Марк Кузьмин – Искаженный мир (страница 26)
Ладно, не время об этом думать. Надо делом заниматься.
После того как я более-менее пришел в себя и как-то смирился со своим положением, то решил найти работу. Мне не хотелось сидеть на шее у Барти, а потому после пары дней отдыха вновь направился в Центр, где мне стали искать работу. Найти ее оказалось не так просто. Мало кто хотел иметь дело с гибридом.
И дело тут не только в опасности.
Как рассказал Барти, с гибридами не хотят работать еще по двум причинам, кроме угрозы их безумия.
Первое это меньшая эффективность.
Некоторые профессии требуют навыков, а поскольку мирный житель получает довольно мало Хаоса, то и его развитие весьма медленное. Так что тратить его приходится обдуманно и осторожно, ведь добыть еще энергии сложно. Так вот, из-за того что у меня теперь есть орган монстра, мне так или иначе придется вкладывать энергию в его развитие, иначе, это плохо скажется на моем здоровье. Вот именно поэтому, если обычный человек просто все будет тратить на свою основную профессию и становиться лучше в ней, то мне придется тратиться на стороннюю вещь, и я буду уступать другим работникам.
Не скажу, что это такая уж огромная разница, но если поначалу незаметно, то через пару лет разрыв будет весьма ощутимым.
Ну, а во-вторых, гибриды при подобной жизни, при подобном отношении окружающих рано или поздно обижаются на общество и решают уйти в криминал. Там и денег больше и свой «талант» есть куда применить и отношение куда более человеческое. Так что ко мне уже изначально предвзято относятся, так как ждут, когда я сорвусь и стану общей проблемой.
Даже здесь…
Трудно не заметить, как окружающие посматривают на меня.
Прямо никто не говорит, но взгляды полные ненависти и отвращения, шепотки за спиной.
- Чудовище… он же в любой момент может сойти с ума и набросится на нас.
- Ничего. Если полезет, я быстро его уложу.
- О чем начальник думал, нанимая его?
- Надеюсь, его быстро уволят.
- А эта дрянь не заразна? Я бы не хотел подцепить эту мерзость.
Это неприятно, это давит и угнетает, но поделать с этим я ничего не могу. Мне теперь жить так, но что-то подсказывает мне, что надолго я на этой работе не задержусь, и еще не раз придется сменить ее.
Быть грузчиком не то, чем мне хочется заниматься, но ничего лучше пока найти не удалось. Та милая девушка на ресепшене, Софи, сказала, что поищет, но что-то подсказывает мне, что ничего найти ей не удастся.
Мне повезло уже, что хоть тут нашел работу. В порту всегда нужны грузчики, а если что можно и матросом на рыбацкое судно наняться, там тоже добровольцы нужны, но вот моряком я бы быть не хотел. Одно дело терпеть неприязнь людей несколько часов работы, а другое быть запертым на одном корабле с недоброжелателями на несколько дней.
Не то, что я кого-то боюсь. За себя постоять я могу, а благодаря тому, что моя правая рука вновь функционирует, то в обиду себя не дам, но чисто психологически такая компания не самая приятная.
Часам к четырем нам удалось все разгрузить и перетащить в холодильник, где рыба сохранится, а после уже не наша забота.
- Ну, неплохо справились, парни, - сказал Виктор, смотря на нас.
Мы закончили все, и сейчас пили воду, вытирали пот, да просто отдыхали. Ну как мы. Я стоял в стороне от остальных и не мешал им. Мне лишние проблемы не нужны, а я и так понимаю, что тут нежеланный гость.
- На сегодня работа закончилась, - сказал он. – Получаем зарплату, а завтра можете отдыхать. Удачного праздника. Повеселитесь сегодня.
- А какой сегодня праздник? – спросил я.
- А ты же новенький, - кивнул начальник. Виктор Барановский, заведующий этого склада, сам попаданец, но тут он уже лет двадцать живет, а потому знает как тяжело новичкам и не отказал мне в работе, несмотря на мое положение, за что я ему очень благодарен. – Перед изоляцией у нас всегда происходит небольшая ярмарка, мы называем ее «Последний Фестиваль», на главной площади музыка, танцы, выступление артистов и прочие местные развлечения, но не особо долго, ведь сегодня ночью будет последний поезд и на него многие приезжие хотят успеть.
А, ну да.
Тараскария же становится на два-три месяца изолированной от остального мира. Я как-то и забыл об этом.
Ну, праздник и праздник.
Мне до этого дела нет.
Получив свои деньги, коих было не так уж и много, я двинулся в сторону дома. За работу я получил всего 30 драхм. Драхма – это местная валюта Тараскарии, представляющая собой бумажные деньги номиналом от 1 до 1000, а их ценность примерно 1 драхм к 25 рублям. Ну, я так примерно понял, так что я сейчас примерно заработал всего 750 рублей, что не так уж и много, но и в целом нормально. Все же жилье у меня есть и живу я не один, но грузчик тут одна из самых низкооплачиваемых работ.
Барти, например, будучи помощником алхимика и работником лавки получает 85 драхм в день, и то, он еще учится и через год вполне может или претендовать на повышение зарплаты в полтора раза или вообще свою лавку открыть. В этом городе нужда в боевых составах и лечебных препаратах есть всегда.
В Новой Спате я живу всего неделю, город и сам этот новый мир чужд для меня, мне пока сложно привыкнуть ко всему этому. Еще пару недель назад я жил в обычном городе, обычном мире, был студентом и планировал свое обычное будущее, а также готовился к свиданию. Мимо всегда проезжали машины, а в небе можно увидеть разве что птиц или самолет.
Но тут все иначе.
Здесь мимо меня ездят рыцари верхом на киринах, в небе может пролетать стая каких-то чудовищ, а огромная луна, нависает над нами и озаряет весь мир своим бледным сиянием. Это странно, это чуждо, и это не мое.
Нет, тут не плохо. Просто очень непривычно смотреть на все это.
Этот странный город с безумной культурой и модой в одежде, где парень в современной одежке может ходить мимо джентльмена во фраке, и они оба будут выглядеть органично. Где стражник с пистолетом на поясе может носить кирасу и кольчугу вместо бронежилета, а рядом какая-то девица натягивает тетиву лука и поправляет кеды.
У меня сначала были мысли, что меня может на самом деле в какую-то компьютерную симуляцию затянуло. Типа все это не по настоящему, а я на самом деле лежу в капсуле виртуальной реальности и все это лишь «сон». Но нет.
Это реальность.
Как бы я не пытался отрицать очевидное, но бежать от правды бессмысленно.
- Хотя я не скажу что все так уж плохо, - слегка улыбнулся я.
Да, жить как «прокаженный» неприятно. Слышать шепот за спиной, замечать косые и недовольные взгляды и ощущать пренебрежение и отвращение окружающих очень больно на душе становится, но в этом всем есть и хорошее.
У меня есть брат, где-то в этом мире есть и отец, который не бросал меня, и все эти годы искал путь домой. Я больше не ощущаю себя брошенным и забытым, нет того чувства потерянности и бесполезности. Особенно нет ощущения своей ущербности.
Моя рука снова функционирует и даже лучше чем раньше. Шрамы еще напоминают о том, что было, но уже не так волнуют.
Да, мне хреново сейчас живется, но не без позитивных моментов и благодаря этому я все выдержу. У меня есть брат, которому плевать на мою проблему, а потому мнение всех остальных автоматически становится пустым.
Добравшись до дома, я поднялся на нужный этаж и вошел в квартиру, где мы с братом живем.
- С возвращением! – послышалось на кухне.
Барти уже был на кухне и готовил ужин.
Да уж, никогда не думал, что возвращаясь домой, меня там кто-то будет ждать, но сам факт того, что у меня теперь есть брат очень приятный. Бартлби, как его полное имя, отличный парень, веселый, позитивный. Даже не верится, что он мой брат.
Я всегда был один, а потому вот так легко привыкнуть к мысли, что у меня есть брат довольно сложно, но мы действительно братья. Чтобы в этом убедиться, даже в больницу сходили, где тест-ДНК сделали и все подтвердилось.
- Купил что-нибудь по пути?
- Я пока не разбираюсь в продуктах, - вздохнул я. Я был бы и непротив закупаться едой по пути домой, но местные товары мне пока не понятны. Вот как мне относится к огромным яйцам типа страусиных? Как их готовить и не слишком ли муторно? Или то мясо кротосвина, которое мне постоянно советуют попробовать. Готовить-то я все равно местную пищу не умею и Барти мне уже успел показать, что многое требует особых способов приготовления. – Да и не все торговцы горят желанием мне что-то продавать.
Тоже неприятная проблема.
Покупать в маленьких лавках дешевле, чем в больших продуктовых магазинах, но узнав, что я химера, некоторые торговцы дел со мной иметь не хотят.
- А, ничего, - махнул рукой брат. – Потом скупимся.
- Тебя сегодня пораньше освободили, - сказал я, залезая в холодильник и беря молоко. Вкус у него необычный, но приятный.
- Так Последний Фестиваль же, - усмехнулся он. – Вечером можно прогуляться.
- А куда тут можно сходить-то?
- Ну, на центральную площадь прибудут музыканты, так что скучно не будет. Плюс скидки в кинотеатр будут неплохие.
- А тут кино есть? – удивился я.
- Не первую сотню лет уже, - отвечает Барти, занимаясь рыбой. – В кинопленке нет ничего сложного или дорогого, как и в кинокамере, воспроизвели еще после второго прилива. Даже земных картин немало уже успели переснять, с адаптацией под наши реалии, конечно. И не по одному разу, кстати. Мне вот последний ремейк «Фореста Гампа» очень понравился и «Зеленая миля».