Марк Заруба – Синий Огонь. Эра Огня (страница 25)

– Вот увидишь, мы что-то узнаем, но не до конца. Олион опять сорвётся и сломает бедняге клюв об пол. – беззаботно ответила Таира.

– Очки мы мне так и не купили. – расстроилась Ниф.

На выходе Олион отдышался и стал искать путь к храму. По дороге туда он ворчал с братом о том, какие же невоспитанные вороны и как же ему хочется их убить. Это навело меня на мысль, что искать Дисиза мы будем долго.

Я чувствовал, что каждый новый храм будет для меня как отдельное воспоминание. По сравнению с храмом Дагендафа, этот был совсем крохотный. Он был похож на купол с одной дверью. Синий, как и положено быть, если это связано с Синим Огнём. Никаких фресок, знаков или же других украшений. Наверху, правда, был какой-то металлический флюгер в виде огонька. Может, это и не флюгер вообще, а просто шаткая конструкция уже не выдерживает порывы ветра.

Вокруг были и другие вринаки, не только вороны. Птицы, волки, овцы, может, даже змеи. Их было немного и, судя по деловой одежде, все они были здесь по какой-то своей причине, нежели проживание. Этот воздушный островок был чем-то вроде остановки. Магазины, заправки и храм. Больше нечего выделить. Но вот мы подошли к храму.

Шермус и Олион уже вернулись к нам, и первый поделился своей мыслью:

– Никогда не думал, что какие-то такие сложные ситуации будут основаны на религии. Не люблю её. Она либо страшная, либо же бесполезная.

– Почему же бесполезная? Без неё вринаки перестанут верить и искать истину. – ответила Ниф, когда никто не стал отвечать.

– Знания и есть истина, которую стоит искать. А верить. Во что ещё нужно верить, кроме ценных моральных качеств и вринаков, которые имеют их? Если уж речь зашла о чём-то серьёзном, а не потребностях.

– Может быть, религия помогает понять что-то так же, как и история? А если же многие хотят верить в сверхъестественное, то это не должно им помешать быть хорошими вринаками.

– Конечно, религия не особо мешает вринакам учиться и поддерживать общество. Только бывают такие случаи, когда на религию уходит больше сил и денег, чем на образование.

– Это уже не исправить. Религия – это то, что произошло, когда мы развивались и стали разумными. На неё уже не так сильно обращают внимания, но забывать точно нельзя. Были исторические случаи, когда религия могла манипулировать вринаками. Точнее, её представители. Зато сейчас каждый может выбрать себе религию по вкусу. Это что-то вроде книжки, которую ты всегда читаешь, чтобы вспомнить, о чём она и чему смогла научить. И чтобы проявить уважение, ты придерживаешься правил. – сказал Олион, делая паузы и вздыхая после каждого сказанного предложения.

– А что, если в твоей стране нет религии, но кто-то хочет начать верить? Или же гости хотят увидеть нашу историю, но у нас нет ничего, кроме зданий и некоторых достопримечательностей. – взволнованно спросила Ниф.

– Не переживай, принцесса. Я думаю, ты вскоре узнаешь всё о своей стране и сможешь показать гостям все прелести своей родины. – ответил Шермус.

– Надеюсь. Хочется узнать, что же было в голове у моих предков.

– Отец тебе разве ничего не рассказывал? – поинтересовался я.

– Рассказывал, правда только сказки. А история порой строилась на войнах, новых правителях и каких-то событиях. Но я не помню, чтобы там была причастна религия.

– У тебя есть Нирренская сказка для нас? Я бы послушал сейчас, а то не хочется в храм заходить. – сказал Олион, и мы остановились у дверей.

– Есть! Она запомнилась мне очень хорошо.

– Мы слушаем. А потом заходим. – сказал Шермус.

– Только сразу договоримся. Говорить с храмовником будет Линссел. Ты же не против? Ты, вроде как, понимаешь, что тебе нужно и что делать. – сказал Олион.

– Я даже не знаю. Я попробую, только мне наверняка понадобится помощь. – я чувствовал себя неловко и даже начал бояться этого храма. Он как-то давил на меня.

– Ладно. Ну, Ниферрит, рассказывай.

– Итак. Тёмная земля, покрытая туманом. На ней жили лишь самые причудливые существа, каких только можно представить. Света не было. Ни лунного, ни солнечного. Ветер пробирал до костей, а наш герой даже не дрожал. Ему нужен был ответ на главный вопрос: кто он и почему оказался в этой пустыне.

– Очень похоже на Линса. – сказал Олион и улыбнулся мне.

– Об этой земле знали лишь те, кто не чувствовали времени и шли по течению жизни, не сопротивляясь ей. Чтобы идти вперёд, нужно было быть слепым и видеть лишь то, что жило в твоём сердце. Безымянный герой пожертвовал своими глазами, лишь бы найти все ответы. Сначала ему казалось, что он видел тёмную лошадь. Его сердце было наполовину пустым, и в него легко пробирались страхи. Но позже первое и последнее существо встало у героя на пути. Оно дало ему себя потрогать, и он не узнал в нём ничего вринаковского. Это было не животное, не вринак и даже не предмет. Его руки намокли, на пальцах осталось лёгкое жжение, а мозг не мог нарисовать ничего, чтобы понять, кто это. Тогда он спросил: что же тебе нужно? И тот ответил самым страшным и ревущим голосом: твоё сердце. Герой не сразу ответил, но понимал, что другого пути нет. Он боялся и чувствовал слабость. Держа в руках кинжал, ему хотелось поразить сердце зверя, но не знал, где оно. Поэтому ему пришлось поразить своё и отдать ту пустую половину, чтобы удовлетворить зверя и оставить другую половину, чтобы жить. Взамен существо отдало ему половину своего сердца. Оно сказало, чтобы тот бережно относился к его подарку и никогда не забывал, что у него находится в груди. Герой поблагодарил существо и понял, что может открыть глаза. Открыв их, ему стало понятно, кто он и где. Ответ был прост: он дома, и он теперь другой. – Ниф закончила, и у меня отпала челюсть от такой сказки.

– И это… сказка? – неловко спросил Олион.

– Да! Вам понравилось?

– Больше похоже на страшилку. – сказал Кэт.

– Здесь есть философский подтекст!

– Ненавижу философию. – проворчал Кагар.

– И какой же? – спросил я.

– Что нужно сразу отпускать свои страхи и прошлое, иначе попадёшь в эту страну тьмы, будешь мучаться, пока тебе не объяснят, что жизнь продолжается, но уже по-другому. С новой половинкой сердца. И пережитое надо ценить. – Ниф улыбалась. Я видел в ней этого героя с тёмным сердцем.

– Тёмное сердце – это не зло, правда? Пустота хуже темноты. – спросил я.

– Всё верно. Сердце вринака красное – наполненное кровью. Кровь можно пролить, и тогда оно умрёт. Но тьма – это что-то неизведанное, что-то, что нельзя поразить и убить. Теперь будешь своим детям рассказывать эту сказку. – сказала она, легонько тыкнув меня в грудь, где было моё полупустое сердце.

– Хорошо.

– Тёмное сердце, Шермус, – это инструмент, которым ты будешь использовать знания. А тёмное оно от того, что лишь ты можешь его видеть. А без света, как ты знаешь, ничего не увидеть. А религия, как я считаю, может помочь тебе приобрести это сердце, как и знания, которыми надо делать мир лучше и чувствовать вес всего пережитого. – добавила Ниф, часто дыша. Видимо, дышать тут было не очень легко. Хотя я этого не заметил.

– Хм. Можно было бы и попроще. Если нет знаний и не умеешь ими пользоваться, то зачем тогда они вообще нужны. Я понял смысл сказки. – холодно ответил лев.

Вход не был оборудован системой управления давлением. Мы зашли и увидели у стен шкафы и стеллажи для книг. Были лишь они, пара столов и ещё одна дверь. Внутри из вринаков был лишь один ворон в коричневой робе. Внутри у меня всё сжалось, а сердце забилось с огромной скоростью, но лишь на мгновение. Он даже не заметил нас и продолжал носиться по всему храму с книжками в руках. Они падали у него из кучи и, судя по объедкам на столе и мешку на полу – это был его дом. Олион не мог смотреть на него без вздохов, и он подтолкнул меня к началу разговора. Буквально толкнул, и мои шумные шаги заставили ворона обернуться. Он уронил все книги на пол от удивления, его клюв распахнулся. Храмовник застыл. Я подошёл к нему вплотную и не заметил ничего необычного, кроме того, что он просто стоял!

– Олион, он умер. А если не умер, то уж явно не жив. А что-то другое.

– Может, у него шок? – все подошли к нему.

– Дышит хоть? – спросил я.

– Дышит. – сказал принц, заметив что-то.

– Эй, добрый день! – позвал его я, но бессмысленно.

– Бить храмовников запрещено? – спросил Кагар.

– Вринаков в принципе бить не надо. Без причины, конечно же. – ответил Олион, чувствуя, что у товарища назрел план.

– Значит, только Бог простит! Э-эх! – Кагар хлопнул ворона по спине так сильно, что тот упал на меня и начал кряхтеть от боли!

– Аргх! Хватит ёрзать! – я убрал его с себя, но моё лицо уже было в перьях.

– Ох!.. Вот это да! Как давно тут не было гостей! Вы голодны? Кто вы? Откуда? Зачем пришли? – ворон стал быстро говорить и рассматривать каждого вблизи.

– Что, серьезно? – спросил я у Олиона, посмотрев на него и поняв, что я должен отвечать на все вопросы.

– Где серьезно? – спросил ворон.

– Тут серьезно, тут. У нас важное задание, и в подробности вдаваться нет смысла! Мы из Фелидамии. Кошки. Знаешь, где это, да?

– Да! Внизу! – после его ответа я немного взял паузу.

– Да. Внизу. А пришли, чтобы найти Синий Огонь. Точнее, что-то, что может дать его силу. А ещё… Кто-то, наверное, голодный, я не знаю.

– Я голодный! – поднял руку Кэт.