Марк Олшейкер – Тень убийцы. Охота профайлера ФБР на серийного убийцу-расиста (страница 8)

Если во всех этих встречах фигурировал один и тот же мужчина, рассуждал Белл, то убийства явно были расовыми, и тот, кого они разыскивают, действительно очень опасен.

Глава 4

Убийство в Цинциннати 8 июня двух афроамериканских подростков несколько месяцев не давало покоя детективу городского отдела по расследованию тяжких преступлений Томасу Гарднеру. Когда Франклина опознали как подозреваемого в снайперской стрельбе на другом берегу реки, во Флоренции, Кентукки, Гарднер подумал, что, возможно, получил то, что так долго искал.

Двоюродные братья, Даррелл Лейн, четырнадцати лет, и Данте Эванс Браун, тринадцати лет, были застрелены из мощной охотничьей винтовки с железнодорожной эстакады Бонд-Хилл, когда жарким воскресным вечером шли по протянувшейся внизу Рединг-роуд.

«Оружие идентифицировано как карабин «Магнум-44», – говорилось в досье. Тип оружия соответствовал предполагаемому modus operandi (М.О.) – образу совершения преступления Франклина, который включает такие необходимые элементы, как способ проникновения в дом, наличие оружие при ограблении и способ установления контроля над жертвой. М.О. может развиваться по мере того, как преступник набирается опыта и узнает, что срабатывает лучше всего. Наряду с М.О. мы рассматриваем то, что называется «почерком» и что характеризует элементы преступления, эмоционально удовлетворяющие преступника: например, берет ли он сувениры, мучает жертву каким-то особенным способом, заставляет ли ее исполнять некий ритуал во время сексуального нападения.

В отличие от М.О., почерк меняется несильно, хотя со временем может усложняться. В случае Франклина стрельба по жертвам издалека из мощной винтовки классифицировалась как М.О., тогда как выбор жертв из числа афроамериканцев был составляющей почерка.

Две юные жертвы в Цинциннати, Даррелл и Данте, только что вышли из бабушкиного дома, чтобы купить конфет. Сестра Даррелла услышала выстрелы и выбежала из дома. Когда она добралась до них, мальчикам уже оказывали помощь. Отец Даррелла, парамедик, был в первом спасательном отряде, прибывшем на место происшествия. Но его сын умер мгновенно. Данте, когда его доставили в больницу, еще цеплялся за жизнь. Его мать, Эбби Эванс, присутствовала на похоронах Даррелла несколько дней спустя, когда ей предложили незамедлительно вернуться в больницу, чтобы в последний раз увидеть своего ребенка живым.

– Это ужасно. Эта пустота. От этого нельзя оправиться, – сказала она репортеру «Ю-Эс-Эй тудэй» через тридцать с лишним лет.

В то время, когда погибли два мальчика, у нас с моей женой Пэм были две маленькие девочки: пятилетняя Эрике и шестимесячная Лорен. Пэм недавно вышла из декретного отпуска и вернулась на работу учительницей-методисткой в округе Спотсильвания, штат Вирджиния. Я всегда старался психологически и эмоционально поместить себя в голову как жертвы, так и убийцы. Но меня просто ошеломила мысль о том, что двух невинных детей могут лишить жизни без всякой на то причины, просто так, по пути в магазин за конфетами. Это было отвратительно, и я не стал бы отрицать, что многим в правоохранительных органах очень трудно дать своим детям необходимые для роста и развития свободу и независимость, видя все, что мы видим.

Точно так же детектив Гарднер не мог понять, почему кто-то устраивает засаду только для того, чтобы убить двух подростков, которых он, скорее всего, никогда не встречал. Может быть, их застрелил больной, получающий удовольствие от убийства, но Гарднер не стал сбрасывать со счетов вероятность того, что это было преступление на почве расовой ненависти.

После просмотра телетайпов директора и местного офиса ФБР детектив Гарднер связался с сержантом полиции Солт-Лейк-Сити Робертом Ниваардом, и мужчины согласились с тем, что в их двух делах есть схожие элементы, которые стоит изучить наряду с другими возможными связями.

Как оказалось, то была лишь первая из нескольких связей, установленных из-за телетайпа в Солт-Лейк-Сити. Эти два случая, безусловно, вписывались в историю со снайперской стрельбой по смешанной паре в Оклахома-Сити в октябре прошлого года, девятнадцатилетнему афроамериканцу в торговом центре Индианаполиса в январе и еще одной смешанной паре в Джонстауне, штат Пенсильвания, в июне. Если все они действительно окажутся связанными, то мы имеем дело с особенно эффективным и смертоносным серийным убийцей, который легко путешествует из штата в штат, никогда не сближается со своими жертвами и не вступает в личные отношения и, следовательно, не оставляет поведенческих или физических улик, кроме тех, что годятся лишь для баллистической экспертизы винтовки.

Взятые вместе, все эти инциденты составляли серию убийств, продолжающуюся по меньшей мере год, а возможно, и дольше.

Первый случай, который можно было увязать с этой серией убийств, произошел ближе к вечеру в воскресенье, 21 октября 1979 года. Как сообщалось в докладе ФБР на межведомственном совещании 16 октября 1980 года, сорокадвухлетний Джесси Юджин Тейлор вышел из продовольственного магазина в городе Оклахома-Сити и направился с продуктовыми пакетами через парковку к белому «Форду», в котором его ждала гражданская жена, Мэрион Вера Брезетт, и трое ее детей от предыдущего брака – девяти, десяти и двенадцати лет. Тейлор был черным, Брезетт – белой. Они вместе работали в городском доме престарелых.

Тейлор уже подошел к машине, когда его сразили три пули. Стрелок, по всей видимости, находился в пустом выставочном центре штата, расположенном через дорогу, примерно в шестидесяти метрах от автостоянки. Мужчина упал, и Брезетт перебежала на другую сторону и встала перед ним на колени; следующая пуля ударила ее в грудь. Дети закричали. Оба взрослых скончались на месте.

Свидетелями произошедшего стали несколько человек, в том числе шестнадцатилетний сотрудник супермаркета Чарльз Хопкинс и еще один покупатель, Винс Аллен. Полиция прибыла в течение нескольких минут и занялась делом: опросила свидетелей и позаботилась о детях, с которыми поговорили как можно деликатнее. Никакой полезной информации очевидцы не дали. Найденные на стоянке пули были определенно выпущены из мощной винтовки, что подтверждалось и гильзами, обнаруженными в роще на другой стороне улицы.

Следующие трагические инциденты произошли в Индиане. 12 января 1980 года пуля, пробившая зеркальное окно ресторана «Черчc чикен», сразила Лоуренса Риза, уроженца Индианаполиса, работавшего в этом самом ресторане и уже собиравшегося домой. По оценкам экспертов, выстрел был произведен из винтовки с оптическим прицелом с расстояния 137 метров.

Всего сорок восемь часов спустя, в ночь на 14 января, был убит девятнадцатилетний чернокожий парень по имени Лео Томас Уоткинс. Стреляли снова через окно, только на этот раз бакалейного магазина «Квик-пик-маркет», в торговом центре Индианаполиса. Лео и его отец, Томас Уоткинс, собирались приступить к санобработке помещения.

Однако мы все еще блуждали в темноте и опирались в основном на догадки и предположения, о чем свидетельствует следующая телеграмма: «Жертвы двух вышеупомянутых преступлений никак между собой не связаны».

Тот факт, что Риз и Уоткинс не имели ничего общего, вызывал у следователей ФБР сомнения в причастности к убийствам одного и того же человека. Хотя, на мой взгляд, оба случая были весьма схожими.

Далее в телеграмме говорилось: «Полиция предполагает, что стрелок пользовался винтовкой «Марлин 336» рычажного действия».

К тому времени, когда я составлял «портрет» беглеца, баллистические тесты подтвердили, что пули в двух убийствах были выпущены из одной и той же винтовки «Марлин» 30-го калибра.

Но случай в Индиане, включенный в досье Бюро и привлекший наибольшее внимание общественности, к счастью, не закончился смертельным исходом. Это было событие, о котором упоминал Дейв Коль, и оно было внесено в список «Текущих дел ФБР».

28 мая 1980 года сорокачетырехлетний адвокат, активист движения за гражданские права и президент Национальной городской лиги Вернон Э. Джордан прибыл в Форт-Уэйн, чтобы выступить на ужине, организованном для сбора средств и проведения церемонии награждения местного отделения лиги, и зарегистрировался в отеле «Мариотт», где и должно было состояться мероприятие.

Джордан хорошо знал штат. Он учился в Университете Депо в Гринкасле и был в то время одним из немногих чернокожих студентов, а затем получил степень юриста в Университете Говарда в Вашингтоне.

После выступления перед аудиторией, насчитывающей около четырехсот человек, Джордан спустился в свой номер на первом этаже, чтобы позвонить своей жене Ширли, а затем отправился в бар отеля – поздороваться и пообщаться с некоторыми участниками мероприятия. Он разговорился с тридцатишестилетней белой женщиной по имени Марта Коулмен.

Когда бар уже закрылся и Джордан выразил желание выпить кофе, Коулмен предложила поехать к ней домой в расово смешанный район в южной части центрального Форт-Уэйна. Они пили кофе и разговаривали около получаса, затем Коулмен отвезла его обратно в «Мариотт». Когда они остановились на красный свет примерно в двух с половиной милях от отеля, трое белых подростков в другой машине принялись выкрикивать в их адрес расовые оскорбления и затем, как только красный сменился зеленым, умчались. Коулмен припарковала свой красный «Понтиак Гран-при» на стоянке отеля незадолго до двух часов ночи, подъехав к боковому входу рядом с номером Джордана.