Марк Кузьмин – Битва за небеса (страница 37)
- Расслабься, Иллфорд, - подошел я к парню, и велел развязать его и снять рубашку. - Операция уже закончилась, и, как только они убедятся в том, что с тобой все в порядке, тебя сразу отпустят.
- Нет! Я знаю, они специально найдут у меня какую-то новую проблему, чтобы дальше ставить на мне опыты! - паниковал парень.
Хиро же засвистел и вообще сделал вид, что он тут ни при чем, чем еще сильнее напугал Иллфорда.
Вот же жук!
- Не бойся, я лично прослежу, чтобы все было хорошо.
Он кивнул и постарался взять себя в руки. Видать, за эти месяцы немало он насмотрелся, а учитывая его страх перед лабораториями, то лишь благодаря природе пустого не помер от страха.
- Прошу прощения за этот цирк, - пришел он в себя. - Я понимаю.
- Как себя чувствуешь?
- Прекрасно, - улыбнулся он. - Их... нет... их больше во мне нет... Я их больше не чувствую...
Иллфорд плакал от счастья. Похоже, годы жизни с паразитами, постоянный страх ужасной смерти и фактически пребывание в заложниках были тем ужасным грузом, что давил на него, и вот этой ноши не стало.
- Пока полежи тут еще денек, позже разрешу посещение. Твои друзья волновались за тебя и очень хотят тебя проведать.
- Хех, не стоило так беспокоиться.
Он был рад, что у него такие друзья, и ребята действительно места себе не находили все это время. Подробностей они не знали, так как я не хотел, чтобы они решили попробовать отомстить Заэлю, но понимали всю серьезность положения.
- Рад за тебя, - кивнул я. - А теперь... я хотел бы получить кое-какие ответы, раз ты теперь можешь говорить.
Иллфорд вздрогнул, но тут же взял себя в руки и справился со страхом. Больше нечего бояться, больше не нужно это скрывать, так как никто уже не сдерживает его.
- Да... я готов все рассказать...
Присаживаюсь на диванчик. Хиро и Рока тоже рядом, да и, судя по звукам, слушатели уже подтягиваются.
- Это началось очень давно... В Мире Живых это время называется... средневековье...
***
Говорить об этом было тяжело. Воспоминания, что он подавлял многие годы, прошлое, о котором было страшно думать. Одна мысль о том, что ему пришлось пережить, вызывала в нем настоящий ужас, а в ушах до сих пор стоял тот безумный смех, который навечно отразился в памяти...
- Я... не помню всего о том времени, когда был живым, - начал он. На лицах слушателей появилось удивление. Да, пустые обычно лишь обрывки помнят из прошлого, да и то, нужно еще понять, чье это прошлое. Но Иллфорд помнил многое, именно о себе, пусть некоторые детали и стерлись в его памяти. - Это было средневековье... не помню, какой год и где именно - может, Италия или Испания, а может, Франция... точных воспоминаний у меня нет... даже имена и лица толком не отразились... Но сами события я не забуду никогда...
Он закрыл глаза и погрузился в глубины своей памяти, туда, где все эти века скрывались его внутренние демоны.
- Наш отец был бароном, правителем относительно небольшой земли с несколькими деревнями и даже городом. Эта земля была пожалована монархом еще нашему деду за особые заслуги на войне. Мой отец был неплохим правителем, а после него этот титул должен был унаследовать я, как старший ребенок.
- А что Заэль? - приподнял бровь Венганза-сама.
- Как и полагается, в те годы младший сын был запасным вариантом на случай моей смерти, а тогда умереть было намного проще... А когда стало ясно, что детство я таки успешно пережил, его стали готовить для духовенства.
- Духовенство? - спросила Рока Паламия. Смотреть на эту девушку было тяжело, один ее вид напоминал Иллфорду о не самых приятных временах в лаборатории.
- Церковное воспитание, - ответил Хиро. - Младший ребенок обычно отдавался на обучение в церковь, после принимал монашеский постриг и посвящал всю свою жизнь службе. Я потом тебе подробнее расскажу о религии.
- Да, тогда он был весьма религиозным человеком. Воспитанный в духовном ключе, он должен был стать поддержкой нашей семьи на церковном фронте.
- Логично, - хмыкнул Зеро-сама. - Конечно, в первую очередь младших сыновей отсылали, чтобы они не претендовали на наследство, но дело было не только в этом. Церковь в те времена была той силой, с которой нужно было считаться, и связи там всегда были полезны. А уж если один из детей там на высоком посту, то это будет большой помощью всему роду. Самым ярким историческим примером будут, наверное, Борджия, но, разумеется, продвигать свою семью могли не только Папы Римские.
- Он вполне мог прожить жизнь как служитель Бога, если бы не один случай, - вздохнул Иллфорд. - Постриг, как известно, нельзя принимать до совершеннолетия, и наша семья использовала это время, чтобы дать ему разностороннее образование и тем самым облегчить будущий путь... Риторика, математика, история, юриспруденция, геральдика, богословие, даже медицина - у нашей семьи было достаточно денег, чтобы нанять действительно хороших учителей, а Заэль всегда был охочим до знаний. И вот однажды ему довелось применить свои знания на практике... И с этого все началось....
- Мы тогда были с ним на прогулке и нашли крестьянина, которого ограбили и пырнули ножом. Благодаря знаниям Заэля нам удалось спасти этого человека. Хотя в те годы простолюдинов, а особенно крестьян, даже за людей толком не считали, но мой брат не прошел мимо и все равно бросился помогать. И тогда он осознал всю пользу и силу медицинских знаний.
- Решил продолжить обучение?
- Да. Когда он понял, что людей спасают не вера и религия, а точные знания, он решил, что это было божественное провидение и что ему нужно стать настоящим врачом. Отец, конечно, этому не обрадовался. Человек низшей профессии в семье дворянина? Брату удалось получить его согласие на учебу, лишь когда Заэль пообещал привезти ему два диплома сразу. Постриг-то принять никогда не поздно, и богословский диплом Болонского Университета стал бы, по его мнению, стоящим приобретением ко времени, когда, цитирую, 'из башки его глупого сына выйдет эта дурь'.
Гранц ностальгически рассмеялся, а потом нахмурился.
- Тогда еще никто не знал, к чему это приведет, - продолжил он. Все это кажется таким далеким и нереальным, когда он рассказывает. Но кто мог предположить такое? Никто. - Несколько лет он провел в Болонье, обучаясь у тамошних мастеров и постигая науку. А когда вернулся, стал практиковать и тут. Благодаря духовному образованию и хорошим отношениям с церковью проблем у него не было, а его мастерство было настолько велико, что даже отец перестал ворчать.
- Он был настолько хорош?
- Ну, я не слишком в этом разбираюсь, да и память как в тумане, - ответил Гранц-старший. - Я больше помню, какой эффект это оказывало на окружающих. Потери воинов нашей семьи сократились на порядок: если кто-то покидал поле боя живым, Заэль практически всегда мог поставить его на ноги. Отец внезапно обнаружил, что быть родственником хорошего врача очень полезно для политики: в конце концов, наши соседи тоже хотели здоровья и долгой жизни. И он был не просто местной знаменитостью - не припомню года, чтоб кто-то из его коллег, а то и не один, не раз заезжал к нам в замок и не пытался уговорить Заэля вернуться в Альма Матер и начать преподавать.
- Фу-у-у-у-у, - присвистнул Хиро. - Звучит круто.
- Еще бы. Я мало понимал в этом, но сейчас, смотря с этого времени и кое-что зная о мировой истории, я понимаю, каким гением был тогда мой брат. Он вполне мог войти в историю как новатор... но... Все пошло к черту...
- Все у нас было хорошо до одного момента... - Иллфорд сжал кулаки. Даже сейчас, спустя годы, он вспоминал это с болью. - Отец умер...
- Ранение?
- Аппендикс, - покачал головой Гранц. - Я сам не особо много понимаю в медицине, но там что-то связанное с аппендицитом. Обычное дело в те годы, но, увы, знаний Заэля не хватило на успешную операцию, и отца не стало. И он винил в этом только себя...