Марко Лис – Ученик гоблина 3 (страница 36)

Я понимал его логику. Если гномы нашли способ использовать заразу в своих целях, они не оставят в живых тех, кто видел изнанку этого процесса. Нам нужно было выглядеть обычными наёмниками, которые просто выполняли курьерское поручение и оказались не в то время не в том месте.

Арах согласно кивал, хотя по его лицу было видно, что он боится грядущего допроса.

— Менос, ты меня слышишь? — Зуг’Гал посмотрел мне прямо в глаза. — Больше никакой инициативы. Говорю только я. Ты — мой ученик и простой мечник на контракте.

Я кивнул.

Спустя пару часов платформа пошла на подъём. Сначала это чувствовалось только по сменившемуся углу наклона пола. Затем стены тоннеля просто исчезли.

Мы выехали в открытое пространство.

Звук колёс перестал отражаться от каменных стен и стал глухим, затерявшись в пустоте. Я поднял голову и осознал, что наша рельсовая колея теперь крепилась длинными крюками прямо к массивному скальному своду, который выгибался над нами на огромной высоте. Платформа двигалась по узкому стальному хребту под самым потолком колоссального зала.

— Нэк, смотри, — Арах дёрнул меня за рукав.

Я посмотрел вниз. Под нами простиралась бездна.

Это была гигантская расщелина, дно которой с первого взгляда не угадывалось. Края разлома были ровными, словно скальный массив рассекли одним точным ударом сверху вниз. Противоположная стена находилась в трёхстах или четырёхстах шагах от нас.

Обе стены расщелины оказались изрезаны отверстиями. Правильные прямоугольники окон шли строгими рядами по горизонтали и вертикали. Почти из каждого проёма шёл ровный жёлтый свет.

Я попытался сосчитать ярусы, но сбился на четвёртом десятке — ряды огней уходили всё глубже, теряясь в тени. Там было не меньше пятидесяти уровней, встроенных прямо в камень.

Это был город. Но не такой, как у людей, а без башен и внешних стен. Этот город рос не вверх, а вниз, вгрызаясь в недра скалы этаж за этажом.

Огромный перевёрнутый замок-колодец.

— Чёрный замок, — негромко произнёс Торвин.

Гномы стояли у бортов, глядя на привычную им панораму без эмоций. Для них это был просто конец маршрута, перевалочный пункт.

Я снова перегнулся через край, пытаясь рассмотреть дно разлома. Там, где окна сливались в сплошные светящиеся нити, двигалось что-то ещё. Тёмно-оранжевое свечение широкой полосой шло вдоль основания расщелины и скрывалось за поворотом скалы. Река расплавленного камня.

Я отодвинулся от края платформы.

— Если сорвёшься, — сказал наставник, — успеешь заскучать прежде чем разобьёшься, нэк.

— Да, падать придётся очень долго, — согласился Арах, вцепившись в поручень побелевшими пальцами.

Колёса продолжали мерно стучать, платформа медленно приближалась к одной из широких освещённых террас, вырубленных в верхней части каньона.

— А там, — он вытянул руку и указал вверх.

Я поднял голову. По центру расщелины, прямо сквозь толщу верхнего свода, падал свет. Это не было тусклое мерцание рун или отражённый зеркалами блик. Это был настоящий солнечный свет. Лучи преломлялись в воздухе, и было видно, как по стенам ползут тени от проплывающих наверху облаков. Мощный столб белого света прошивал всю глубину расщелины насквозь и бил точно в поток лавы на дне.

Там, в самом верху, в скале зияло отверстие. Огромное — не меньше ста метров в поперечнике.

Выход на поверхность.

— Мы смогли, нэк, — выдохнул Арах. На его лице расцвела широкая, непривычно искренняя улыбка. Без его обычного прищура и хитрости. Просто радость. — Мы действительно дошли.

Я промолчал, но внутри всё сжалось от осознания. Мы провели под землёй столько времени, что я давно сбился со счёта. За спиной остались Бастион, зеркальные шахты, бой с гвардией гномов и тем заражённым мехом. Крысюки, несыти, наги и орк-Плеть, химера и, казавшийся бесконечным, подъём по шахте зеркал.

Глядя на этот столб света, я впервые за всё время почувствовал, что цель близко. Поверхность была там — за краем этого гигантского каменного колодца.

Платформа начала замедлять ход. Скрип тормозных колодок стал громче, перекрывая гул ветра в расщелине. Впереди показалась широкая причальная палуба, на которой уже выстраивался караул. Гномы в тяжёлых доспехах, с громовыми ружьями на плечах, ждали нашего прибытия.

— Главное, чтобы этот труп, — я кивнул на дохлого безбородого, — нам все планы не спутал.

— Не спутает, — старик попытался дать мне подзатыльник, но я легко увернулся. — Гномы, как и орки, дорожат своей репутацией.

— Вот только орков, при всём уважении, учитель, вы как-то плохо просчитали, — напомнил я.

— Потому что кое-кто, — вернул мне ехидную улыбку мастер, — трепал языком почём зря.

— Обещаю, буду молчать, — я сомкнул губы и крутнул пальцами, будто провернул ключ, который тут же выбросил в сторону.

— Уж потрудись, если не хочешь встретить старость на одном из местных рудников, нэк.

— Сколько здесь живёт народу? — спросил Арах, обращаясь скорее к пространству, чем к кому-то конкретно.

— Не твоё дело, — отрезал ближайший гном.

— Я просто спросил…

— Это не твоё дело, — повторил тот же голос, без злобы, но окончательно.

Арах замолчал. Он продолжал смотреть вниз с тем выражением, с каким смотрят на вещи, которые никак не укладываются в привычную картину мира.

Я его понимал. Гномы не строили вверх — они уходили вниз. Вся их логика была перевёрнутой. Поверхность для них, судя по всему, была не местом жизни, а лишь источником света.

Платформа замерла с коротким металлическим лязгом.

— Выходим, — скомандовал Торвин.

Гномы спрыгнули первыми, привычно распределяясь по периметру. Мы последовали за ними. Когда мои сапоги коснулись каменного перрона, ноги на мгновение стали ватными. После нескольких дней непрерывной вибрации и камень под ногами казался плавающим.

Перрон тянулся шагов на сто вдоль стены расщелины. Фонари на массивных кронштейнах давали ровный, холодный свет, выхватывая из темноты серый гранит стен. В дальнем конце нас уже ждала группа.

На восьмерых гномах поверх чешуйчатых доспехов были накинуты тяжёлые чёрные плащи. Их шлемы были открытыми, без забрал, но по ободу шла тонкая серебряная насечка — знак городской стражи или службы безопасности замка. Позади воинов стояли двое в тёмной одежде. У каждого под мышкой был зажат кожаный тубус для бумаг, а за ушами торчали гусиные перья.

Торвин, чеканя шаг, подошёл к старшему из черноплащников.

— Торвин, — поприветствовал его тот, коротко кивнув. Голос гнома был сухим, как треск ломающегося камня. — Кто эти трое?

— Задержаны у Шахты Зеркал в секторе… — Торвин на секунду запнулся, бросив быстрый взгляд в нашу сторону. — И у нас потери. Один из моих. Хоуг. Тело на платформе.

Старший страж резко вскинул голову.

— Что случилось? — в его голосе прорезался металл.

— Доложу лично командиру или наместнику. Здесь не место, — Торвин остался верен своему слову не обвинять нас вслух раньше времени.

Страж задержал на нём взгляд, словно пытаясь прочитать правду по лицу, но Торвин не отвёл глаз. Наконец, плащ кивнул и повернулся к нам.

— Кто говорит за группу?

Зуг’Гал, не дожидаясь приглашения, сделал шаг вперёд. Блокирующие браслеты на его запястьях негромко звякнули.

— Я, нэк.

Гном оглядел его, задержавшись взглядом на копыте, но виду не подал.

— Имя?

— Зуг’Гал.

— Высший?

— Как видите, — старик демонстративно приподнял руку с блокиратором.

— А эти?

— Мои ученики, — Зуг’Гал чуть склонил голову в нашу сторону. — Один тоже Высший, второй обычный мечник.

— Вы задержаны за несанкционированное проникновение в закрытый сектор рудников, — официально произнёс страж. Один из регистраторов за его спиной тут же вытащил перо и начал что-то быстро записывать в развёрнутый свиток.

— У них при себе был ключ доступа, — вмешался Торвин. — Подлинный.