускали.
Но, едва заметив наши нашивки, военные дали добро на въезд. Даже документов не попросили. А вот это интересно. Всё же не настолько плохое положение у служителей церкви, как мне показалось.
Мы углубились в царство стекла и неона и заехали на подземную парковку центральной башни. Здание напоминало шишку, то есть реально фаллический символ в самом крупном масштабе. Императорский?
Под землей этот императорский жезл уходил ещё на несколько этажей. Нам пришлось спускаться на шесть. Там Глеб и остался, напоследок напомнив «не дурить» и я зашел в лифт.
На нём доехал до вестибюля, где для меня вызвали другой и, использовав электронный ключ, отправили наверх. Никаких кнопок и цифр в сверкающей металлической кабине не было.
Лифт доставлял только в одно место, в пентхауз его императорского высочества, на самый верхний этаж. Одну из стен лифта занимало окно в пол. И, когда он устремился вверх, внутри ухнуло и сжалось. Улица с прохожими с невероятной скоростью исчезла внизу, а я поднимался над городом среди переливающихся небоскребов.
Меня одновременно тянуло подойти поближе и отталкивало. Завораживающее зрелище стирало границу. Казалось, сделай шаг и полетишь.
И только звуковой сигнал вывел меня из гипноза. Я был выше всех, остальные здания не смели спорить с главным и горели огнями посадочных площадок для вертолетов подо мной. Пришлось приводить себя в чувства злорадной мыслью, что будет, сломайся лифт. Сколько же по лестнице тут идти…
Двери с тихим шипением открылись и меня окутало шумом и ароматами. Голоса, женский смех, сигары и алкоголь. Я шагнул в холл пентхауса.
Приглушенный свет смягчал силуэты гостей, прохаживающихся по первому этажу. Наверху, в тенях балконов второго, тоже скрывались фигуры. Я шагнул и ботинки утонули в густом ковре. С монстрами под землей я уже познакомился, теперь познакомимся с монстрами поднебесья.
Глава 16
Среди гостей выделялись, в первую очередь, адепты. Черная строгая форма сразу привлекала внимание, среди изящных и модных нарядов. Мой изголодавшийся взор сразу устремился к прекрасной половине.
Тут, в почти приватной обстановке, дресс-код позволял многое. Откровенные декольте и высокие вырезы, оголенные до ямочки на копчике спины, облегающие второй кожей шелковые платья… Ух, соберись, Илья, ты на задании.
На каком, правда, вспомнить я не мог. Ко мне подлетел официант и даже не предложил, а впихнул в руку высокий бокал с шампанским. Шипучку я выпил залпом и тут же вернул пустую тару немного удивленному парню.
На моё прибытие отреагировали женскими томными и мужскими оценивающими взглядами. Мимолетные, но внимательные. Посмотрели и вернулись к беседам.
Я привычно отметил входы и выходы, пересекая холл. Знакомых у меня тут не было. И слава яйцам. Точнее, к своему неудовольствию я обнаружил несколько перспективных адептов, успевших стать узнаваемыми.
Княжич Ростовский и носатый носитель фламберга держались рядом. С ними беседовал статный мужчина в парадной военной форме с махровыми эполетами. Высокий воротник держал его шею таким жестким корсетом, что голову он поворачивал вместе с корпусом.
Я гордо и одиноко встал у панорамного окна, задумчиво наблюдая за вечерним городом. Когда не знаешь, чем себя занять, делай вид, что решаешь в уме проблемы мирового масштаба. И люди сами к тебе потянутся.
И людьми потянуло.
Сначала я ощутил необычные духи. Необычные для девушки — тяжелые древесные ноты с чем-то сладким. Моя рука оказалась в плену у восхитительного создания. Пленяющие изгибы тела, едва прикрытого струящимся золотым шелком. Как держится такая конструкция на тонких бретельках я никогда не понимал.
Кажется, одно неосторожное движение и платье водопадом хлынет на пол, обнажая её тело, как рабыню на невольничьем рынке. Зараза, что за шампанское мне подсунули?
Жгучая брюнетка с удивительно синими глазами улыбнулась мне по-дружески. Как если бы мы были давно и близко знакомы. Она повернулась к окну, смотря туда же, куда я уставился до её приближения.
И принялась с интересом разглядывать далекие огни.
— Вы тут впервые? — от её чуть хриплого голоса мурашки пробежались по спине.
— Так заметно? — с трудом собрался я и отвлекся от незнакомки.
— Ну, — она повернулась и наградила ещё одной улыбкой, полной обещаний. — Я могла бы сказать, что ваше поведение выдает вас. Но, во-первых, сегодня тут полно адептов, — она кивнула на нашивку. — А во-вторых, я знаю всех в лицо. И вас я вижу в первый раз.
— Меня устроит первый вариант, — вежливо оценил я её логику. — Вы меня вычислили. Простите, но мы не представлены…
Все инструкции наставника вылетели из головы, как только я почувствовал её близость. Девушка не прижималась вплотную, но при этом стояла так близко, что я чувствовал тепло её тела.
Соберись, Илья, нельзя сдаваться первой же… фее. Брр, наваждение какое-то.
— Ой, — умело засмущалась она. — Прошу извинить, вы так… Необычны. Меня зовут Мария, для друзей Мари. И я надеюсь, что мы подружимся.
— Илья, ваше светлость, — мои глаза нашли герб — в виде золотого кулона на шее.
Месяц и звезда из увесистых камней глубокого красного цвета, на княжеском щите из золота покоился между полушарий третьего размера. Терялся там, как и я, пытаясь рассмотреть герб. Исключительно для того, чтобы разобраться, кто передо мной.
— Ну что вы, Илья, для вас просто Мари. Позволите представить вас моим друзьям?
А вот уже было более продуктивно, чем залипать в княжескую грудь. Навязываться самому было неприлично, а милая княжна могла взять на себя роль моего «представителя».
— Благодарю, буду вам признателен, — я кивнул и улыбнулся.
И меня начали представлять. Князьям и графам, генералам и адмиралам. По одному и тому же сценарию. Обмен именами и титулами, осведомление о здоровье, погоде и экономике. Светские разговоры сводили меня с ума, но я держался.
Не без помощи княжны, которая умело уводила меня дальше и дальше, переходя от одной группы аристократов к другой. По пути я опрокинул, то есть уже неторопливо пригубил, ещё пару хрупких бокалов.
Торжественная часть с выступлением его императорского высочества, цесаревича Георгия, задерживалась. Но никто не беспокоился по этому поводу, обмениваясь любезностями и поглощая шипучку. Официанты метались, поднося поднос за подносом.
Закуски, кстати, я так и не увидел. От чего разгорелся аппетит. И не только на еду. Мари не отпускала мою руку, изредка позволяя чуть прижаться в пылу разговора. В такие моменты она тихо смеялась чьей-нибудь шутке, которую я уже не слышал.
— Не желаете освежиться? — лавируя между людьми, прошептала она мне на ухо и указала на приоткрытую стеклянную дверь.
За ней находилась терраса, огибая, похоже весь этаж. Там царил полумрак и вроде никого не было, поэтому я согласился. Хоть на пять минут избавиться от болтовни. Пусть уединяться с княжной я опасался, но её поведение не было похоже на наглость баронской дочки.