Марк Кузьмин – Битва за небеса (страница 65)

- Черт... - Куросаки пытается увернуться, но не успевает.

В следующий миг перед ним появляется чья-то маленькая фигурка, которая... начинает поглощать огромный луч...

- Нелл? - шокировано произносит Ичиго, глядя, как атака исчезает во рту маленькой девочки.

Вот от алого луча ничего не остается, и оба противника с офигевшими рожами смотрят на нее.

- БУ-Э-Э-Э-Э!!! - вырывается из ее рта - и концентрированная сила врезается в растерявшегося Дордони.

Противника сносит в сторону и неслабо так прикладывает о стену.

- Не делай... больно... Ицуго... - говорит запыхавшаяся малышка.

Но не успевает Куросаки даже опомниться, как ребенка что-то бьет и отшвыривает в сторону. Маленькая девочка улетает, и сила удара протаскивает ее по полу.

- Поглотить мое серо в такой форме было мощно, - произносит поднявшийся и потрепанный Приварон. - Но это уже слишком для шалости. Убирайся!

К Нелл устремляется дракон - и Ичиго приходится ускориться, чтобы ее спасти.

- Ха-ха-ха-ха, а ты шустрый даже без банкая, ниньо, - произносит Дордони. - Но пора уже завязывать с играми. Используй всю свою силу против меня!

Вместо ответа Ичиго молча развернулся и пошел в сторону, где аккуратно положил малышку Нелл на пол, а затем так же спокойно вернулся на место.

- И что ты будешь делать?

В ответ на это... Куросаки перехватил свой меч обратным хватом...

Гросс-Мессер был слишком длинным и тяжелым, чтобы держать его одной рукой, а потому он взялся двумя, а затем завел клинок за спину.

Пришла пора применить то движение, что он давно учился использовать.

- 'Моя душа... клинок...'

Частица сущности Байсина, вобранная в себя Ичиго, расправляется, обостряя связь того с Занпакто.

Шаг...

Корпус и тело движется вперед.

В прошлый раз он потратил все силы на него из-за неумелого применения.

Враг не стал стоять и ждать. Два его вихря стали просто огромными и ветер поднялся такой, что чуть было не сбивал с ног.

- 'Песнь моей сущности - лезвие...'

Шаг...

Вес переносится с ноги на ногу.

Теперь же Ичиго нашел идеальные движения, которые можно совместить с его атакой.

Из этих двух вихрей появляются еще головы драконов. Множество драконов закручиваются вокруг тела арранкара, а затем вся эта толпа устремляется к нему.

- 'Тонкое и острое лезвие...'

Шаг...

Разворот и движение торсом, оборот вокруг своей оси, и...

- 'Лезвие, что разрывает небеса!'

Удар!

Тонкий, слепяще-белый серп сорвался с клинка синигами. Настолько тонкий, что его даже не сразу можно было увидеть глазом.

Всего один взмах...

Головы драконов, что встали на его пути, были разрезаны и опали на пол...

Ветер утих...

- Вот это... сила... ниньо... - произносит Дордони с рассеченным телом...

А затем падает...

Гецуга Теншоу... Мангецу....

***

Тело болело...

Ужасно болело, и он с трудом оставался в сознании...

Всего секунда... Он успел лишь за секунду увидеть сконцентрированное лезвие и... поставить на его пути все головы, чтобы защититься... но этого оказалось недостаточно...

Кровь вытекала из ран, и он постепенно терял контроль над собой...

Над ним навис черный клинок с белым лезвием...

- Ты все еще 'враг'? - спрашивает синигами.

Дордони поднимает голову и смотрит в холодные глаза этого человека. Он видит серьезное намерение, рука противника не дрогнет.

- Да... я все еще враг... - самоуверенно улыбается бывший Эспада...

Удар...

Клинок опускается вниз...

- Почему не добьешь? - спрашивает арранкар, когда лезвие вошло в пол рядом с его головой.

- Ты не из тех людей, что раздражают Венганзу, а значит, твоя гибель его огорчит, - произнес победитель, убирая меч за спину.

Он двинулся к лежащей у стены малышке.

- Если он не изменился с Сейретея, должен был отрядить кого-нибудь на эвакуацию раненых. Не буду им мешать, - сказал синигами и ушел.

Дордони же лишь грустно улыбнулся...

- Удачи... Куросаки Ичиго...

*Комплидо - исп. 'Комплимент'.

Глава 43. Первый ход.

- Черт, черт, черт! - рычала Чируччи. - А-а-а-а-а-ар-р-р-р-р! - девушка сильно сжимала челюсти, испытывая страшную боль. - Ублюдок!

Квинси молчал, оставаясь равнодушным к ее страданиям.

- 'Бесит! Как же бесит!' - скрежетала она зубами, да так сильно, что, казалось, они вот-вот раскрошатся во рту.

Больше всего в жизни она ненавидела, когда на нее смотрят сверху вниз. Она ненавидела, что кто-то стоит над ней и смотрит на нее таким взглядом. Таким равнодушным, спокойным и ничего не выражающим. Она понимала гнев, она понимала презрение, она понимала отвращение к себе, но равнодушие вызывало у нее нестерпимую ярость, что перекрывала даже эту ужасную боль.

Ногти заскребли по каменному полу, оставляя после себя кровь и царапины. Ее длинный хвост зашевелился и попытался достать цель духовным клинком на конце, но квинси стоял слишком далеко, чтобы дотянуться до него...