Марк Кузьмин – Война паука (страница 15)
Смотрелся он при этом достаточно забавно. Мы с Мерли тактично промолчали и улыбки попрятали, но среди нас был тот кто «тактом» не страдал.
— Пха-ха-ха-ха! Ну ты и выглядишь! — откровенно ржала над ним Гвен. — Ты похож на злобную боевую пони!
— Ой, заткнись! — рычал скакун, стараясь игнорировать призрачную девушку, что периодически высовывалась из тела оборотня и издевалась над ним, а тот едва на ногах тут держался и в воду прыгать не хотел, потому был вынужден терпеть.
Гвен вообще никаких проблем не испытывала. Её труп оборотня запахи не чувствует, а для нее, как существа без Сродства с жизнью или его аналогом запахи лишь информация, как была для меня не так давно.
Единственной у кого были сложности — это Мерли. Она обоняния не потеряла, а будучи терийкой вообще имеет обостренные чувства, что сейчас играет против нее. Потому кошке купили защитную маску, что спасает её от обморока. Надеюсь хоть в пещерах с ароматами будет полегче.
Вот как только я вернулся от Захриса, сразу же нашел друзей, что добывали себе новую экипировку. Поскольку вещи Мерли были уничтожены не в результате выполнения задания, а по личным делам, то компенсировать никто ей ничего не собирался, а потому одежду и элементы брони пришлось покупать. К нашему огромному удивлению, на нее нашлось даже целое платье горничной, к которым терийка очень сильно привыкла. Смотрится горничная с элементами брони довольно странно. Наручи и поножи с перчатками и шлемом на ушастой голове, с большим механическим арбалетом в руках и широким поясом с несколькими подсумками для болтов.
Это… странно…
Но раз уж она так хочет, то мешать никто не собирается. Скрываться и прятаться кошка умеет отлично и яркие элементы одежды ей не мешают, а с обретением силы жнеца подобное вообще перестало иметь хоть какое-то значение.
Ну, не важно.
Как пришел, рассказывать о том, какое именно задание нам дали я не стал, так как вокруг было слишком много ушей, а работа не официальная, за что у нас могут быть проблемы. Так что пришлось пока скрыть детали, и просто сказал собираться.
Лишь когда мы ушли достаточно далеко от Рынка и убедились, что вокруг никого нет, я поведал остальным о нашем новом задании.
Благо я додумался купить ей защитную маску и так хирринка все же выживает. Тяжко вампирам в таких условиях. Ну, по крайней мере, пока мы тут, я более чем уверен, что Вивьен не пойдет за нами.
Прогулка по канализации не была хоть сколько-нибудь интересной.
Мы шли по вонючим и грязным коридорам, стараясь не намокнуть и не запачкаться, что получалось с переменным успехом, теснясь на узких дорожках и неспешно продвигаясь по карте к нужному месту. По пути нам встречалась лишь редкая низко ранговая дикая нежить, которую легко убивала Мерли, неспешно постреливая из арбалета. Дагоны же и пробравшиеся сюда пауки разбегались, просто почувствовав наше присутствие, спасая свои шкуры от приближения элитных монстров. А потому идти было еще и чертовски скучно. Никаких опасностей.
Тут меня загнали дагоны, и мне пришлось разбить лампу с горючим маслом и напугать их огнем. Если пройти дальше, то найду место, где впервые столкнулся со Свинофермером.
Думая сейчас, каким слабым я был и с каким трудом продвигался вперед, и, сравнивая с собой нынешним, от которого низшие твари разбегаются в ужасе, я сам удивлялся своему прогрессу. Теперь слова Захриса мне самому кажутся необычными. Я ведь очень быстро поднялся.
Да, у этого вполне себе логичные причины.
До третьего ранга путь не такой большой. До второго так вообще пустяковый. Но тут сложности именно в том, чтобы выжить, а у меня с выживаемостью было все неплохо. Тупо на упрямстве отказывался сдохнуть окончательно. То есть со стороны весь мой путь и правда выглядит довольно странно. Слишком быстро и плавно продвигался.
Но лишь тут, в месте где я с трудом пробирался, замечаю как изменился.
На мне пусть не самые лучшие, но качественные доспехи, у меня мощное зачарованное оружие и пара артефактов, а сам я не один, а в компании очень сильных ребят.
— О, вонять стало меньше! — подскочила в седле Мерли.
Терийка сняла маску и слегка оживилась.
— И правда, — заметил я, что ароматы гнили и дерьма начали сходить на нет, а вместо него появилось больше морской соли. — Похоже, мы подбираемся к главному бассейну.
Достав карту, я посмотрел на схему канализации.
Она делилась на несколько крупных труб-коллекторов, расходящихся из центрального бассейна. Туда с моря стекает морская вода в гигантский резервуар, и оттуда по очистительным каналам вода расходится во все остальные места. Беда лишь в том, что сами системы очищения давно сломались, забились мусором и пришли в негодность, а потому в остальной части канализации весьма грязные воды и никто их не очищает. Ну и с Рынка часто идет слив мусора и отходов, так что уровень грязи поддерживается на «должном» уровне.
После смены запаха уже все мы услышали шум падающей воды. Словно впереди был водопад. Значит, мы уже близко.
Вскоре коридор вывел нас в достаточно просторное помещение с решеткой на полу, через которую куда-то вниз стекала вода. Потолок тут был достаточно высоким, полукруглым и над головой имелось отверстие, откуда стекал поток воды, что проходил через решетку и уходил вглубь бассейна. Из зала шло несколько ходов, которые либо вели в другие части канализации, либо к лестницам вниз.
— Так, похоже, мы в верней части, — сказал я, посмотрев на карту. — Нужно спуститься вниз, а оттуда доберемся до нужного места к пещерам.
Путь к укрытию Отступников достаточно заковыристый. Они же засели не в самой канализации, где относительно цивилизованные и разумные существа не могут нормально жить. Это низшим дагонам местность удобна и приятна, а вот уважающий себя рыболюд в дерьме купаться отказывается. Так что они засели в пещере под городом, а их там очень много. Когда шло основание столицы, то землю серьезно так перекопали, от чего образовалось немало пустот, что никак не благоустроены.
— Идем, нам сюда, — сказал я ребятам и мы все двинулись к левому входу.
Мы прошли по металлической решетке, что была достаточно прочной, чтобы выдержать наш общий вес. Ржавчины почти нет, видать сделали из очень хорошего металла. Не удивлюсь, если Раум отвалил черным дварфам огромные деньги за подобное, что даже спустя минимум триста лет отлично выглядит. Решетка достаточно плотная и имеет небольшие зазоры, вода проходит легко и ходить по ней удобно. Нигде не застрянешь. Даже Бьонду с его копытами было нормально.
Шум падающей воды разносился по всему залу и уходил по коридорам, чтобы затеряться где-то среди текущей в темноте воды, благо у нас проблем с тьмой нет.
Мы уже подходили к нужному проходу, как неожиданно голос подала Мерли:
— Враги! — крикнула терийка.
Это стало спусковым крючком для дальнейших действий.
Едва заметное шевеление слева и в меня устремляется огромная дубила.
Блок!
Тут же поднимаю щит и отражаю весьма тяжелую атаку, что заставляет меня пошатнуться, а затем из водопада в меня устремляется костяное копье с кем-то невидимым, держащим его.
Подшаг!
Смещаюсь в сторону, пропуская оружие врага, и пытаюсь задеть незримого нападающего, но тот как-то извернулся и уклонился, резко отпрыгнув обратно в воду.
— Не уйдешь! — зарычал я и устремился на него.
Рывок!
Срываюсь с места, выставив щит, устремляюсь на противника, разбивая водяную стену своим телом, и разбрызгиваю её по всему залу. Мой щит врезается в мягкое тело неизвестного и просто вбивает его в каменную стену.
— Бха! — слышится хрип, и звук ломающихся ребер доносится до ушей.
Невидимость, а точнее какая-то форма камуфляжа или мимикрии сползает в него и моему взору предстает крупного вида дагон с темной, почти черной чешуйчатой кожей и более массивной головой с большими зубами.
Дагон-налетчик. (III). Уровень — 23. Раса — Зверолюд. Амфибия.
Он пытается меня укусить, но я отпрыгиваю.
Вовремя, ведь ему на подмогу пришло еще двое.
Отскакиваю и вижу, что мои друзья уже увязли в бою с нападавшими.
Бьонда окружило четверо рыболюдов, но костяной скакун не был легкой добычей. Пускай он в таком месте не мог нормально скакать, однако для магии проблем не было и в напавших тут же полетела Костяная шрапнель. Мелкие кости вряд ли смогли бы убить столь серьезных противников, но мой напарник имел огромные запасы кости, а потому непрерывно поливал окруживших его врагов острыми кусками, проливая кровь и отрывая от них куски плоти.