Марк Кузьмин – Дикая Стая (страница 41)
Похоже, ее кто-то остановил.
Волантес точно сказать не мог, но почувствовал странное движение потоков ветра.
Песок осел, и на камне спокойно стоял Венганза, который с легкой улыбкой смотрел на выбирающегося из камня Гриммджоу.
- Надеюсь, это еще не все, - произнес он.
В ответ Гриммджоу только усмехнулся, а затем поднял свой клинок... на конце которого была капля крови...
Только сейчас все заметили порезанную щеку Зеро, и даже он сам удивился наличию раны.
Стерев кровь и легко залечив рану, улыбка главы Эспады из доброй стала зловещей, а в глазах заклубилась темнота.
- И снова ты меня удивляешь, Гриммджоу, - произносит он с жутковатой вибрацией в голосе.
- Я и не такое могу, ублюдок! - злобно рассмеялся Секста.
На это же Вен перехватывает свой вакидзаси обратным хватом и... становится в боевую стойку... Встал на одну ногу и присогнул корпус, будто готовился к рывку, а оружие завел себе за спину.
За всю неделю, во время которой Волантес и остальные тренировались с Зеро, тот ни разу в боевой стойке не был. Обычно просто стоял, держа клинок, но никак не напрягался.
А сейчас он будто стал гораздо серьезнее.
-
Теперь битва будет серьезнее...
Глава 26. Звериная битва.
Удар! Удар! Удар! Удар!
Атаки сыпались словно ураган, который никак не мог остановиться и только набирал обороты. Гриммджоу и Венганза наносили друг другу сотни ударов одновременно, и тем самым пытались достать противника.
Удар! Удар! Удар! Удар!
Клинки свистели вокруг, звон сталкивающихся мечей бил по ушам, а то и дело брызгающая кровь заливала пески.
Да, кровь есть и не только его.
Несколько легких ран было оставлено и на противнике.
Его безупречно-белая накидка испачкалась красными разводами. Вот только раны были просто царапинами, которых он даже не замечал. Но с каждой новой ранкой он словно еще сильнее разогревался и веселье в его глазах все нарастало.
-
Самого его тоже несколько раз задело. Будто в насмешку, противник не пытался серьезно ранить его, а лишь также царапал, чтобы и его вынудить действовать серьезно.
-
Да, этого он и хотел.
Ни к чему эти бесполезные приемы и прочая чушь; только голая сила, скорость и азарт. Наслаждение не от доминирования над врагом, а самим процессом битвы. Именно поэтому Гримм никогда не мог понять любовь Нойторы издеваться над теми, кто слишком слаб, чтобы сражаться. Какое вообще может быть удовольствие, когда враг не хочет или не может биться? Убивать загнанную жертву можно только для еды, да и то, в поедании слабаков ничего хорошего не будет.
Именно поэтому так весело сражаться с тем, кто равен или сильнее.
Но сейчас не тот бой, к какому привык Секста.
Тут не нужно побеждать, тут дело принципа, тут смысл в том, чтобы доказать свою правоту.
Нет никакого смысла в дурацких техниках, фехтовании и прочей чуши, а уж тому, кто сражается когтями - и подавно нет смысла в какой-то глупости.
Вот только доказать оказалось сложнее, чем могло показаться.
Как и обещал, Венганза не пытался продавливать его голой силой, и скорость была пусть велика, но не запредельна, какую он уже демонстрировал. Он использовал какой-то странный стиль боя.
Летящий к голове клинок мог быть смещен в сторону лишь кончиком вакидзаси, как-то поддет и пролететь мимо. Кулак, приближающийся к груди, не блокируется, но удар не проходит, а будто увязает в движении. Будто враг знает все атаки наперед и подстраивается по скорости, чтобы нивелировать их силу и даже использовать для набора инерции.
Удар!
Гримм пропускает атаку, и кулак Зеро заставляет его полететь к потолку, но, улетая, он успел задеть кончиком меча плечо.
Вот только полет получился коротким, так как в метрах ста от земли его хватают за ногу и со всей силы швыряют вниз!
УДАР!
Столкновение вышло болезненным, но терпимым.
Быстро поднявшись, он рванул к противнику, намереваясь достать, но тот уклонился с минимальными движениями и выставил вперед руку, в которую Гримм чуть не врезался. Такое вполне могло и шею сломать, и при этом основной урон нанесла бы не рука, а набранная им самим скорость.
Удар! Удар! Удар!
Они вновь закрутились в вихре клинков, и брызги крови разлетелись во все стороны вместе с лоскутами одежды.
Вновь плавные движения, вновь аккуратные парирования и отводы, а затем сильные удары кулаками.
И, что самое необычное, казалось, с каждой секундой Зеро становился лучше и лучше. Его действия, еще скованные вначале, сейчас стали увереннее, а некая опаска в шагах пропала.
Разорвав дистанцию, они разошлись перевести дух пару секунд.
- Хаа-Хааа-Хааа... - немного тяжело дышал Гримм. Все же поддерживать такой темп нелегко. Плюс еще и сдерживать инстинкты приходится. Несколько раз Венганза специально подставлялся под удобный удар. Нужно было лишь разок использовать серо, но Секста подавлял это желание. Этого от него и хотят.
Хотя и сам Джаггерджак несколько раз давал повод схватить себя нитями или применить магию синигами, но, судя по взгляду, тому тоже приходилось не давать воли привычкам.
Это сложно.
Но весело.
- Я смотрю, ты перестаешь сдерживаться, - усмехнулся Гримм. - Твой меч действует смелее. Уже изучил меня?
- Отчасти да, - кивнул Зеро. - Но не в этом дело... - он почесал затылок. - Я сто лет был занпакто лишен и пользовался только заточенной костью, которая была очень далека от идеала. Так что к клинку я сейчас сам привыкаю. Спасибо тебе, что помогаешь вернуть меня в форму.
- Пф.
- Я смотрю, ты запыхался. Если хочешь, я подожду, пока ты отдохнешь, - с усмешкой произнес противник. Вот только дыхание Венганзы не было сбито, и дышал он ровно и спокойно.
Кровь из ранок уже давно остановилась, и те уже почти затянулись, потому о каких-то ранениях говорить глупо, хотя и сам Гримм был в порядке.
- Ха, а я думал, это ты выдохся!
- Как насчет закончить с разминкой и перейти к более серьезному бою?
- Хех, - оскалился Гриммджоу, - давай!
Он положил руку на свой меч, а затем провел по нему ногтями, словно пытаясь поцарапать.
- Загрызи его! ПАНТЕРА!
В следующий миг вся его духовная мощь высвобождается и он обретает свой истинный облик.
Да, Гримм умеет пользоваться мечом, но все же когти ему ближе, а лезвия на предплечьях даже удобнее.
- Подхвати потоки ветров, Куроцубаса...
Ветер вокруг его меча закрутился, а затем клинок изменил форму, став из короткого почти кинжала длинной изогнутой саблей. Не особо внушает, да и его духовная сила почти не изменилась.