Марк Кузьмин – В тени дракона: Погружаясь во тьму (страница 80)
Я не ожидал таких речей от Герми, но она полностью права. Эти игры директора меня тоже злят, а давать ему новые «игрушки» я не хочу. Пусть сам в кои-то веки справляется. Я, конечно, слышал, что он сражался с Волдемортом в Министерстве, но это был реально первый раз, когда он хоть что-то предпринимал.
Так или иначе, мы ничего делать не будем, а лишь посмотрим, но если ситуация обострится, то вмешаемся, так как от этого наша жизнь все же зависит.
Пускай в школе опять завелась страшная тварь, но это не повод постоянно о ней думать, а причина сменить тему нашлась быстро.
Завтра у нас первый матч по квиддичу между Гриффиндором и Слизерином. Так что страхи, негатив и депрессия быстро отошли на второй план, и мало кто вообще обращал на все остальное внимание.
Причем атмосфера напряжения и предвкушения были такими сильными, что…
- Эй, Эванс, как думаешь, у нашей команды есть шанс? – спросил Бэм, чернокожий парень из Нигерии.
- Эм-м-м-м… наверно… - несколько прифигевшим голосом ответил я. Это был первый раз, когда хоть кто-то спрашивал мое мнение или интересовался у меня чем-то. Да вообще первый раз, когда со мной кто-то с факультета сам заговорил. – Генни хорошо гоняла команду…
- Точно, они наверняка победят, - обрадовался он и пошел дальше.
Я же некоторое время смотрел ему вслед и пытался понять, в какой именно момент реальность дала трещину и улетела куда-то в трубу.
Долго я еще пытался собрать развалившиеся мозги.
- С дороги! – прозвучал голос, и мимо быстро проносится Генриетта.
Сестра, проходя мимо, посмотрела на меня, грозно прищурилась.
- Не мозоль мне глаза, - прорычала она.
А затем в быстром темпе удалилась по своим делам.
- Что-то она какая-то нервная, - сказал я, смотря ей вслед.
После тех событий моя сестра начала с особым негативом на меня смотреть. Не знаю, что именно стало причиной такому поведению. Скорее всего, то, что я дал отпор призраку, стало серьезным щелчком по носу ее гордыни, вот она и бесится.
- Ну и пофиг, - махнул я рукой. – Мне как-то на чужую гордыню плевать.
Повернувшись, я двинулся дальше по своим делам, а дела у меня были.
Как только я зашел в свою комнату, то увидел вместо моей старенькой и удобной кроватки новую. Это точно работа одной наглой слизеринки, и я собирался найти ее и заставить все поставить на место. Я не могу и дальше позволять ей своевольничать в моей комнате.
Пора поставить кое-кого на место.
Свернув в коридор, я двинулся на поиски.
Тут уже никого не было, но поскольку сейчас день, то волноваться не о чем.
Навстречу мне вышел… Невилл.
Он шел с другого конца коридора и явно не ожидал встречи со мной, а потому несколько струхнул. Мне же было откровенно плевать на его присутствие, и я не собирался с ним вести дел. Может, и нужно было бы его пристукнуть за все те разы, когда он участвовал в травле на меня, но мне как-то лень.
- Эй, Гарри, - неожиданно он сам обратился ко мне.
Трусливый увалень стоял передо мной, он слегка дрожал и опустил голову, не решаясь смотреть в глаза.
- Я… я… я… это… - пытался он решиться. – Я… хочу извиниться… Прости меня!
- А? – приподнял я бровь. – Чего?
- Я сожалею о том, что…
- Заткнись, - прищурился я. – Мне твои извинения не нужны. Можешь валить к тем обезьянам и дальше наслаждаться своим убогим положением. Ты не на моем месте лишь потому, что тебе повезло не оказаться аутсайдером.
Он застыл.
- Потому оставь свои жалкие слова при себе и не отравляй мне жизнь своим присутствием, - продолжил я говорить, то, что давно мне хотелось им всем сказать. – Гуляй с этими придурками сколько хочешь, но знай, что как только интерес ко мне пропадет или я сумею дать им достаточно тумаков, чтобы они сами отвалили, то ты будешь первым, над кем они начнут издеваться.
- Не говори так…
- Что, правда глаза колет? – фыркнул я. – Тебе давно пора перестать носить розовые очки и увидеть истину.
- Это не так, - пытался он что-то говорить.
- А как тогда? Вы толпой нападали на меня, издевались и избивали. А в тот последний раз Уизли так психанул, что действительно хотел меня убить, - криво усмехнулся я. – Ты и весь Гриффиндор такой. Вы только и можете что толпой нападать на одного и получать удовольствие от насилия. Говорите, это Слизерин злодеи и негодяи? А кто тогда вы? Вы, те, кто веселятся, измываясь и наслаждаясь чужими страданиями. Кто такие вы тогда? Хотя какая разница. Потеряют меня как игрушку для битья, быстро найдут новую. У нас вон, целая толпа первокурсников которых…
- ЗАТКНИСЬ! – неожиданно закричал Лонгботтом. – НЕ СМЕЙ ТАК ГОВОРИТЬ О МОИХ ДРУЗЬЯХ!
Я аж подпрыгнул от неожиданности, так как от тихони Невилла точно не ждал такого голоса.
- Пусть они грубые и глупые, но они мои друзья, и я не позволю тебе наговаривать на них! – бесился гриффиндорец. – Я жалею о том, что не остановил их! Да, они зашли слишком далеко, но это не значит, что они сами не понимают этого! Можешь что угодно говорить о Роне, но даже он признал, что перестарался, как и остальные! – говорил он. – Но ты и сам отчасти виновен! Ты же всегда мог начать меняться сам и менять к себе отношения, но не делал это, оставаясь в своем уютном дне, откуда мог просто ненавидеть всех, считая только себя исключительно правым! – он поднял голову, и в его глаза я увидел смесь гнева и грусти, которые сейчас бурлили в его душе. – На четвертом курсе, когда ты высказал нам все, что думаешь, и о том, что сделала Генни, ты был прав! Мы действительно глупые и недалекие дураки, которые легко поддаются чужому влиянию, но и ты сам такой же, хоть и отрицаешь это!
Он резко развернулся и пошел прочь, но затем остановился.
- Я… всегда восхищался тобой, - сказал он, стоя ко мне спиной. – Ведь ты не побоялся пойти против всех и отстаивал свои убеждения. Я хотел бы быть таким же, как ты… Я жалею, что такой трус и не набрался храбрости пойти за тобой или остановить их… За это… прости…
Он ушел…
А я же стоял на месте и смотрел его вслед…
Его слова эхом крутились в моей голове, и я никак не мог успокоить бушующие мысли, ведь о таком мне никогда не приходилось думать, и подобные мысли ни разу не посещали меня.
Он ушел, оставив меня с кучей шума в голове, и лишь один вопрос четко сформировался в моем сознании:
- Когда я успел стать таким же, как... Снейп?
Глава 53. Ненависть.
Лежу на своей новенькой кровати, о которой я и думать забыл после того разговора, и смотрю в потолок. Мысли в голове текут довольно быстро, и я никак не могу прийти к какому-то знаменателю в моем сознании.
Слова Невилла всплывают вновь и вновь, а я размышляю, где именно я свернул не туда.
- Когда я успел стать таким же циничным и озлобленным на мир, как Снейп? – спрашивал я.
Северус Снейп пережил примерно то же, что и я, от моего отца и его дружков. Я видел это в том воспоминании и осознал, что именно было тогда. Теперь мне были ясны мотивы и причины, сделавшие профессора таким, но я никогда не хотел становиться таким же.
И вот, выслушав Невилла, я стал сам задумываться, а не превращаюсь ли я в Снейпа?
А вот есть уже кое-какие сходства.
Я живу с неприязнью к окружающим. Я негативно смотрю на всех вокруг себя и считаю себя умнее остальных. Я считаю, что все вокруг виноваты в моих проблемах и в моей хреновой жизни, но… но… Так ли это?
Мог ли я на первых курсах что-то сделать со своим положением?
Да, там была частичная вина Генни в том, что все встали против меня. Однако я ведь сам даже не пытался никак с этим бороться. Пусть я был маленьким, глупым и слабым, но я же мог хотя бы попытаться, но я даже не хотел пробовать, просто принимая свое положение как данность.
И вот сейчас я считаю всех виновными и даже не пытаюсь понять их самих. Ведь если я и дальше буду так думать, то скоро я… просто стану таким же, как Уизли. Он винит меня и считает себя правым, но сейчас я сам веду себя точно так же.
Все может в итоге вылиться в то, что я просто начну избивать окружающих и считать себя вправе это делать.
- Скоро я просто начну поливать всех дерьмом, издеваться, мучить и считать это компенсацией за то, что делали со мной. Как Снейп…
Я прямо вижу самого себя спустя много лет.
Озлобленный, жестокий и мрачный человек, который только и может, что отравлять жизни тем, кого он считает виновными в текущем положении. Что если не виновные должны заплатить, то хотя бы их дети или любые связанные с этими личностями.
- Так… что же мне делать?
Ну, идти и прощать весь мир я точно не собираюсь.