Марк Крафт – Последний дракон. Сборник рассказов (страница 2)

Он решил делать всё быстро и уверенно, так чтобы гигант, стоящий у входа не решил, что он делает не достаточно. Чтобы тот знал, что он сделал всё что мог. В том, что перед ним лежит труп он уже не сомневался, кровь не сочилась из раны, белые как мел руки безвольно лежали по швам.

Сван схватил тряпку из числа тех, что сохли на камне возле очага, зачерпнул металлической чаркой хвойного отвара, вернулся к раненному графу, быстро промочил и отжал лён и протер рану от грязи и соломы.

– Помогите мне снять латы с ноги. Я буду резать её выше колена.

– Как? Резать ногу? Ещё? Она и так не целая! Вы же окончили школу мага. Нарастите её обратно!

Недоумение и решительность так быстро сменили друг друга на лице великана, что Сван выразил лишь растерянность.

– Если нужно, заберите мою душу взамен. – Закончил рыцарь на выдохе.

– Что? С чего вы взяли, что такое возможно? – Лекарь не заметил, как растерянность заставила его повысить голос, и теперь жалел о том, что выкрикнул такое дворянину. Но тот не заметил наглости, сейчас его волновало лишь одно. Целостность тела графа.

– Я видел, как один маг пришил палец солдату, и после тот вполне им пользовался.

– Как пользовался?

– Ковырял в носу. Иногда держал ложку. Зачем ещё ему нужен палец?!

Сван пожалел что спросил, но не ответить теперь тоже не смог.

– Ковырять можно другим пальцем, а ложку держать во второй руке.

– Да, но ходить на двух ногах можно только имея две ноги.

Рыцарь не унимался, а Сван устал, валился с ног, да и всё ещё побаивался дыбы. Поэтому смягчил позицию.

– Простите сэр, мне очень жаль, но ступни графа у меня нет, иначе я, конечно, попытался бы.

– Вам не за что просить прощения маг. Я упустил её. Хотел поймать гадину за хвост, но она огрызнулась, цапнула меня за руку и побежала так, что даже мой конь за ней не поспел.

Сван открыл рот, мысли роились у него в голове, он с трудом выдавил из себя вопрос.

– Кто огрызнулся?

– Чертовы псы. Хаос насылает их на поле боя. Они рвут наше построение и вносят сумятицу в наши ряды. Жрут они, по-моему, только оторванные конечности, сами не отгрызают. – Рыцарь поморщился и, почесав лысину, добавил с сомнением в голосе. – Вот я и подумал, может для того, чтобы наши маги не могли их пришить?!

– Даже если бы я умел пришивать конечности, а я не умею, вырастить ступню заново совсем другое дело.

– Попытайтесь маг. И подумайте о моем предложении. Так же как моё тело на поле боя стоит сотни бойцов, уверен душа моя стоит минимум двоих.

– Я не колдун хаоса торговать душой не умею, а вот ваше могучее тело как нельзя кстати.

***

Старый маг убрал руки от растений, неторопливо погладил кончик бороды и сложил руки крестом у себя на груди.

Обе розы выглядели одинаково, не так ярко как вначале та, что была полна жизни, но гораздо свежее той, что до воздействия мага была мертва. Раскрывшиеся бутоны радовали глаз насыщенным пурпурным цветом, стебли стояли прямо и даже с расстояния Сван слышал их ласкающий воображение аромат.

– Теперь обе они в порядке. – Магистр обеими руками взял со стола горшок с восстановленной розой и бережно, будто держит сокровище, поднёс его Свану. – Держи маг, теперь она твоя. Поливай её, удобряй почву, в которой живут её корни, выноси на солнечный свет и тогда она будет цвести и благоухать. А ты сможешь черпать энергию, наполняя её смыслами и дарить людям чудо.

***

Сван расшнуровал помятую и покрытую трещинами кожаную сумку и извлек небольшой, помещавшийся на одной ладони, горшочек с пурпурным цветком. Роза не сияла ярким светом и издавала еле слышимый аромат, стебель был зеленый, но уже не прямой как когда-то. За семь дней битвы маг использовал её всего дважды, чтобы излечить сердце от колотой раны, заставив его снова биться и чтобы вернуть зрение после мощного удара по голове обухом боевого топора. Оба дворянина выжили, но не более того. Первого увезли в неизвестном направлении его слуги, а второй на ощупь взобрался на коня и, пришпорив так, что на боках животного выступила кровь, сам умчался за горизонт, прочь от битвы.

Роза устала, ещё одно чудо может стать для неё последним, и тогда Сван навсегда останется просто лекарем. Он будет снимать жар отваром из ягод, ставить компрессы, втирать мази собственного приготовления, останавливать кровотечения, тем, у кого оно не слишком сильно и снимать головные боли массажем. Магам не дают вторую розу, в долине роз их не так уж и много. В его случае, в долине лучше не появляться вовсе.

Сван поставил горшочек рядом с белой, как мел, не целой конечностью. Не потому что с близкого расстояния было легче воздействовать на рану и не для того чтобы пустить пыль в глаза великана. Он поставил её так, чтобы ему самому было хорошо её видно. Чтобы неуверенность и сомнения не завладели им целиком, чтобы она напоминала ему о возможности чуда и о том кто он есть и чему учился.

– Подойдите сюда и встаньте на колени рядом с телом.

– Телом?

Сван извлекал из сумки полупрозрачную трубку из бычьей жилы и не сразу понял что проболтался. Так он и повернулся к удивленному рыцарю. На лице растерянность в руках две длинные иглы, вставленные в свисающую до пола жилу по краям, а в голосе неопределенность.

– Тело? – Сван почти взвизгнул, настолько резко и неожиданно пересохло у него в горле. Рыцарь потянулся к рукояти двуручного меча висевшего у него на поясе.

Маг собрал всю уверенность и храбрость, что ещё оставались у него в запасе и рявкнул, так громко как только смог и с той долей сарказма, на которую только осмелился.

– Не надо меня оспаривать. Благородное, уважаемое, графское, конечно, но тело. – Великан колебался. Сван смягчил тон. – Давайте займемся исцелением столь драгоценного человека, и не будем придираться к словам.

Секунду напряжение висело в воздухе. Великан обдумывал сказанное. Маг не хотел шевелиться, так, на всякий случай.

– Хорошо маг, колдуйте.

Великан подошел к телу графа и опустился сначала на одно, а после одобрительного кивка Свана и на оба колена.

– Положите ладонь левой руки графу на лоб, а правую согните в локте и держите выше раненого, ладонью вверх.

Великан сделал что просили. Сван достал длинный и тонкий кинжал, срезал ремни крепившие латы левого плеча к кирасе графа и обнажил его руку.

– Засучите рукава. – Рыцарь подчинился – Я буду брать вашу кровь, и отдавать её графу. Пока игла будет у Вас в вене, слегка сжимайте и разжимайте кулак.

Сван внимательно и строго посмотрел на смиренно выполняющего его указания гиганта, подумал о том, что не так уж тот и страшен когда сидит на коленях. И о том, что если ничего не выйдет, а что-то конечно выйдет, но точно не то, о чём просит его рыцарь, тогда двуручный меч сделает своё дело гораздо быстрее и безболезненней чем виселица или кол. Пожалуй, я буду на этом настаивать, решил Сван. Буду оскорблять, и может даже, чем черт не шутит, дам гиганту пощечину. Если дотянусь, конечно.

Сван промочил тряпку в хвойном отваре и протер рыцарю руку. Затем сделал то же самое с рукой графа, в очередной раз, почувствовав холод бездыханного тела.

– Готовы? – Лекарь воткнул иглу в руку мертвеца, всё-таки на всякий случай, попав в вену.

– Делай своё дело лекарь, за меня не переживай.

Сван воткнул иглу в руку донора. Теперь всё нужно было делать быстро, но с высокой концентрацией и, затрачивая всю энергию, что только можно получить от цветка.

– Сжимайте, разжимайте кулак.

Кровь хлынула в трубку с такой силой, что та изогнулась в дугу. Игла в руке рыцаря чуть подалась вперёд и стала потихоньку выдавливаться наружу.

– Так не пойдёт. – Запротестовал лекарь.

– Я делаю, как ты сказал. – Игла ещё подалась наружу.

– Да отпустите же лоб. Держите иглу у себя в теле. Крепко.

– Хорошо. – Великан схватился за своё предплечье, наложив ладонь поверх иглы. Трубка чуть провисла, напор спал.

– Вот так хорошо, чуть слабее, следите, чтобы кровь шла по жиле, а игла оставалась на месте.

– Всё как ты скажешь маг. Давай колдуй же.

Сван нервничал, ещё никогда он не оживлял мертвецов, ещё никогда его собственная жизнь не стоила так мало. Лишь бы кровь подошла. Он знал о живительной силе крови ещё со времен обучения. О том, что не всякая кровь подходит всякому, ему тоже рассказали. Шанс, что кровь рыцаря подойдёт его сюзерену был гораздо больше, чем, что кровь крестьянина подойдет другому крестьянину, пусть даже из одной деревни. Может потому что кровь дворян благородней, чем кровь челяди, а может всё дело в том, что челядь не так часто роднится друг с другом втайне от окружающих. В той тайне, когда даже матери толком неизвестно чьё же дитя она родила на свет.

***

– Кровь материя, что разносит энергию по телу живого существа. Нет проводника энергии более сильного, чем кровь человека. Воистину чудеса творит сей живительный сок, если применен вовремя, должным образом и

с конкретным смыслом.

Магистр поднёс шило к среднему пальцу правой руки и легонько ткнул острием. Капелька крови набухла и превратилась в багровый холмик на подушечке пальца старого мага.

– Сердце гонит кровь по телу живого существа. И на сердце направляется вся доступная энергия крови, чтобы вновь заставить его выполнять своё предназначение.

На столе рядом с магом лежала кошка. Лоск и блеск присущий этим милым созданиям исчез с тела этого потрепанного животного. Шерсть клоками торчала во все стороны. Из приоткрытого рта между зубами безвольно торчал кончик синеватого языка, глаза зверя были закрыты, тварь не показывала признаков жизни.