Марк Кузьмин – В тени дракона: Погружаясь во тьму (страница 54)
Мне нравится это странное чувство риска и опасности. Мне… нравится ходить по краю между откровенностью и недосказанностью.
Говорить это Гермионе я не хочу. Она просто не поймет.
- Ладно. Я все равно помогу тебе, - вздохнула она.
- Спасибо, - улыбнулся я.
Если Гермиона будет с нами, то я буду действительно спокоен. Она сможет остановить меня, если я слишком сильно увлекусь всем этим, и поможет мне там, где я просто не могу ничего сделать. Мне уже нелегко оставаться незамеченным, проверяя то, что дала мне Панси, но вот Гермиона может легко в библиотеке смотреть все что угодно, и никто ей ничего не скажет. Да и многое другое.
Ну и просто, мне приятно, что Миона рядом и будет помогать. Как-то спокойнее на душе становится.
- Ладно, вот смотри, что она мне дала…
***
Как только она покинула комнату, самодовольная улыбка тут же слетела с ее лица, сменившись мрачной гримасой.
Так нелепо попасться и просчитаться. Это позор. Полный позор.
Если бы ее кто-то видел тогда, то осмеяли бы. После такого называться слизеринкой, а уж тем более будущей Темной Леди, просто не имеет права. Да и она сама хороша, вместо попытки заболтать, начала угрожать и пытаться все решить силой. Если бы Эванс не влез, то она бы полностью провалила все.
Оригинал стал сильным отнюдь не сразу и отлично научился действовать тонко, играя на струнах человеческих душ… Но не любил. Это напоминало ему о том, как он начинал, вылизывая задницы сильным мира сего, если надо, добиваясь своих целей даже через постель… Не было ничего слаще, чем, набравшись сил и знаний, отбросив политесы, идти вперед с грацией бронепоезда. И горе тем, кто стоит на рельсах.
И, если забыть, что в школе есть учителя, Панси и была тут самым настоящим бронепоездом. Конечно, по сравнению с локомотивами большого мира она не более, чем игрушечный паровозик, но в тихой школьной гавани так легко об этом забыть.
Да, это ее ошибка и только ее.
Эванс новичок во всем этом и винить его в том, что он что-то забыл или недоглядел, глупо. Это она взрослая и опытная, но так глупо проморгала все.
Фактически ей очень даже повезло. Да, крутить Эвансом, пока он один и не может ни к кому обратиться намного легче, но с Грейнджер ситуация не особо усложнится. Плюс, она и так хотела как-нибудь привлечь на свою сторону и эту девчонку. Столь талантливая и умная маглорожденная может быть очень полезна Панси, а потому упускать ее нельзя.
И то, что их раскрыла именно Гриффиндорская Зазнайка, даже хорошо. Лучше она, чем кто-то другой, и теперь Панси больше так не проколется.
На лице сама собой появилась предвкушающая улыбка.
Как же ее заводит и веселит эта игра.
Каждый знает и подмечает ошибки друг друга, каждый знает, что другой знает, но делает вид, что ничего не случилось, и каждый выжидает удобного момента, собирая козырные карты.
Это чертовски увлекательно и весело.
Она видит взгляд Эванса во время их разговоров. Ему тоже нравится это. Он тоже наслаждается этим.
Да, все только начинается…
- Хи-хи-хи-хи…
Глава 36. Магия Разума.
Сидеть в библиотеке и читать медицинские книжки то еще удовольствие, особенно, если никогда не планируешь становиться врачом. Однако сейчас я занят именно этим, и не потому что мне хочется рыться в этой кошмарной куче информации, а потому что надо. Все же пусть ритуал, который мне нужен, описан в одной книге, но для конспирации нужно читать и другие, а если будут спрашивать, то нужно будет ответить, так что халтурить нельзя. Ну и некоторые вещи описаны не в одной книге, а сразу в нескольких параллельно.
Гермиона сказала: «Раз тебе нужна вся информация по этим ритуалам, то держи».
Кажется, под «вся» она поняла буквально вся, какая может быть связана, вплоть до словосочетаний, а не только описание. Честно говоря, я был удивлен, как мало, оказывается, знаю о подобных вещах и как мог реально встрять с этим всем.
Ведь Панси действительно дала мне настоящие ритуалы, которые вполне себе стандартные и известные, но внутри они дают такой сложно читаемый объем информации, что она могла бы сказать мне все что угодно, а я бы никогда не догадался.
Короче, с Гермионой я теперь получаю всю информацию, какая только может пригодиться. И даже если она пригодится мне на пять минут, то это будут очень важные пять минут, которые нужно провести с осторожностью.
Вообще привлечь к помощи нашему делу Герми было действительно правильным решением.
Если раньше мне приходилось придумывать причину почитать какую-то книгу, искать самому или делать все тайно, то сейчас с ней я могу что угодно взять, и никто мне и слово не скажет. На все ответ: «Гермиона попросила подать», - и никого не волнует, что возле ее стола уже несколько стеллажей фактически стоят. Это же Грейнджер, она всегда так зачитывается.
Мне порой кажется, что попроси я у мадам Пинс какой-нибудь темный фолиант по призыву демонов и человеческим жертвоприношениям с оправданием «это для Гермионы», то она легко его мне выдаст, ничего не заподозрив.
Когда мы с Панси увидели всю эту гору…
Даже у нее глаз задергался.
- Ты что, все это прочитала? – спросила слизеринка, с шоком глядя на пирамиду из книг.
- Ну да, - совершенно честно и не понимая нашего шока, ответила Гермиона. – Это так, легкое чтение.
- Легкое… - ужаснулась Паркинсон.
Ну и с тех пор мы эту кучу разгребаем. Панси поначалу хотела оставить все это только на нас, ведь ей ничего из этого изучать не нужно, но ей наскучило сидеть и тупить в космос, пока мы заняты, так что она присоединилась к нам. Да и в любом случае нужно готовиться к проекту, так как авто-зачет очень хочется.
Ну и, видя «наш энтузиазм», другие пары, что делают своих проекты, как-то косо на нас поглядывали и старались обходить стороной. Видать, мы и правда со стороны как-то чудаковато смотримся.
Прошла где-то неделя этого «веселого времяпрепровождения».
Сентябрь закончился и начался октябрь. К ритму уроков все более-менее привыкли, и ученики вошли в струю учебной жизни. С утра уроки, затем у кого-то тренировки, а после посиделки в библиотеке. У нас примерно так же было. Только «посиделки» были скорее выматывающими, но я чувствовал, что если понадобится, то докторскую защитить уже могу, ну или хоть, помирая, буду знать от чего и как быстро.
- Ну и сколько еще это будет продолжаться? – вновь ныла Панси. – Мне кажется, что мы хирургами раньше станем, чем делом займемся?
- Не тебе жаловаться, Панси, - дулась Гермиона. – Гарри, между прочим, кормит тебя.
- Да, кормит, - хитро улыбнулась она. – Эванс, женись уже на мне и корми каждый день.
- Кухонное рабство меня не интересует, - фыркнул я.
- Панси, хватит приставать к Гарри, - сердилась Герми. – Ты же сама сказала, что приставала к нему только, чтобы меня отвадить.
- Никогда такой чуши не говорила, - сказала Паркинсон, с абсолютно честным лицом. – Я делала это, чтобы позлить тебя и заставить Гарри смущаться.
У меня от ее слов глаз задергался.
Боюсь, к концу нашего общения я совсем психом стану. Непробиваемый человек.
- Да кто Гарри вообще для тебя?
- Это же очевидно, - с такой же чистой искренностью ответила она. – Он – моя игрушка.
Гермиона упала головой на стол.
Да, отвечая подобное с таким лицом реально можно убить своей наглостью.
- Давайте сменим тему, - сказал я, останавливая руку Гермионы, что потянулась метнуть в Панси тяжелый том по черепно-мозговым травмам. Так сказать, и увечья, и ученье. – Меня вот такой вопрос интересует. Эти ритуалы проверяют тело и душу, а вот разум - нет, как с этим быть? Тут написано, что понять состояние разума можно, но не проверить его.
- А разум проверять имеют право только мастера легилименции, - ответила Панси. – Лезть кому-то другому в голову человека – это прямой путь повредить ментальные щиты и вообще свести человека с ума. Именно поэтому магия разума запрещена, потому что влезть в голову легко, а вот ничего не сломать там уже сложнее. А уж создать там что-то новое сложно настолько, что я даже не знаю никого из ныне живущих магов, кто способен на такое. Ну, будь иначе, никто бы и не пользовался дилетантским Империусом.