Марк Льюис – Империи Древнего Китая. От Цинь к Хань. Великая смена династий (страница 17)

Из юридических документов, найденных в Шуйхуди, стало известно, что при династии Цинь вдоль дорог появились контрольно-пропускные пункты, где путешественники вносили подать и предъявляли пропуска, без которых не могли продолжить свой путь. Эти учреждения сохранились при династии Хань. В хрониках сказано, что эти пропуска иногда подделывали, а в годы больших неурожаев пропускные ограничения на перевозку зерна отменялись⁶. В нескольких древних текстах говорится о пропусках для посещения столичной области и выезда из нее, об ограничениях на поездки зимой, на запрет отъезда подданных из приграничных областей и задержании на дорогах подозрительных путников. На случай крайней необходимости при постах проверки пропусков предусматривались камеры временного заключения. Дороги обеспечивали беспрепятственное перемещение людей и товаров по всему Китаю, но это перемещение тщательно контролировалось в интересах государства.

Карта 7

1 — Цзююань; 2 — Дай; 3 — Ляодун; 4 — Лунси; 5 – Бейди; 6 — Шан; 7 – Деньюань; 8 — Ханьдань; 9 — Шанцю; 10 — Пиньюань; 11 – Линьцзы; 12 — Линьтао; 13 — Сяньян; 14 — Аньи; 15 — Шандан; 16 – Динтао; 17 — Пэнчэн; 18 — Ханьчжун; 19 — Вань; 20 — Цзюцзян; 21 — Шу; 22 — Ба; 23 — Цзянлин; 24 — Даньян; 25 — У; 26 — Цяньтан; 27 — Цяньчжун; 28 — Чанша; 29 — Гуйлинь; 30 — Гуйян; 31 — Минь-чжун; 32 — Мян; 33 — Наньхай

Такая сеть дорог облегчила важнейший обряд объединения, известный как императорский выезд, во время которого император лично осмотрел объекты, строившиеся на территории его вотчины. Первый китайский император за десять лет совершил не меньше пяти поездок по своим новым восточным областям (см. карту 8). Многие императоры династии Хань, особенно в период Западной Хань, совершали такие же поездки по стране. Официальный статус вельмож определялся численностью свиты, которая сопровождала их при разъездах по империи для осуществления государственных дел. На фресках склепов сановников династии Хань изображены сцены с вереницами экипажей.

Рис. 2. Коляска с чиновником пересекает мост. Навес и верховой сопровождающий свидетельствуют о высоком положении седока

В дополнение к сухопутным дорогам на севере цини занимались перевозками грузов по рекам, а в области Гуаньчжун прокопали несколько судоходных каналов. Еще большей популярностью водный транспорт пользовался на юге Китая, где рельеф местности осложнял дорожное строительство, зато в значительной степени подходил для путешествий на речных судах.

Карта 8

1 — Цзююань; 2 — Дай; 3 — Цзеши; 4 — Ляодун; 5 – Лунси; 6 — Бейди; 7 – Шан; 8 — Ханьдань; 9 — Шацю; 10 — Пиньюань; 11 — гора Чжифу; 12 — Дунгуань; 13 — Линьтао; 14 — Ханьчжун; 15 — Сяньян; 16 — Шандан; 17 — гора Тай; 18 — гора И; 19 — уступ Ланья; 20 – Шу; 21 — Ба; 22 — Цяньчжун; 23 — Цзянлин; 24 — Цзюцзян; 25 – Пэнчэн; 26 — Чанша; 27 — Даньян; 28 — У; 29 — Цяньтан; 30 — гора Гуйцзи; 31 — Гуйлинь; 32 — Сян; 33 — Наньхай

Одновременно с возведением ключевых объектов, соединявших области их новой вотчины, правители династии Цинь работали над ограничением движения между их собственной территорией и землями, лежащими за их пределами. На протяжении первой половины 1-го тысячелетия до н. э. многие народы, которые жили к северу от территории, ставшей Китаем, постепенно перешли на новый уклад жизни, основанный на отгонно-пастбищном кочевье – перегоне домашнего скота с одного пастбища на другое в зависимости от сезона года. В период Сражающихся царств северные китайские царства захватили степи, использовавшиеся этими северными народами, и построили стены, чтобы сохранить свои территориальные приобретения. По мере знакомства с соседними народами, обитавшими к северу от Китая и их особым укладом жизни, китайцы стали называть свое собственное государство «срединным» относительно '«внешнего» мира, причем не только исходя из географического положения, но также и в связи с культурными традициями. Точно так же, как осознание греками своей самости через ряд отличий от их противников-персов (свободные люди по сравнению с рабами, непреклонные и выносливые по сравнению с изнеженными и чувственными), ощущение кардинального отличия от северных «дикарей» сыграло решающую роль в формировании Китайской империи.

Такое ощущение непохожести получило материальное воплощение в строительстве оборонительных стен на границе. Наибольшего размаха это строительство достигло во время попытки правителей династии Цинь обезопасить свою вотчину через включение древних стен на северной границе царства в единую систему обороны. Полностью вытеснив северные племена из долины большой излучины Хуанхэ, правитель династии Цинь назначил дорожного инженера Мэн Тяня руководителем строительства системы землебитных стен и сторожевых вышек, предназначенной для охраны этой недавно присоединенной территории, а также всего участка северной границы империи. Стена эта предназначалась для сдерживания северных кочевых племен, особенно хунну, чтобы они «больше не смели приходить на юг для выпаса своих лошадей, а их мужчины не рисковали бы хвататься за свои луки как орудия мести за нанесенные им обиды»⁷. Сыма Цянь в своем трактате Ши-цзи утверждает, будто Мэн Тянь получил в свое распоряжение 300 тысяч рабочих, занятых на проекте предприятия, возводимого на резкопересеченной местности, до которой было трудно добраться. На одного человека, трудившегося на фактической строительной площадке, приходилось несколько десятков дорожников, прокладывавших подъездные пути, и поставщиков материально-технических средств. Притом что это сооружение весьма часто называется Великая стена династий Цинь и Хань, доказательств того, что она простиралась непрерывно от Средней Азии до берега моря наподобие более поздней стены, построенной при династии Мин, не существует.

Заключительным шагом централизации империи было упорядочение эксплуатации труда и службы земледельцев. Сборы существовали в двух главных формах: взноса с урожая и подушного налога. Взнос с урожая, в начале правления династии Хань составлявший ¹/₁₅ часть урожая, позже уменьшился до ¹/₃₀ части. Так как данный сбор официально начислялся на урожай на корню, в государстве не хватало чиновников для взвешивания урожая каждого из земледельцев, и его фактически рассчитывали на основе площади принадлежавшей землевладельцу земли, помноженной на ожидаемый урожай на отдельных участках. Даже притом, что такой сбор составлял небольшую долю от среднего урожая, в неблагоприятные годы, когда случался серьезный недобор урожая, он мог ложиться на плечи земледельца весьма ощутимым бременем.

Подушный налог вносился наличными деньгами каждый год. За детей вносили половину суммы, причитавшейся со взрослых членов семьи. С помощью данного налога правители династии Цинь влияли на поведение своих подданных. Например, на живших вместе с отцом взрослых сыновей начислялся двойной налог, и у них появлялся стимул к созданию собственных домашних хозяйств. Тем самым достигалось возделывание максимальной территории пахотной земли. С удвоением числа домашних хозяйств, в свою очередь, увеличилось число мужчин, пригодных для военной службы.

В дополнение к оброку земледельцев каждый год привлекали к обязательному труду на благо общества (участие в сооружении государственных объектов). Возраст привлечения мужчин к предоставлению подобных услуг в разное время менялся, однако базовый их принцип заключался в том, что все взрослые мужчины должны были бесплатно работать на протяжении некоторого промежутка времени (один месяц в год при династии Хань) на строительных объектах, а также предоставлять мелкие услуги администрации округов и уездов. Они занимались перевозкой товаров, таких как зерно или пеньковая ткань, строительством дворцов и жилища для чиновника, добывали или таскали соль и железо, производившиеся организованными государством монополиями, ремонтировали дороги, мосты и водные пути. В период существования Восточной Хань это обязательство обычно подменялось внесением денежных средств, использовавшихся на оплату профессиональных наемных рабочих, обладавших необходимыми навыками, которых не было у земледельцев, вынужденных заниматься не своим делом по очереди.

Хань как наследник Цинь и ее могильщик

Когда спустя всего лишь два десятилетия династию Цинь свергли, ей на смену после нескольких лет гражданской войны пришла династия Хань. Поскольку при династии Цинь появилось первое в истории Китая государство, власть которого распространялась на весь китайский мир, у него сложилась единственная в своем роде модель управления империей. По этой причине правители династии Хань во многом переняли опыт династии Цинь. Однако продолжительное правление династии Хань обеспечивалось за счет приспособления к реальным условиям, обычно осторожного и постепенного, этого опыта правителей Цинь, а также с помощью внедрения, подчас без особой радости, новых методов воздействия на подданных.

Одного поколения правителей Цинь не хватило для того, чтобы искоренить местные привязанности и заручиться всеобщим одобрением абсолютного самодержца. Вотчина Цинь первого императора на самом деле оставалась самостоятельным государственным образованием, власть которого распространялась на вассальные государства; и навязывание со стороны правителями Цинь собственного своеобразного статуса послужило препятствием на пути создания унитарной империи. Правящие кланы и влиятельные семьи прежних Сражающихся царств выступали одновременно в качестве действующих лиц и поджигателей восстания, участники которого свергли правившую династию, и последующая политика представителей династии Хань, продолживших раздавать поместья, послужила подтверждением живучести традиций прежних Сражающихся царств. Появление полноценной императорской власти требовало значительных изменений.