Марк Моррис – Хищник. Официальная новеллизация (страница 18)

Такие неупорядоченные мысли проносились в ее мозгу. Но они не развивались, а просто мелькали какими-то фрагментами, время от времени погружая разум в состояние полной пустоты. Кейси моргнула, пытаясь вспомнить, где она находится. Ей пришло в голову, что в автобусе была кучка парней. Один из них стрелял в Хищника. Кейси видела парня мельком, и, возможно, именно он ее поднял. Но если он это сделал, значит, в какой-то момент он положил ее на землю.

Автобус лежал на боку примерно в пятидесяти метрах от нее. Кейси лежала в тени под переходными мостиками, по которым она преследовала Хищника.

Чувствуя одновременно слабость и целеустремленность, она заставила себя встать и изо всех сил заковыляла дальше. Люди кричали. Ревели тревожные сирены. Повсюду громыхали военные и псевдовоенные машины. Раньше в небе были истребители (Кейси не могла вспомнить их или космический корабль, который они преследовали), но теперь они исчезли.

Моргнув, женщина повернулась, только сейчас поняв, что она не одна. «Один из парней из автобуса», – подумала она, но, конечно же, это было не так. В мыслях снова поплыли образы и пустые пробелы, и когда один из них закончился, Кейси увидела, как наемник поднял свое оружие и прицелился в нее. Он выглядел грустным. Ей показалось, что она видела его в лаборатории или где-то внутри базы. «Грустный», снова подумала она.

Но это не помешает ему убить ее.

– Будет исполнено, «Звездочёт», – сказал наемник, нажимая на коммуникатор у уха.

Он решительно нахмурил брови. В чудесном тумане транквилизаторов Кейси поняла, что он только что получил приказ, и она вот-вот умрет.

Убаюканная колыбельной, чувствуя тепло, радость и одновременно страх, она услышала, как воздух вокруг нее наполняется визгом циркулярной пилы. Моргнув, женщина свесила голову набок и увидела ревущий мотоцикл, который перелетел через ограждение и с хрустом приземлился прямо на голову наемника, собиравшегося отправить ее в вечность. Мотоцикл завихлял, скользя колесами по плоти, мышцам и костям, но водитель чудесным образом остался в вертикальном положении.

Из-за ограждения за первым мотоциклом с грохотом появились другие, их водители улюлюкали от восторга, как средневековое войско. Она еще раз взглянула на первого наездника – он спешил к ней. Глядя на визжащие колеса, Кейси почувствовала, как ее веки становятся настолько тяжелыми, что она не может их поднять. Ноги подкосились, когда мотоцикл остановился рядом, и она почувствовала, что наконец провалилась в сон.

Во сне ей показалось, что ее кто-то обнимает, и она взлетает.

Рев мотоцикла стал ее новой колыбельной.

Из комплекса проекта «Звездочёт» с грохотом выезжает военный грузовик, спереди сидит водитель, сзади – шесть наемников, одетых в черное. Это мужчины и женщины. Ни один из них понятия не имеет, что именно им суждено умереть, но они знают, что их убьет пришелец, и знают, что он чертов ублюдок. Это им не мешает. В конце концов, каждый из них тоже считает себя чертовым ублюдком.

Спокойные и мрачные, готовые к битве и к тому, чтобы стать героями, они держатся за ручки, когда военный транспорт резко поворачивает.

Только один из них, Гарри Кертис-младший, слышит приглушенный удар по крыше грузовика. Он смотрит вверх, но только на мгновение. Это может быть чем угодно или вообще ничем – просто игрой его воображения.

Хищник запрыгивает в кузов грузовика. Вращающиеся лезвия, напоминающие японские метательные звездочки, вылетают из его пальцев, и два наемника падают на пол. Затем появляются его клинки. Гарри открывает рот, чтобы закричать, и пытается дотянуться до своего оружия, но клинки из перчаток Хищника с хрустом пробивают его грудную клетку и одним движением рассекают сердце. Мозг парня еще каких-то полсекунды продолжает получать сигналы – этого достаточно, чтобы он увидел, как умирает еще один наемник, прежде чем его тело осознает, что жизнь окончена.

Трупы падают на свои места. На пол кузова капает кровь. Хищник расправляется с последним наемником со спокойствием прирожденного охотника, однако водитель каким-то образом что-то чувствует. Возможно, он чувствует запах крови, или смертельная тишина действует как тревожный звонок.

– У вас там все в порядке? – неуверенно спрашивает он, глядя в зеркало заднего вида и видя тени.

В тусклом свете задней части грузовика он замечает поднятый большой палец одного из наемников. Это его успокаивает, и он снова переводит глаза на дорогу.

В кузове Хищник опускает отрубленную руку Гарри Кертиса-младшего. Инопланетянин садится обратно, снимает маску и позволяет себе расслабиться и насладиться поездкой. Под его ногами струится кровь.

На лесной поляне недалеко от базы «Звездочёта» стоит инопланетный корабль, похожий на свернувшуюся клубком змею, которая ожидает появления добычи. С его гладкой поверхности поднимается пар, который сразу рассеивается между деревьев, не поднимаясь настолько высоко, чтобы выдать местоположение корабля.

Люк корабля открывается, и из него появляется массивная фигура, которая спускается на землю. Фигура выглядит невероятно высокой, по ее мощному телу пробегают блики света и тени. Это существо отличается от пришельца, который ранее устроил неописуемый хаос в комплексе проекта «Звездочёт». Оно похоже на Хищника, но все же это нечто большее.

Апгрейд – вот как существо думает о себе. Что-то лучшее.

Оно поднимает голову и издает высокое, странное музыкальное чириканье. Из кустов крадучись выходят два коренастых, мускулистых и мощных силуэта, двигающихся на четвереньках.

Апгрейд отрывает от своей накидки кусочек сетчатого материала, возможно, полоску ткани, которая скользит в когтистой руке существа, улавливая свет. Апгрейд приседает и протягивает руку с клочком сетчатой ткани. С грацией пантеры два его спутника подходят ближе и начинают обнюхивать клочок, словно собаки-ищейки.

13

Рори сидел в своем подвале в старом кресле Barcalounger, которое когда-то было любимым креслом его отца. Одно из самых ранних воспоминаний Рори – папа опускается в кресло и откидывается на спинку, сажает его на колени, и они оба смотрят «Звездные войны». Рори думал, что в то время ему было не больше двух лет. Отец проводил с мальчиком немного времени, но большинство ранних воспоминаний о нем отложилось в какой-то части мозга, и это делало Рори счастливым и грустным одновременно. Он вспомнил, как в воскресенье отец взял его с собой на баскетбол, в который иногда играл с друзьями. Рори было четыре или пять лет. Он был уже достаточно взрослым, чтобы сидеть и хорошо вести себя на трибунах и наблюдать, как папа и другие мужчины играют. Просто несколько ребят в вонючем школьном спортзале, которые притворялись, что до сих пор учатся в старших классах, но за эти два часа Рори полюбил их всех. Тот момент, когда игра закончилась, и мужчины по очереди поднимали его на плечи, чтобы он мог попытаться забросить мяч в корзину, был единственным моментом, когда его интересовал спорт.

Эти воспоминания – времена, когда папа выполнял свои отцовские обязанности – не могли компенсировать его отсутствие и пренебрежение. В большинстве дней ничто не могло это компенсировать. Рори понимал, как сплетаются ткани вещей, подобно цифрам, языку и механике, и знал, что отец должен был стать большей частью его жизни, что это имело значение. Но мальчик никогда не мог выразить свое разочарование словами, которые смогли бы понять его родители. Казалось, будто его способность оценить родительские обязанности отца находится в запертой комнате, и Рори знал, что никогда не найдет ключ. Он знал только то, что это неправильно – слишком часто переживал ощущение пустоты, и какая-то часть его понимала, что это несправедливо. Мозг Рори с рождения работал не так, как у других людей, и он думал, что у Куинна Маккенны такая же ситуация.

Он такой, какой есть.

Иногда, особенно в такие вечера, как этот, когда Рори сидел в кресле Barcalounger и вспоминал «Звездные войны» и баскетбол (и когда у него появлялись вопросы, на которые были нужны ответы, но он не хотел спрашивать у мамы), мальчику было достаточно воспоминаний о своем отце. Он был обычным ребенком, который скучал по папе.

Рори не знал, сколько сейчас времени, но понял, что уже поздно. В подвале стало прохладно. В правой руке он держал небольшой брелок с фонариком, который включался с помощью маленькой кнопки. Заглянув в щелку брелока, он снова посмотрел на фотографию внутри, на которой были запечатлены он с папой. Оба смеялись. Рори не помнил, когда было сделано фото, но хотел бы вспомнить.

Он опустил брелок и взглянул на потрепанную оттоманку. На ней стояла маска; ее пустые глаза, казалось, смотрели на мальчика. Рядом с маской лежала черная штуковина, которую Рори вытащил из инопланетной «перчатки». Она была похожа на крошечный гроб или миниатюрный утраченный ковчег, но на ней были кнопки и лампочки.

Рори еще никогда не испытывал большего желания, чтобы отец был рядом, чем сейчас. Где папа нашел эти вещи? Что они собой представляли? Очевидно, они были тайной, потому что такого рода вещи не каждый день отправляют из Мексики на частный почтовый ящик разведчика армии США, но какая у них история? Рори чувствовал, что эта информация была бы очень полезной для него в попытках выяснить, как использовать эту штуковину.