Марк Стеллар – Румба с отрубленой рукой (страница 3)

– Выходит, – сказала она, – нас специально «подсадили».

Менеджер сделал вид, что не понимает обвинения.

– Это тяжёлое слово, – ответил он. – Но если вы хотите, я могу позвонить в полицию прямо сейчас.

– Нет, – торопливо ответил Рома. – Сначала – записи с кафе и соседних домов. Если там – кадры, где видно лицо – мы передаём полиции и всё рассказываем. Если нет – мы сами попытаемся понять логистику.

Менеджер заколебался, но затем нажал на клавиши. В их ожидании Телеграм-каналы и шум за окном казались далёкими как закрытая книга. Кофе с тёплым молоком катилось по краю тарелки, и их руки бессознательно тянулись к нему – привычный жест, чтобы удержать реальность.

Через час они увидели дополнительные кадры: соседнее кафе, парковка, угол задней улицы. На записи была фигура в темно-синей куртке, идущая к отелю. Она таскала маленький предмет, обмотанный тканью. В одном кадре человек остановился, посмотрел вверх – прямо в окно их номера – и слегка поднял руку, как будто кто-то на балконе сказал ему «всё готово». Лицо не видно. В кадре мелькнуло ещё одно лицо – короткая стрижка, очертание татуировки на шее. Рома замер: татуировка на шее была похожа на знак, который он видел в одном из снимков на городской странице – метку, которую в криминальном лексиконе называли «крест на правом плече». Это была марка принадлежности.

– Это профессионалы, – сказал он.

В гостинице заспорили тихо. Менеджер предлагал вызвать сотрудников полиции; девушка из ресепшн уже звонила кому-то по-существу; они, в свою очередь, пересылали кадры на старые номера. Но пока кадры не дали больше, чем тень и татуировки. Данных было недостаточно.

Когда они вышли из комнаты наблюдения, ночь уже начала спускаться на город, делая углы резче, а силуэты – более замысловатыми. Они гуляли молча, пробираясь по лабиринту улочек, где свет фонарей видел не так много, как хотелось бы.

– Нам нужно больше, – сказала Алла наконец. – Люди здесь знают друг друга. У таксистов – сеть, у официантов – слухи. Может, кто-то видел того человека.

– Маноло, – сказал Рома. – Тот старый таксист, про которого говорили в баре. Он всё видел и если что-то знает – скажет. Он не любит полицию и зарабатывает на слухах.

Они нашли Маноло у своего любимого кафе, где он сидел, скрестив ноги, пощёлкивая семечки. Он выглядел усталым и прожжённым солнцем, но когда услышал слово «чемодан», его глаза оживились.

– Вы не должны были это трогать, – сказал он. – В таких делах лучше не вмешиваться. Люди, которые так делают, не любят свидетелей.

– Но вы же живёте здесь лет пятьдесят, – заметила Алла. – Вы не боитесь? Вы не устали молчать?

Маноло рассмеялся сначала, потом его лицо стало серьёзным.

– Слышал, – проговорил он, – как раз та ночь. Грузовик заехал, выгрузили вещи. Видел мужчину в костюме. Он говорил по-испански с каким-то акцентом. Говорил, что «это на двое суток, никто не тронет». Но потом… потом в городе началась суета. Люди говорили о «нечистой работе», и многие решили не видеть.

– А кто видел? – спросил Рома.

– Мальчики с пристани. Знаете, те, что работают на ночи. Они не спрашивают, что внутри: деньги? Рамы? Рыба? – Маноло мельком посмотрел в сторону моря, – они берут плату и делают работу.

– А мужчина в костюме? – настаивал Рома. – Вы узнали что-нибудь про него?

– Это не тот, кого вы бы узнали, – ответил Маноло. – Люди в костюмах могут иметь лиц десятки, если у них есть деньги. Но если вы хотите настоящее имя, – он вытащил пачку старых газет из-под стола и показал фотографию, – то ищите того, у кого есть связки: русские, не местные, и один же человек, который приезжал на остров – Артем Грачёв. Он купил себе друзей для разных дел. Люди здесь зарабатывают деньги и молчат. Или уезжают.

Имена, которые произнёс Маноло, звучали в ушах, как пули. Артем Грачёв – этот фамильярный, но грозный образ – давал новое направление следу. Рома и Алла почувствовали, как на их карте мира появилась новая точка напряжения: этот след вёл не просто в тёмную улицу города, а в длинную тень транснациональных связей.

– Спасибо, – сказал Рома. – Мы будем осторожны.

Они ушли, и по дороге назад почувствовали, что теперь за ними следят не только мужчины в костюмах, но и камера города – ибо каждый их шаг мог быть записан, замечен и потом использован. Они случались быть на грани чужой игры, где правила ставили сильные, а слабые платили.

В ту ночь, когда город засыпал, в их номере внезапно погас свет. Это случилось сначала как обыденная техническая неисправность, но затем на телефон Аллы пришло сообщение: одно короткое слово, на английском, отправитель – неизвестен.

Return.

Одно слово и запятая невидимых угроз. Их руки в этот момент сжались, и в них было то, что не описать – когда рядом с тобою тот, кто держит твою ладонь, и ты понимаешь, что завтра может не настать. Они уснули крепко, потому что усталость от действий притупляла страх. Но в подушке был шум – и тот шум предвещал, что тень не уходит. Она только делает шаг назад, чтобы в следующий раз напасть точнее.

Глава 3. Ночная улица, старый таксист

Ночь опустилась на город быстро и решительно, как железная створка в порту. Улицы, ещё недавно заполненные смехом и музыкой, превратились в темные коридоры, из которых путь назад становился короче и опаснее. Рома и Алла шли по набережной, почти не разговаривая: разговоры о чемодане и трупной руке были отложены, но не забыты – они висели между ними, как неотложное задание.

– Ты уверен, что Маноло не обманет? – спросила Алла наконец, стискивая руки в карманах лёгкой куртки. Ветер приносил с моря солёный холод, и её голос дрожал не только от холода.

– Если кто и знает ночные маршруты, то это он, – ответил Рома. – Он ездим по этим улицам больше нас. Поверь мне, я видел его вчера.

Он говорил спокойно, но его спокойствие было натянутым, как струна. Кадры с камер шли у него в голове в зацикленном режиме: фигуры, фонари, тени на асфальте. Ещё горела мысль о татуировке, которую он увидел на маленькой записи – знак на шее. Этот знак – ниточка в клубке, которую надо тянуть бережно, но упорно.

Маноло сидел у той самой закусочной, где продавались жареные бананы и крепкий кофе. Сидел так, как будто всегда там сидел – сутулый, с лицом, прожжённым солнцем, и глазами, которые замечали больше, чем говорили. Его такси стояло неподалёку, в полуосвещённой арке, и, видимо, машина была его домом и крепостью одновременно.

– Они трогали это? – спросил он, когда Алла и Рома приблизились.

– Да, – ответила она. – Мы нашли чемодан под кроватью.

Маноло молча кивнул, вздохнул и протянул спичечный коробок, как будто предлагал тем самым ритуал доверия.

– Вы не должны были, – произнёс он, – но сейчас уже поздно жалеть. Вы видели тату в кадре? – он указал на небольшой шрам у своего уха, словно напоминание, что прошлое можно носить на лице.

– Да, – сказала Алла. – На шее. Это был крест – но не религиозный. Больше похоже на клеймо.

Маноло набрал сигарету, не тонко, не жестко, а как будто он её давно ждёт. Он затянулся и выдохнул дым в сторону тёмного неба.

– Крест – это иногда ясно. Но иногда знак – это просто знак. В нашем городе люди маркируют друг друга, как платья на рынке. Если ты – под покровителем, тебе светло. Если нет – тебя оставляют в тени. Этого мужчину вижу часто, – сказал он, – он приезжал в порт. Сначала думал, он – турист. Потом понял: такие долго не остаются туристами.

– Он говорил что-нибудь? – надавил Рома.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.