Марк Кузьмин – В тени дракона: Господин Теней (страница 106)
- Думаешь, у тебя это так легко получится?
- Ну-у-у, возможно, - поднял он руку с окровавленным кинжалом. На руке была латная когтистая перчатка. – Несколько твоих офицеров уже мертвы.
Судя по тому, откуда он идет, семьи Милтонов уже нет в живых. Мальчишку он, скорее всего, уже где-то спрятал, но искать нет никакого смысла.
- А потому…
Антонин не умел предчувствовать будущее, но вот реакцией обладал отменной, а потому, когда могильный холодок повеял со спины, он тут же выставил щит!
- Протего! – закрылся он - и в барьер врезается изогнутый кинжал, начав продавливать магическую защиту.
Быстро достав свой кортик, он ударил появившегося врага по груди, но лишь бесполезно чиркнул по металлическому нагруднику.
В живот Антонину прилетает удар коленом, который он пропускает, едва не рухнув от такого.
Отклонив голову, он спасается от стальных когтей на перчатках, а затем бьет огненным заклятьем в опасной близости от себя самого.
Конфринго!
Огненным взрывом обоих разметало в стороны, а между ними появилось пылевое облако.
- Гр-р-р! – зарычал Пожиратель Смерти, сдерживая боль от ожогов и, кажется, сломанное от удара ребро.
Раны небольшие, но неприятные.
Обычно противники не имеют методов быстрого перемещения, кроме аппарации, и под антиаппарационном барьером становятся куда более легкой добычей для быстрых врагов.
Порывом холодного ветра от противника сдуло пыль, а враг не спешил нападать.
От него веяло поистине жуткой силой, а плащ неестественно двигался, словно вокруг него был какой-то свой холодный ветер из мира мертвых. Весь его вид вызывал трепет и инстинктивный страх, а потому Антонину приходилось прикладывать усилия, чтобы не поддаваться.
- Ты силен, Антонин Долохов, - произнес он своим жутким голосом. – В знак уважения… я назову тебе… свое имя…
Глава 73. Карнавал теней. Часть 7. Стычка.
Он задумал его еще, когда впервые заговорил с Диадемой, когда та сказала, что подчинить чужое тело, не слившись, невозможно, уже тогда он задумал это, но ему понадобилось долго прорабатывать все, однако оно того стоило.
Скоро он обретет полноценное тело и будет единоличным его владельцем, просто уничтожив разум прошлого хозяина. В теле Поттер он многого сможет добиться.
Нет, он не собирался подчиняться или сотрудничать с Оригиналом. Он мешает и должен быть уничтожен, а когда он в теле Генриетты Поттер станет героем, спасителем страны, вот тогда он и захватит власть, получит то, что принадлежит ему по праву.
А именно господство сначала над страной, а затем распространит влияние и на остальной мир. Возможно, он в будущем создаст себе крестражи уже из своей новой слитой души, но теперь не допустит, чтобы те смогли бы восстать против него.
Обе пленницы лежали у стены. Поттер пыталась помочь избитой Диадеме, что все еще тихо скулила от боли в луже крови. Ничего, она заслужила это. Нечего было распускать свой гнилой язык. Она бесила его, да и, обретя тело, было сложно контролировать эмоции, а потому он был в слегка опьянённом состоянии и сдерживаться не мог. Избив ее, он успокоился.
Сейчас же девки тихо сидели там, но по глазам Поттер видно, что она еще попытается взбрыкнуться, но у нее ничего не выйдет, однако разрушить ее ничтожные надежды все же стоит.
- Что такое, неужели простила эту предательницу? – усмехнулся Медальон. – Ей не впервой предавать и бить в спину тех, кто ей доверял. Драко подтвердит.
Внутри на миг произошло небольшое бурление.
- Хе… хе… хе-хе…хе… смешно… - едва слышным голосом засмеялась Диадема. – Ты… смешон… Медальон…
- Панси, молчи, - пыталась остановить ее Поттер. – Не провоцируй его.
- У тебя ничего не получится.
- Опять заладила, неудачница, - усмехнулся он. – Я лучше тебя, я создан в куда более хороших условиях, чем ты, а потому знаю больше…
- Нет, хе-хе-хе… не знаешь, - Диадема с трудом подняла голову и нагло улыбнулась. – Ты что, забыл? Это я… разбудила твою личность. Это благодаря мне ты вообще проснулся. Если бы не я, то все твое влияние ограничилось только нашептыванием бессвязной чуши домовикам. И, разумеется, я полностью проверила всю твою память и все оттуда для себя скопировала… Хе-хе-хе-хе… А потому, - она посмотрела ему в глаза. – У тебя ничего не выйдет!
- Круцио! – закричал он, ударив девку пыточным заклинанием.
- А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а! – закричала она от боли.
- Заткнись! Заткнись! Заткнись! – взбесился Медальон, начав терять над собой контроль. – Я не желаю слушать тебя!
Она вновь рухнула на пол и затряслась, едва дыша.
- Это были твои последние слова! – подошел он. – А потому…
Неожиданно комната начала трястись, с потолка посыпалась побелка и люстра начала дрожать.
- Что за…?! – напрягся он. Толчок вскоре прекратился.
Он ударил магией по огромной картине на стене, и та быстро показала ему источник.
- Что… за черт…?!
***
Удар!
Кинжал обрушился на магический щит и стал проламывать его холодной энергией Тенеброса. Враг понимает, что защищаться таким образом от меня бесполезно, и каждый раз пытается разорвать дистанцию и атаковать издали, вот только попасть в меня крайне сложно. Мало того, что благодаря Балам я чувствую опасность куда лучше, так еще и Мантия Смерти вместе с Броней Черного Дракона защищает меня от простых заклятий и холодного оружия. Это не считая всех тех амулетов и колец, что я ношу под броней.
Он поливает меня одним заклятьем за другим, но это все бесполезно. Пусть я сам сейчас в не очень хорошем состоянии, но о своей защите позаботился очень хорошо.
Долохов настоящий профессионал. Глупо отрицать это и не относиться серьезно к битве с ним, но пока я не могу применить что-то иное, кроме того, что использую сейчас. Пускай я хочу закончить битву как можно скорее, но если перенапрягусь, то могу потерять сознание и уже никого не спасу.
Удар! Удар! Удар!
Кинжал, кулак, ноги - всем этим я атаковал непрерывно в ближнем бою, заставляя врага отступать и разрывать дистанцию, но, погружаясь в тень, могу очень быстро передвигаться. Враг же умеет левитировать и тоже достаточно быстр, но не для меня.
Вот он снова пытается разорвать дистанцию и мчится дальше по коридору.
Погружаюсь в тень и устремляюсь за ним, просто плывя во тьме, оставляя после себя лишь едва заметную тень. Тень может быть вообще невидимой, но мне сейчас это выгодно.
Я исповедую ту философию, которой меня научил мой учитель: «Если умеешь считать до десяти – считай до пяти, но хвастайся, что можешь до семи».
Пусть враг считает тебя самоуверенным и легкомысленным, веря в это, он расслабится и не заметит удара. Потому я и не демонстрирую сейчас ничего серьезного, лишь демонстративно давлю его.
Сэко! Сэко! Сэко!
Режущие заклятья срываются с кинжала и устремляются в убегающего противника. Увы, с кинжалом ничего иного я практически не могу применить. Ну, из магии…
Взрыв Пустоты!
Легкий выпад ножом создает узкий протуберанец чего-то похожего на черное пламя.
Взрыв!
Протего врага лопнул, отбросив его в окно на веранду, а я поспешил за ним. Даже ослабленная настолько, чтобы не вредить моему текущему состоянию, эта атака не игрушка.