Марк Моррис – Хищник. Официальная новеллизация (страница 11)
Маккенна резко проснулся, в полной готовности, как его и обучали. Вспомнил сон и почувствовал, что чертовски благодарен, что тот закончился.
– Эй, Баксли! – кричал один из парней, в глазах которого горел маниакальный блеск.
«Койл, – подумал Маккенна. – Имя этого парня – Койл». Небраска Уильямс показывал ему других парней и называл их имена, прежде чем Маккенна провалился в сон.
– Понеслась, – пробормотал парень по имени Баксли, сидевший в передней части клетки.
– У меня к тебе вопрос, – продолжал Койл. – Как сделать обрезание бездомному?
Глаза Баксли превратились в щелки. В этот момент Маккенне стало ясно, что у этих парней была история.
Не обращая внимания на угрожающее выражение лица Баксли, Койл оскалился:
– Ударь свою маму с ноги в подбородок!
Один из военных в передней части автобуса повернулся и ударил по клетке.
– Эй вы там, заткнитесь на хрен!
Койл закудахтал, радуясь своей шутке.
Маккенна взял протеиновый батончик, который ему дали в качестве еды, и повернулся к Небраске Уильямсу.
– Ужин и шоу. Отлично. – Он кивнул в сторону Баксли, который отвернулся от Койла и откинулся на сиденье. – Он там просто сидит?
– О, – ответил Небраска, – на днях он его убьет.
– И что его останавливало до сих пор?
– Ему нравятся шутки. – Небраска кивнул в сторону лысого сумасшедшего. – Койл здесь из-за дружеского пожара. Он обернулся и выстрелил в один из своих автомобилей. Были погибшие. – Здоровяк пожал плечами. – Теперь он травит шутки. Вот такие пироги.
Маккенна кивнул в сторону фокусника, который все еще перетасовывал свои карты одной рукой.
– А что насчет него? Линча?
– Подрывник. Ему дали медаль за то, что он взорвал полгоры в Мосуле[18].
– Почему он здесь? – спросил Маккенна.
– Другую половину он тоже взорвал.
Линч их услышал. Карты в руках остановились, и он взглянул на Маккенну:
– Беспорядок, парень. Это моя игра. Вселенная поощряет хаос. Сколько времени нужно, чтобы собрать небоскреб? Пять лет. А свалить его? Пять секунд. Вещи любят разваливаться.
– А ты ускоряешь этот процесс, – кивнул Маккенна.
– Я воплощаю его в жизнь. Вот так: пуф, – Линч поднял карту, щелкнул по ней, и она исчезла. – Я работаю на беспорядок. Я союзник Вселенной.
– Ну что ж, тогда попроси у Вселенной принести нам кофе. – Маккенна откинулся на спинку сиденья и обратил взгляд на парня с татуировкой на шее и длинными волосами. – А он?
– Неттлз, – напомнил ему Небраска. – Три срока управлял вертолетами. Теперь начинает дергаться, когда не находится в воздухе. – Он взглянул на заднюю часть автобуса. – Эй, Неттлз. Это еще не конец света?
Неттлз взглянул на него и слегка пошевелился. Крестик на его шее блеснул в свете уличных фонарей, мимо которых проезжал автобус.
Маккенна сохранял нейтральное выражение лица. Эти люди были сломаны. Сумасшедшие или нет, они, безусловно, опасны. В этих пятерых присутствовало чувство братства и сарказма, но и жестокости им не занимать. Все они использовались для сражений. У Маккенны возникло ощущение, что если их слишком долго оставить без врага, они могут плюнуть на братство и решить, что сражаться друг с другом лучше, чем не сражаться вообще.
Небраска повернулся к нему:
– У всех есть история. Какая у тебя?
Маккенна чуть не улыбнулся, но ему пришлось задуматься. Что он должен сказать?
– Вы мне не поверите, – пробормотал он.
– Это автобус поехавших. Попробуй.
Маккенна пожал плечами и испытующе посмотрел на лицо Небраски, как бы пытаясь предугадать, какой реакцией сменится его нейтральное, терпеливое выражение. А потом, наконец, сказал:
– У меня была стычка с космическим пришельцем. Они хотят замять это дело, поэтому… я здесь.
Разумеется, они предполагают, что Маккенна сумасшедший. Почему же еще он оказался среди них? Но Небраска только покачал головой и, посмотрев в окно, раздраженно цокнул языком.
– Проклятые инопланетяне, – сказал он.
Маккенна уставился на него. Ему и в голову не приходило, что эти Безумцы могут быть настолько сумасшедшими, чтобы поверить ему.
Кейси стояла над Хищником и изучала его кожу. Его поры. Наклон его массивного лба. Пальцами в перчатках она прикасалась к толстым выпуклостям, которые создавали иллюзию волос, и думала, для чего они, черт возьми, предназначены. Может это просто украшение? Ученый в ней так не думал. Пришелец был еще жив, но, казалось, находился в спячке, и Кейси задавалась вопросом, накачали ли его снотворным или он сам перешел в спящий режим. Ученые из комплекса проекта «Звездочёт» не додумались бы вводить лекарства существу, которое они, безусловно, считали враждебным. Они назвали его «Хищником», а не «добрым соседом», и Кейси не могла сказать, что винит их в этом. Но в ее мыслях роились вопросы, на которые можно было бы ответить только при контакте с Хищником.
Обходя вокруг стола, она ухмыльнулась своему высокомерию. Контакт с ним? Она видела его оружие и броню, видела мандибулы и острые зубы. Раса этого существа использовала Землю (по крайней мере, если верить Трэгеру и Черчу) в качестве своего большого охотничьего угодья, а Кейси понятия не имела, кто был дичью. Неужели она действительно хотела оказаться лицом к лицу с одним из этих существ, когда оно очнется и узнает о ее присутствии?
Да, черт возьми! Да и еще раз да.
Откуда они пришли? Какие у них корабли? Как они впервые обнаружили Землю? Хищники были космической расой, межзвездными путешественниками, а это означало, что, несмотря на свою явно жестокую и дикую культуру, они также были особями с передовой наукой и технологиями, намного превосходящими человеческие. Кейси казалось, что ей снится сон – настолько сюрреалистический, что из-за слишком теплого защитного костюма и стерильной белизны лаборатории она немного сомлела и была вынуждена стряхнуть эту дрему.
«Это реальность, – напомнила она себе. – Проснитесь, доктор Брэкетт. Это не учения».
Кейси улыбнулась и присела, чтобы поближе разглядеть руки Хищника и его мощные пальцы с острыми когтями. Находясь в сознании, он мог бы вырвать ее сердце из груди, она в этом не сомневалась. Но что он мог сказать ей, если бы Кейси убедила его не убивать ее?
Она повернулась к Трэгеру:
– Та папка, которую мне показывали. Она у вас?
Стоявший за спиной Трэгера агент Черч достал папку и передал ей. Кейси взяла ее и начала перелистывать отчеты и снимки. И вскоре наткнулась на телефотографию Хищника, сделанную посреди знакомого городского пейзажа.
– Вот эта, – сказала она. – Лос-Анджелес, две тысячи пятый год.
Она нахмурилась и вернулась к предыдущей фотографии, на которой был запечатлен высокий мужчина с белокурыми волосами и странно знакомой, широкой улыбкой. Она быстро взглянула на доктора Киза, который застенчиво посмотрел в ответ.
– Ваш отец, – сказала Кейси. – Извините. Я должна была заметить это, эээ…
«Сходство», – хотела сказать она. Но это было больше, чем сходство. Мужчина на фотографии наверняка отец Киза. Сын был его точной копией.
– Короче, на этой фотографии, – сказала она, вернувшись к снимку, сделанному в Лос-Анджелесе. Казалось, устройство на голове пришельца отличалось от боевой маски в витрине, которую она видела раньше, – на нем какая-то… атмосферная маска. Биошлем. – Кейси указала на устройства, установленные на запястьях пришельца, думая, относятся ли и они к оружию. – А что это за штуки на запястьях?
Она оглянулась на спящего Хищника, а затем посмотрела на соседний стальной стол, где его оборудование было выложено как коллекция из внеземных причудливых вещей. Там лежало другое оружие и части брони, но не было…
– Где они? Где маска и второй наруч?
Трэгер бросил на нее смущенный быстрый взгляд.
– Мы искали, поверьте мне.
Кейси вернулась к другой фотографии, которая была в начале папки. Ежик волос на голове мужчины слегка отрос, но все в его виде говорило, что он военный.
– Это тот человек, который первым вступил в контакт с пришельцем?
Трэгер бросил на Черча предупреждающий взгляд, но тот либо не заметил, либо проигнорировал его.
– Так и есть, – сказал он.
– Я хотела бы с ним поговорить.
Трэгер выпрямился, красивые черты его лица ожесточились.