Маркус Кас – Фантастика 2025-46 (страница 729)

Обратный путь оказался короче: мы шли быстрым шагом, не таясь. Солнце находилось над горизонтом, когда мы подошли к полуострову, где была деревня Элтов. Едва мы успели прийти, а радостные женщины бросались навстречу своим мужьям и сыновьям, как показался небольшой отряд воинов, идущих с юго-западного направления. Это возвращались воины под началом Сара, выступившие вчера на подмогу соседнему племени.

Они опоздали, племя было перебито, а вся молодые парни и девушки уведены за реку. Форсировать реку Сар не умел, похоронив убитых, воины отправились домой. Трудно передать злость воинов, отправившихся помогать соседнему племени: они двое суток были в пути, не увидев врага, не получив оружия. Те, кто оставался, успели записать на свой счет побежденных врагов, и получили луки и копья отличного качества. Оружие всегда доставалось тому, кто его взял у убитого им врага. Все разговоры, про выбор вождем себе трофеев, не имели под собой места. За все время, что я прожил среди дикарей, никогда не видел, чтобы воздавалось не по заслугам. Если ты сильный воин и хороший добытчик-женщины сами просились в твою хижину. Точно так обстояло дело и с оружием: лучшее было у того, кто смог его добыть у врага или у соплеменника в бою.

Ната крепла с каждым днем: отобрав один из луков, попробовал ее научить стрелять. Для девушки лук оказался туговат, но я все равно его оставил, как запасной вариант для себя. А вот с копьем управляться, у Наты получалось хорошо. Прошла неделя, прежде чем ее состояние окрепло настолько, чтобы она могла переносить тяготы пути. За прошедшую неделю, мой словарный запас обогатился, даже Сар стал все чаще крутиться возле меня с Натой, запоминая упражнения с копьем. Зар стал авторитетным рыболовом, у него уже минул зрелый возраст, а умение делать ловушки для рыб, обеспечит ему сытую старость. Умением делиться старик не собирался, приватизировав право изготовления ловушек.

Почти всю последнюю неделю, Ната вместе с Унн, оказавшейся довольно милой старухой, сушила рыбу и мясо. Нам предстоял тысячекилометровый переход, и часть пути предстояло пройти по вражеской территории, где пустила корни нацистская зараза. Во время допроса раненого, прозвучало одно имя, понятое мной без перевода. Раненый говорил про сына Бога по имени Адольф. Моя память знала только одного персонажа с таким именем, на чьей совести были десятки миллионов загубленных жизней. Сразу вспомнил все теории, про сбежавшего Гитлера, про то, что труп, найденный в бункере, принадлежал двойнику.

Сомнений оставалось мало, что еще какой-то человек по имени Адольф, смог бы возомнить себя богоизбранным, растя культ в каменном веке. Даже если я и ошибался, и это было простое совпадение, у меня была причина спешить на южное побережье Франции- там жил мой народ, там жили мои потомки.

Глава 17. Страна камней и солончаков

Ранним утром первого июля племя Элтов вышло, чтобы проводить своего Айя и его спутницу. На лица дикарей нельзя было смотреть без сострадания: за три недели, проведенные среди них, они свыклись с мыслью, что теперь с ними Айя. После отражения нападения организованных дикарей с всадником во главе, Эльты разжились приличными копьями и луками. Мои попытки найти сбежавшую лошадь, не увенчались успехом. Следы вели в юго-западном направлении, но потом животное форсировало реку, и вероятно отправилось домой в юго-восточном направлении. Идти за лошадью в сторону обжитых земель, где идет насильственный сбор племен, я не захотел.

В ночь перед выходом в дорогу, долго обдумывал предстоящий маршрут. Раньше, до информации, что территория Германии обжита, и там есть королевство Фюрлянд, мой маршрут был по прямой, пересечь Германию и выйти к западным отрогам Альп. Обогнув предгорья по западной стороне, можно наткнуться на Рону и идти вдоль реки к морю, чтобы попасть в Марсель. В свете последней информации, идти через обширные территории Германии, где рыскают разведчики и поисковые отряды, представлялось неразумным. Более безопасным, представлялся маршрут по Атлантическому побережью: спуститься на юг-запад до Голландии и Бельгии, а уже оттуда уйти на юго-восток, чтобы упереться в предгорья Альп.

Наши рюкзаки были полны провизии: кроме сушеного мяса и рыбы, благодарные Элты поделились съедобными корнями и плодами, похожими на дикую грушу. Сами плоды были ужасно кислые и размером меньше грецкого ореха, но в них, судя по вкусу, содержался витамин С. К лукам, что мы брали с собой, отобрал большой запас стрел: у Элтов были свои стрелы, да и сделать они себе тоже могли. У нас же, не будет такой возможности, постоянно находясь в пути.

— Зар, вам лучше уйти на несколько дней в сторону холодов, это место слишком близко к вашим врагам, — на прощание напутствовал старого дикаря, ставшее мне наиболее близким среди Элтов. Все Элты тепло попрощались с нами, крепко пожимая руки. Этот жест был принесен мной, надеюсь, что дикари перестанут тереться носами при встрече, предпочитая рукопожатия.

Оглянувшись, помахал рукой племени, стоявшему кучкой: несколько рук взметнулись в ответ. Жаль расставаться с этим дружелюбным племенем, но тащить его с собой в Максель, не имело смысла. Я не мог знать, какой прием меня ожидает, и подвергать племя опасности не хотел. Если за сто пятьдесят лет Русы изменились, стали нетерпимее, Элтов могли ожидать неприятности. Да и сами дикари не горели желанием покидать обжитые места.

До обеда мы шли вдоль реки, наш маршрут совпадал. Ближе к вечеру, река стала уходить восточнее, пришлось с сожалением покинуть берега реки, служившей хорошим ориентиром. Чтобы избежать встреч с патрулями германского королевства, взял еще западнее, планируя выйти к побережью. К побережью мы вышли к обеду третьего дня: ландшафт здесь сильно отличался от лесного. Перед нами расстилалась равнина, с мелкими водоемами и крупными скоплениями камней. Обращало внимание практически полное отсутствие растительности, если не считать участков травы и мелких кустарников.

А вот морских птиц было в избытке: они оккупировали нагромождения валунов, откуда пикируя в море и возвращались с рыбой в клюве. Местами встречался слежавшийся до состояния асфальта песок, и скорость нашего передвижения возрастала. Впервые, с момента, как мы покинули спасательный модуль, я увидел соль. Перед нами была низменность: морские воды тысячами лет переливаясь через низкий берег, образовывали водоемы, где воды уходила в песок, а соль выпаривалась на солнце. Таких водоемов, как заполненных водой, так и без воды, впереди виднелось много. Попробовав соль на вкус, убедился в ее пищевом вкусе.

— Ната, привал. Отдохни, пока я запасусь солью.

Девушка устало опустилась на песок рядом со мной: два дня мы шли, только останавливаясь на небольшой отдых и сон. Ладонями собирая верхний слой чистой соли, пересыпал в свой рюкзак около двух килограммов. Нам бы хватило и меньше, но нарвавшись на соль, не мог совладать с собой.

— Макс, скоро вечер, не пора ли подумать о ночлеге, —Ната лежала на спине, подложив рюкзак под голову.

— Мы можем пройти еще около десяти километров до темноты. Если встретится хорошее место, остановимся на ночь. Готова, идти?

— Готова, — девушка поднялась, но весь ее вид говорил об усталости. Впереди, виднелось скопление скал в нескольких километрах.

— Дойдем до тех скал, постараемся там себе обустроить ночлег. Вперед и с песней, пилот звездолета, — легким шлепком, попробовал поднять ей настроение. До скал мы дошли меньше чем за час. Это скопление гранитных выступов, торчащих из земли, образующие своеобразный лабиринт. Здесь тоже было птичье царство, но люди здесь до нас бывали. Внутри лабиринта из скал, были следы костра и недогоревшие остатки хвороста. Вдоль береговой линии, виднелось несколько деревьев, выброшенных прибоем. Пока Ната отдыхала, приволок одно самое маленькое дерево с торчащими сучьями. Намаялся, пока удалось протащить тяжелое бревно между лабиринтами скальных выступов и валунов. Плюс этого места был в том, что костер, разведенный внутри, невозможно увидеть со стороны.

Греясь у костра, к ночи с моря дул противный холодный ветер, пытался понять, кто мог разжигать в этом месте костер. Следов уже не осталось, единственное, что удалось обнаружить, несколько обгорелых костей животного. Закончились беззаботные деньки без дозора: Элты избавляли меня от необходимости нести вахту.

Попытки завязать разговор с Натой, не принесли успеха. Когда девушка со словами: «я сейчас приду», скрылась за камнями, понял причину ее испортившегося настроения. С физиологией я не мог ей помочь, эти пару дней придется мириться с ее плохим настроением и сниженными возможностями по физическим нагрузкам. Старуха-целительница Унн ошиблась: Ната не была беременна. Это известие меня сильно обрадовало, вести беременную женщину через всю Европу попахивало кошмаром.

Вернувшись, Ната молча присела у костра, перемешивая хворост.

— Скажи мне Макс, если Русы забыли тебя, или не захотят нас принять, ты думал, что будем делать дальше?

— Думал, — откликнулся я. — На Кипре, Родосе и Корсике, тоже были поселения, попытаем счастья там. А если и там не повезет, то на территории Болгарии жило очень продвинутое кроманьонское племя. — Я вспомнил убитую неандертальским вождем Ику, — можем пойти к ним. А почему ты спрашиваешь?