Маркус Кас – Фантастика 2025-46 (страница 204)
— Все! Достал, — Разумовская вспыхивает румянцем. — Можешь думать обо мне что угодно, Белаторский. Но я хотела, прежде чем меня отдадут незнакомцу, побыть с тем, кто мне нравится. И чтобы при этом мне не кланялись и не искали выгоду в моем внимании.
— Ясно, — мрачно подытоживаю я. — Ничего, подрастешь, прочтешь пару учебников по истории и узнаешь, кто такие фавориты. А может и мужа полюбишь, тоже бывает. Но, надеюсь, все это произойдет не только по твоему желанию, но и с их ведома. И, кстати, отличный секс — тоже выгода.
— Отличный? — ее глаза вспыхивают надеждой.
Тьфу ты! Это все, что она услышала? Да на кой мне ее переубеждать и воспитывать. Сама научится, со временем. Но уже не на мне.
— Отличный, отличный, — киваю я и приобнимаю девушку за плечи. — Пойдем, на нас уже смотрят.
На острове посетителей немного, но наши вопли привлекли их внимание. И я вижу, как чей-то любопытный нос выглядывает из-за ближайшего угла. В тот момент и начинаются настоящие деловые отношения.
Разумовская вспоминает причину своего приезда и становится предельно серьезной. Когда мы наконец доходим до моего обиталища, девушка сразу же призывает силу.
Серебристое сияние окутывает теплом и покоем. Принцесса неожиданно воплощается в крылатой брони, а за ее спиной возникает гигантский сокол, распахивая крылья.
Я встаю на колени даже не от ее силы, а от величественности. И, оказывается, делаю правильно. Высокий женский голос произносит первые слова:
— Когда предстанешь перед Усех-немтут, ты будешь чист от обвинений в том, что чинил несправедливость. Когда предстанешь перед Хепет-седежет, ты будешь чист от обвинений в том, что воровал. Когда предстанешь перед Денджи, ты будешь чист от обвинений в том, что причинял насилие…
Ее слова монотонно вбивают в меня раскаленные гвозди. Имена сорока двух богов выжигают, вплавляются в меня. Из глаз текут слезы, все мышцы сводит, заклинивания меня в скрюченную позу.
Кажется, я кричу. И не падаю только потому что не могу пошевелиться. Даже чтобы рухнуть на пол. Разумовская не останавливается, даже не сбивается ни на секунду. Слова должны быть произнесены. А я должен выдержать.
После последнего имени я вырубаюсь. И прихожу в себя, лежа на полу. Моя голова на коленях у принцессы, она гладит меня по волосам, утешая. Так я и лежу еще несколько минут.
Вспоминая, как дышать, как меня зовут, кто это прекрасное ласковое создание. И как я вообще тут очутился. Когда я прихожу в себя достаточно для того, чтобы подняться, Ольга дарит мне последний поцелуй.
Немного печальная улыбка и она уходит, дав мне то, зачем я здесь. Дочь императора, до невозможности могущественная и не менее наивная, дает мне и защиту.
***
Очищение позволяет мне избежать прямой кары бога. Любого бога. Только великая девятка сможет решить, жить мне или нет. Теперь Сетх не в праве меня убить, как и забрать мой голос.
Теперь я знаю имена и все грехи. Не самая простая задача не нарушить хотя бы один. Впрочем, теперь и это не нужно.
Я учусь, меня посвящают в тайны, открывающие мне глаза на происходящее в мире. День за днем, секрет за секретом. И в самую короткую ночь в году происходит мое посвящение.
Подобно посвящению в род, этот ритуал проводится в торжественной обстановке. В храме Маат собирается совет верховных. Среди них я вижу и Киру. Зеленоглазая красавица дарит мне добрую улыбку.
Лишь немного качает головой, шутливо осуждая. После ритуала я обязательно ее найду и извинюсь. Мы ничего не обещали друг другу, но ее помощь и забота стоят многого. А там, возможно все…
Мне доверяют первую в жизни жертву. Жрецам такое занятие привычно. Убивать, посвящая богам. В приглушенном свете свечей я погружаю кинжал в благородное животное и мои руки согревает кровь.
Бормочу заученные слова и думаю, нужна ли эта кровь богам на самом деле? Спрошу ли я их об этом, когда встречу? Ритуалы — порядок действий, необходимый для вызова определенных событий.
Сконцентрироваться и выполнить. Есть цель и способ ее достижения. Не думать почему, а делать. Вот чему меня в основном пытались учить.
Я перерезаю горло, чтобы предстать перед великой девяткой. И узнать, кому из богов мне нужно служить. Чья сила еще мне будет дана.
Жрицы молча наблюдают за мной. Поднимаюсь с окровавленными руками и взываю.
Зал преображается, расширяется вширь и вдаль. Колонны растут, утолщаются и вершинами улетают в темноту. Горячий сухой воздух тут же обжигает легкие. Передо мной фигура в капюшоне.
— Теперь ты знаешь, где ты и кто я? — мне слышится легкая насмешка в хриплом голосе.
Эхо, как и тогда, разлетается, множась и искажаясь. Тут, между мирами, божественный голос звучит мощно, но не обрушивается болью.
— Ты Инпу, страж весов, а я в преддверии врат Запада, — отвечаю удивленно. — Почему я здесь? Я взывал к великой девятке Иуну.
— Ты предстанешь перед ними, человек. Ты заслужил это право. Получить ответы, получить награду.
Мне смешно. Ответы… Спросить богов, почему они не видят, как гибнут их дети? Почему их интриги, такие же человеческие, приводят к страданиям и смертям? Почему всемогущие демиурги не хотят остановить прорывы миров хаоса?
Это все принципы Маат. Если все идет слишком хорошо, появляется тот, кто делает плохо. И эта роль принадлежит Сетху. Его связь с мирами демонов и планомерная подготовка к моменту, когда демоны обрушатся на людей.
Десятилетиями он терпеливо сводил все линии вероятностей к одной. Прорыв, могущий стать сильнее эпохи битв богов. Его ли тогда была эта идея или одного из погибших темных богов, неизвестно.
А люди… Людей можно подкупить, запугать, обмануть в конце концов. В мире, где действия богов и их замыслы неоспоримы, это сделать несложно. Смог же он обмануть фанатично преданного империи Панаевского. Наделить разрушительной силой во имя добра, ага.
Да к демонам вопросы. Я получил достаточно ответов. Задолбался при этом безмерно. От них мне больше ничего не нужно. А вот от стража весов…
— Зачем ты отправил меня в этот мир?
— Восстановить равновесие. Я — страж весов. Не только на суде богов. Но и миров. Этого мира, и многих других.
— Равновесие восстановлено?
— Да. Почти.
— Надолго?
— Нет. Все циклично и замкнуто, человек, истина и хаос, равновесие и дисгармония. Равновесие снова будет нарушено. Равновесие снова будет восстановлено.
— Это ты мне помогал? Давал силы и сводил, хм, обстоятельства?
— Не один я, человек. Не в наших силах действовать напрямую. Лишь давать возможность, направлять и подсказывать.
— И в чем был смысл? Этой силы, этих возможностей? Подсказок, которые я не понимал. Что восстановило равновесие?
— Почти восстановило… Ты смог стать помехой. Этого достаточно.
— И все? — я разочаровываюсь и одновременно убеждаюсь в своих догадках. — Стать помехой? На пути Сетха?
— Человек, ты же не думал, что сможешь справиться с ним? Один, да даже с помощью других людей. Только боги способны противостоять богам. Ты бы считал опасным муравья, запертого в банке? Не злись, я всего лишь пытаюсь объяснить факт.
Одна буква съедается тенями и по залу разносится фак-фак-фак. Однозначно, он самый. Больше насмешки в голосе стража нет, но приятнее его слова от этого не становятся.
— Если вы знали, кто виновен в нарушении равновесия, почему…
Замолкаю, не зная как не ругнуться. Какого хрена они ничего не делали?
— Доказательства, человек. Достаточное количество доказательств. Суди мы без этого, равновесия уже не стало бы.
Ну-ну. Особенно в это верится, когда знаешь, что можно грешить. Знание имен не только позволяет попасть на суд богов и обратиться к ним лично. Но и дает власть над ними. Произнес имя, отрицаешь грех и все.
Грешить, безусловно, плохо. Но это не повод отказать в суде. Только сердце на весах сможет показать, насколько ты достоин полей Иалу. Твое сердце против пера Маат. Но решит все владыка Запада, один из великой девятки. Осирис.
Нюансы. Нюансики, нда.
— И я это доказательство?
— Верно. Твои слова, твои мысли, твои воспоминания. Ты покажешь великой девятке, как все было на самом деле.
Так и это — тоже часть плана? Привести меня к моменту, чтобы я предстал перед ними. Под благовидным предлогом. Настолько невозможно напрямую действовать?
Но пока я молчу, картина меняется. Свет загорается ярче и среди колонн появляются фигуры, сидящие на тронах. Фигура в плаще тает и на ее месте из марева жары появляется сам великий судья душ. Владыка запада, зеленокожий Осирис, обводит взглядом зал и останавливается на мне.
— Человек, получивший Рен Белый волчонок. Ты взывал к нам. Готов ли ты открыться?
— Готов.
— Я против! — резкий голос звучит справа. — Он иномирец и не имеет права представать перед нами!
Я смотрю лишь в горящие золотом глаза Осириса. Мне не нужно поворачиваться, чтобы понять, кто говорит. Тот, кто хотел меня убить, Сетх. Ошибся ли он, считая меня просто помехой, которую можно смахнуть походу, как крошки со стола? Или знал, что это ловушка? Но результат один. Я здесь, куда меня вели все это время.
— С каких это пор, брат, тебя волнуют судьбы людей? — зеленокожий поднимает бровь, переводя взор на темного бога. — Мы все увидим сами, и тогда решим, какие права он имеет тут, в зале истины.
С той стороны раздается скрежет, то ли зубов, то ли крошащегося камня трона. Но возражений больше не следует.